Скоро рассвет, и камень уже отвален от гроба

Игумен Тихон (Борисов)

Как старатель решетом усердно намывает горы тяжелой земли, чтобы найти крошечные крупицы золота, так и душа решетом молитвы находит слитки любви и смирения в бесконечных тоннах гниющего житейского мусора...

У каждой человеческой души в жизни должен наступить момент, когда зело рано, во едину от суббот (Мк. 16:2) через тьму будней и забот она будет пробираться к Источнику Жизни! Мироносицы первые проложили этот путь. Как получилось, что когда все ученики оставили Христа, страха ради иудейска, когда сон смежил глаза апостолов в Гефсиманском саду, когда такой камень, как апостол Петр, греясь у костра, не выдержал прямого вопроса служанки и тоже отрекся, когда все, кто ходил за Ним в ожидании чуда, исцеления, какой-то еще помощи – растворились, разбежались, исчезли… – хрупкие женщины, мироносицы остались верными Спасителю до Креста, до Распятия, до смерти, до гроба, а потом и до Победы, воссиявшей из этого живоносного Гроба?

Почему, когда казалось, что сам воздух превратился в страх и ужас, праведный Иосиф из Аримафеи, знаменитый член совета, богатый, уважаемый человек, пренебрегая своей личной безопасностью, своим статусом, положением осмелился войти к Пилату, и просил тела Иисусова (Мк. 15:43)? Что двигало таинственным Никодимом, тем самым, который раньше ночью приходил к Спасителю и беседовал о Вечной жизни и спасении, – не убояться и принести на погребение Учителя смешение смирнено и алойно яко литр сто (Ин. 19:39)?

Гибнут цивилизации. Уходят в небытие идолы и кумиры. Забывают о тех, кто правил умами миллионов людей. А о той верной и тихой женщине, которая возлила миро на главу Господа, Он Сам сказал: Истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие, в целом мире, сказано будет в память ее и о том, что она сделала (Мк.14:9).

Когда наши отцы, деды и прадеды сражались с оружием в руках на кровавых полях Отечественной войны, наши матери, бабушки и прабабушки, «белые платочки», русские мироносицы, с молитвой в сердце вымаливали победу России над оккультным Рейхом! Потом, уже после войны, на одной из международных конференций, лукавые европейские наблюдатели с иронией и насмешкой спрашивали нашего иерарха: «А что же будет с русской Церковью, когда умрут последние верующие бабушки?» И он ответил: «Наши бабушки – бессмертны!» Умирают зло, ненависть, предательство, трусость, клевета. Верность, любовь, смирение остаются навечно, навсегда!

Святитель Николай Сербский восклицает: «О! Благоуханный Господи, единое благовоние человеческого существа и человеческой истории! Сколь дивно Ты вознаградил сии преданные и верные души, которые не забыли Тебя и мертвого во гробе! Из мироносиц Ты сделал их благовестницами Твоего Воскресения и Твоей славы. Они не помазали Твое мертвое тело, но Ты помазал их живые души елеем радости. Безутешные горлицы стали ласточками новой весны! Плакальщицы с Твоего гроба стали святыми во Царствии Твоем Небесном!»

Мироносицы не помазали тело своего Учителя, но святые отцы говорят, что Господь и намерение целует. Верность – одна из самых прекрасных добродетелей. Верность супругов друг другу. Верность своей Отчизне. Верность долгу. Верность детей родителям. Мироносицы сохранили самую главную верность – верность Богу!

Почему именно они, не убоявшись, во едину от суббот прииде заутра, еще сущей тьме, на гроб (Ин. 20:1)? Почему праведные Иосиф с Никодимом проявили свое бесстрашие? Бог – непостижим. И человек – непостижим. Бог – это великая Тайна, и в человеке как в образе Божием заключена тайна. Кто-то сказал: «Человек – это тайна. К ней можно прикоснуться, но разгадать ее – нельзя». А отец Рафаил Нойка вторит этим словам: «Каждый человек – исключение. Каждая душа – неповторимое странствие».

Мы часто оцениваем человека по его поступкам. И это, действительно, важный критерий. Но святоотеческое учение говорит, что никто из нас не сводим ни к одному из наших поступков. Человек всегда глубже и сложнее, чем то, что он делает. Человек – это целая Вселенная, Космос, Загадка... И порою мы сами не понимаем, что творится внутри нас. Только Бог знает – что в человеке. И в человеческой душе, как в зеркале, могут отражаться Бог, Смысл, Любовь, Вечность,  или, наоборот, – неверие, злоба, ненависть, гордыня, похоть. На Нюрнбергском процессе спросили одного немецкого офицера: «Как же вы могли сжигать в газовых камерах таких же, как вы, людей?» И он ответил: «А я не думал, что это были люди!»

«Нам предлежит два пути, – говорит авва Исайя, – путь жизни и путь смерти. Идущий по одному – не идет по другому». Церковь всеми силами помогает человеку встать на этот удивительный, глубокий, необъятный Путь Жизни. Евангелист Матфей пишет, что когда мироносицы увидели Воскресшего Христа, Он воскликнул: «Радуйтесь!» И они, приступив, ухватились за ноги Его и поклонились Ему (Мф. 28:9). Через мрак своей оторванности от Бога, через страшную суетливую череду серых будней, через болезненную рассеянность своей жизни человек должен прийти к Воскресшему Христу и поклониться Ему. Поклониться не только телом, не только коленями, но поклониться всей своей жизнью, каждой маленькой клеткой своей души. На колени встать перед чудом Воскресения Христова!

Патерик повествует о том, как два монаха шли в церковь. Один постоянно повторял: «Приидите, поклонимся и припадем ко Христу! Приидите, поклонимся и припадем ко Христу...» Другой не выдержал: «Слушай, почему ты не читаешь псалмы, или другие какие-то молитвы, а все время одно: “приидите, поклонимся”?» И тот ответил: «Я призываю все мои чувства, все силы души, чтобы они вместе пришли поклониться Христу!» С Богом нельзя, невозможно выстроить «бартерные» отношения: Ты – мне, я – Тебе. Богу нужно наше сердце. Целиком! Сыне, даждь Мне твое сердце! (Прит. 23:26)

Как-то один оптинский послушник спросил преподобного Льва: «Батюшка! А чем привлекается наипаче благодать Божия?» И убеленный сединами и мудростию авва ответил: «Непритворство, нековарство, откровенность души – вот что приятно смиренному сердцем Господу». Это то, о чем Господь говорит в Евангелии: Аще не обратитеся и не будете яко дети, не внидете в Царствие Небесное (Мф. 18:3).

Митрополит сербский Амфилохий замечательно говорит о «Божественной деликатности», о том, что Творец оказывает бесконечное уважение к человеческой личности и человеческой свободе. Бог никого насильно не тянет зело рано к Своему Живоносному Гробу. Он хочет, чтобы наше сердце добровольно, охотно, радостно, вдохновенно прорезывало темноту нашей жизни своим внутренним тихим светом. Но если человек все-таки решится идти через тьму к Истине, то Господь дарит ему такой рассвет, такие краски, такую благодать, которые тот даже не ожидает!

Святитель Николай Сербский спрашивает: «А какая разница между мироносицами и Евою?» «Мироносицы, – говорит он, – из любви спешат быть послушными и мертвому Господу, в то время как Ева не хотела быть послушной и живому! Та – непослушна и в раю, а мироносицы послушны на Голгофе... » Мироносицами должны стать наши души. Послушными, тихими, радостными, верными! Иного настоящего предназначения у человека и нет на земле. Делание верующего сердца – всегда быть в пути. Без остановок и перерывов на обед. Вдохновенно, радостно, честно! На крыльях, на веслах, на коленях! По бездорожью, по топям; сквозь мглу и туман! С надеждой! С доверием! С любовью!

Очнувшись от земной спячки, наше сердце зело рано должно начать свое таинственное восхождение к Воскресшему Христу. Скоро рассвет. И камень уже отвален от гроба!


 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Архимандрит Алексий (Поликарпов)
Митрополит Антоний Сурожский
Игумен Кронид (Карев)
Архимандрит Алексий (Поликарпов)
Игумен Тихон (Борисов)
Архимандрит Алексий (Поликарпов)
Архимандрит Алексий (Поликарпов)
Митрополит Антоний Сурожский
Игумен Кронид (Карев)
Архимандрит Алексий (Поликарпов)
Игумен Тихон (Борисов)
Архимандрит Алексий (Поликарпов)