«Ты мой Бог, я Твой раб...»

Свято-Троицкая Сергиева Приморская мужская пустынь

Такая кратенькая молитва лилась из уст келейника святителя Игнатия (Брянчанинова), его духовного сына и преемника, который так же мудро, как и его наставник, управлял обителью на берегу Финского залива.

Архимандрит Игнатий (Малышев), называемый братией «по-домашнему» Игнатием Маленьким... 207 лет назад Ярославская земля подарила России самородка, прошедшего путь от деревенского парнишки до настоятеля монастыря, уважаемого как братией, так и священноначалием. А также – российскими Государями. В 25-ю годовщину возрождения Свято-Троицкой Сергиевой Приморской пустыни, что отмечается в нынешнем году, этой неординарной личности хочется уделить особое внимание

Архимандрит-самородок

До монастыря он нигде ничему не обучался. Из родной деревни Шишкино Ярославский губернии кроткий по своему характеру Ваня Малышев попал с обозом в Санкт-Петербург, где прислуживал сначала в одном купеческом доме, затем в другом. Со временем стал приказчиком, поднаторел в деле торговли, вот и вся наука. Хозяева им дорожили, высоко ценили за опытность и честность, да только душа Ванюшина тянулась к другому – все мысли были о монастыре, о монашестве. Это заветное желание исполнилось, когда новый настоятель Свято-Троицкой Сергиевой Приморской пустыни архимандрит Игнатий (Брянчанинов) принял его в число братства обители. А спустя время, заметив способности Ивана к рисованию, будущий святитель предложил своему келейнику поучиться в Императорской Академии художеств. Советы и наставления одного из талантливейших живописцев Карла Брюллова, многих знаменитых профессоров академии – все это было в его жизни, хотя и длилось не более трех месяцев. Из-за нехватки средств учебу пришлось прервать. И более шести десятилетий отец Игнатий, Игнатий маленький, подвизался в Приморской пустыни преподобного Сергия, пройдя все ступени иерархической лестницы – от послушника до настоятеля. Без малого сорок лет он стоял во главе первоклассного монастыря, который так любили посещать члены августейшей фамилии и именитые представители столичного общества! Многие гости отмечали его удивительные дарования. Говорил он с учеными – те безмерно поражались его познаниям в разных областях. Говорил с генералами-полководцами – те со вниманием выслушивали его как опытного военачальника и опытного дипломата. А географию «неученый» батюшка настолько хорошо знал, что мог начертить карты и определить места, где идут военные сражения. В книге «Ты мой Бог, я Твой раб…» (первое ее издание вышло в 1899 году) читаем: «В его замечаниях был более чем обыкновенный стратегический ум. Бывало что-то вроде провидения. Так, в день взятия Плевны, когда еще и в столице ничего не знали об этой славной победе, он утром сказал собравшимся к нему некоторым из братий: "Сегодня у нас будет торжественное молебствие: Плевна взята!" Действительно, через несколько часов была получена депеша о взятии Плевны».


Велики были труды неустанного труженика и по благоукрашению родной обители. Возведенные им более пятидесяти сооружений (жилые корпуса, хозяйственные постройки, библиотека, инвалидный дом, больница для бедных людей и другие), а также церкви, среди которых главным детищем настоятеля стал величественный соборный храм Воскресения Христова, для коего отец Игнатий написал 70 икон, – все они практически были уничтожены. Многие – в разгар антихрущевской религиозной кампании… Нельзя не вспомнить и тот факт, что имя архимандрита Игнатия (Малышева) прочно ассоциируется с такой архитектурной жемчужиной Санкт-Петербурга, как знаменитый «Спас на Крови». Этот мемориальный храм, храм покаяния народа за убийство своего царя, был возведен над местом смертельного ранения Государя Александра II на набережной Екатерининского канала (сейчас – канала Грибоедова). Вместе с архитектором Альфредом Парландом настоятель Приморской пустыни подготовил проект собора Воскресения Христова, одобренный Императором Александром III, к слову сказать, не утвердившим до этого ни один из академических проектов виднейших петербургских архитекторов, поскольку они, по его мнению, не отвечали характеру «русского церковного зодчества». И все же наиболее важным в деятельности любимого ученика святителя Игнатия (Брянчанинова) стала его забота об укреплении монашества, в то бедное, как писал он, время «оскудения подвижничества». Для молодых людей, желавших встать на монашеский путь, существовали тогда серьезные затруднения в виде воинской повинности. Отец Игнатий, следуя совету военных, у которых он нашел сочувствие по данному вопросу, составил подробную записку и попросил обер-прокурора К.П. Победоносцева передать ее на рассмотрение в Синод. Указав, что все молодые люди, обязанные поступить на воинскую службу или в резерв, могут быть свободны для поступления в монашество не ранее 38 или 40 лет, он с жаром писал: «Монашеская жизнь требует специального обучения, смирения, гибкости, веры, терпения. Монашеская жизнь – не дело ума и рассудка, а дело веры и призвания. Ум, падший под влиянием плоти, кричит; а вера, под влиянием духа, созидает. Почти все преподобные отцы нашей отечественной церкви поступали в обители от юности, как и церковь в своих писаниях ублажает некоторых из них: «От юности восприял Христа в души твоей, преподобне». И дальше шли предложения, что следует предпринять для выхода из того критического состояния, в которое попали православные обители по выше названной причине. Кроме того, много лет батюшка был попечителем санкт-петербургского Воскресенского Новодевичьего монастыря, постриг в монахини большинство сестер обители. Всегда он проявлял твердость и последовательность в вопросах настоятельства, неся послушание благочинного монастырей Петербургской епархии. Метко отличал злоупотребления от наговоров. Например, в Зеленецком мужском монастыре архимандриту Игнатию пришлось трижды за короткий срок сменить настоятелей. А вот невинно обвиняемую игумению девичьего монастыря Успения Пресвятой Богородицы он отстоял перед правящим архиереем. Съездил в Старую Ладогу, во всем детально разобрался и убедил Владыку, что обвинения в адрес настоятельницы беспочвенны. В своем же монастыре он держал себя с братией просто, как равный им. Принимал всех во всякое время. Когда стал преемником подвижника и духовного писателя Игнатия (Брянчанинова), братии было до 55 человек. При его настоятельстве монашеская семья возросла до 70 человек.

Но если вернуться на многие годы назад, к «отправной точке» – приходу в монастырь Ванюши Шишкинского (так поначалу называл его настоятель), то важно на его примере проследить, как враг рода человеческого искушал этого воина Христова и сколько духовных усилий послушник, чьему смирению дивились многие, прикладывал, чтобы победить искусителя. Что же делал келейник Иван, испытывая иногда брань против своего старца? Он запирался в своей келье на несколько дней. Архимандрит Игнатий неоднократно стучался в дверь, однако ответа не было. В это время подвергшийся бесовским искушениям Иван сидел за книгой преподобного аввы Дорофея. Причем сначала ничего не понимал, но упорно продолжал читать, пока наконец не уяснял, как посредством святых заповедей нужно очищаться от страстей, избавляться от худых мыслей. И с еще большей любовью возвращался к своему наставнику.


… По благословению настоятеля монастыря игумена Николая (Парамонова) знакомил нас с обителью и ее историей иеромонах Филарет (Коноплев). В храме преподобного Сергия отец Филарет подошел сначала к большой иконе святителя Игнатия (Брянчанинова), затем сделал несколько шагов дальше вдоль стены – к деревянной раке. Сказал, что здесь покоятся честные останки архимандрита Игнатия (Малышева). На многие годы его захоронение было утеряно, а в 1998 году братия возрождающейся обители нашла его во время раскопок. По благословению священноначалия останки Игнатия Маленького были поставлены здесь – в величественном соборе, являющем собой первую в России базилику. Как написано в предисловии к вышеназванной книге, содержащей жизнеописание архимандрита Игнатия: «Верный раб Божий, смирением своим, конечно же, стяжавший право именоваться сыном, вернулся в храм, чтобы даже после земной кончины нести особое послушание – быть молчаливым наставником, ко гробу которого возлюбили приходить иноки и теперь уже многочисленные богомольцы, испрашивая помощи и благословения в нуждах своих».

Господь нас слышит и направляет

О жизни современной обители на берегу Финского залива рассказывалось на портале «Монастырского вестника» в статье «Храни себя в глубоком мире…» Настоятель монастыря игумен Николай (Парамонов) посвятил несколько глав возрождению святыни в своей книге «Шел к Богу человек». В ней есть и сообщения о чудесах, укрепивших решимость насельников возродить монашеский дух в обители, прославленной 23-летним настоятельством святителя Игнатия (Брянчанинова). К проявлению того или иного чуда (это слово на церковнославянском языке означает «знамение») в церковной среде, как мы знаем, отношение неоднозначное. Встречается немало искушений ложное чудо принять за истинное и таким образом впасть в обольщение. Но прибывший сюда по благословению священноначалия отец Николай, выпускник духовной академии северной столицы, твердо знал: всякое чудо возможно, когда есть вера. И с искренней детской радостью воспринимал то, что Господь слышит его просьбы, откликается на них.

Как часто бывает, особо запоминаются какие-то бесхитростные трогательные моменты. Мне, например, запомнился следующий (процитирую этот кусочек из книги): «В первое время до обители добирались на общественном транспорте, на своих руках носили все, необходимое для службы. "Сколько у Тебя, Господи, всякого транспорта снует туда-сюда, неужели все с божественными целями? Пошли нам какую-нибудь машину для храма Твоего, только с водителем», – молился я, глядя через оконное стекло троллейбуса на многочисленные легковые автомобили, проносящиеся по шоссе… В обители нас уже ждал паломник. "Я по обету сюда приехал, Сергием меня зовут. Хочу один вымыть пол во всем храме. Хочу вам помогать, у меня своя машина есть, возьмите трудиться, "– просился коренастый и плотный телосложением не совсем обычный паломник. Ну, надо же! Действительно, Бога попросить в нужде не грех, и помощь чудным образом приходит. Так и остался в обители жить послушник Сергий». Во время беседы с иеромонахом Филаретом (Коноплевым), протекавшей в той самой монастырской приемной, где в XIX веке святитель Игнатий (Брянчанинов) принимал высоких особ, я спросила у батюшки о дальнейшем пути Сергия. И услышала, что послушник Сергий Колесов принял монашеский постриг с именем Герасим и до самой кончины нес ответственные послушания: был старшим водителем, заведовал монастырским автомобильным парком. Монах Герасим, сообщил собеседник, первым из насельников отошел в мир иной. В возрасте 52 лет. Сердце дало сбой. Но при жизни он ни разу не пожалел, что пришел в обитель, поскольку почувствовал настолько сильный и ясный призыв Божией, что сомневаться в правильности своего решения не пришлось. И как дивно Господь устроил: в 2012 году Он призвал смиренного монаха в Свои Небесные селения, а на земле в том же 2012 году в ряды авангарда Церкви вступила Ирина Колесова, 17 лет назад отпустившая мужа в Приморскую пустынь. Поставив на ноги сына, она по благословению старицы ушла возрождать Свято-Троицкую Никандровскую обитель в Боровичской епархии на Новгородской земле. Сейчас исполняет обязанности настоятельницы монастыря – теперь уже монахиня Варвара (Колесова). И вспоминает слова старицы Антонии, всю жизнь молившуюся по благословению Серафима Вырицкого за Никандров монастырь: «Я его вымолила, а ты, когда я отойду ко Господу, уйду домой-то, будешь открывать монастырь с сестрами. Если меня не послухаешь, будешь валяться по больницам в своем Питере. Воля Божия такая. Тебе другой дороги нет». Вот что сказала ей слепенькая монахиня-старица, за которой Ирина с двумя петербурженками, тоже впоследствии принявшими постриг, ухаживала…


А с отцом Герасимом в памяти настоятеля обители игумена Николая (Парамонова) и всей братии связано еще одно чудо, о котором охотно рассказал иеромонах Филарет. Дело в том, что когда на территории обители находилась специальная средняя школа милиция МВД РФ, то зимой с расчисткой этой немаленькой площади проблем не было. Но зато других проблем хватало. Так, например, милиционеры пускали прихожан на богослужения только в определенное время, собирая людей у ограды и сопровождая их до храма. Если кто опоздал, даже по уважительной причине, на службу он не попадал… В конце концов эту организацию переселили в другое место, и к началу 2000-х годов монахам были переданы в бессрочное безвозмездное пользование вся территория и помещения монастыря. А тут зима выдалась такая снежная, что все вокруг завалило. Сначала братия чистила пешеходные дорожки. Прихожане помогали. Но снег шел и шел, и чтобы очистить территорию, нужен был трактор. Монастырю трактор подарили, только он почему-то никак не заводился. Отец Герасим, опытный водитель, вместе со своими помощниками смотрел и так, и эдак: ничего не получается! Ближе к ночи все разошлись по своим кельям: мол, утро вечера мудренее. Утром снова собрались вокруг трактора. Вдруг отец Герасим с уверенностью заявляет: «Я знаю, в чем дело». Залез на трактор, что-то быстро поменял, и трактор завелся. Оказывается, ночью отцу Герасиму приснился сон: его умерший дядя обратился к нему со словами: «Герасим, там такая есть гайка – ты ее поменяй, и все будет в порядке». Отец Филарет с улыбкой продолжил: «Но самое-то интересное, что дядя никогда не знал его в монашестве. Умер он, когда племянник был Сергеем. А обратился к нему во сне, назвав его монашеское имя. Это характерное свидетельство того, что усопшие нас видят: как мы живем, благочестивы ли. Связь с ними не прерывается».

О православной гимназии, духовном окормлении и кое-что о каллиграфии


Архимандрит Игнатий (Малышев) в последние годы жизни много сил и времени уделял благотворительности вне монастырских стен. Благотворительным актом, последовавшим со стороны современной обители, можно назвать тот факт, что когда уникальная в своем роде православная гимназия осталась без помещения, то духовное руководство монастыря предложило ей занять один из монастырских корпусов. Конечно, его надо было привести в порядок, потому что после передачи здания монастырю школой МВД выглядело оно весьма плачевно. Капитальный ремонт пришлось делать. И вот уже восемь лет гимназия «Горница» размещается на территории Приморской пустыни в Стрельне. Ее слава как «образовательного чуда» давно вышла за пределы Санкт-Петербурга и области. В гимназии сложился крепкий коллектив православных педагогов с бессменным директором Галиной Николаевной Стремяковой, и среди преподавателей, что особенно ценно при раздельном обучении мальчиков и девочек, немало мужчин, преданных профессии. К тому же сюда охотно возвращаются выпускники, получившие дипломы о педагогическом образовании. Что касается школьников, то они, приученные усердно и с энтузиазмом трудиться с начальных классов, не сходят с дистанции и в старших классах. Кроме того, как отмечают частые гости из разных мест (в их числе и заинтересованные процессом воспитания священнослужители), ребята не зажаты, у «них свет в глазах». Педагоги гимназии стараются развить способности и задатки каждого. О «почти массовой» любви к рисованию говорят мастерски написанные картины, что украшают стены коридора. Девочки любят заниматься рукоделием и выпечкой архангельских козуль – расписных пряников. Мальчики – резьбой по дереву, в чем тоже, по всеобщему мнению, достигли если не совершенства, то сильно преуспели. Девочки вяжут для монахов теплые носки, мальчики на уроках труда сбивают деревянные ящики, нужные в монастырском хозяйстве. Все хотят помочь монастырю, давшему им приют, помочь хотя бы в чем-то. В том числе и в садово-огородных работах. Вообще в «Горнице», окормляемой Троице-Сергиевой Приморской пустынью, на сегодняшний день учится 250 человек. Духовник в гимназии – иеромонах Филарет (Коноплев). Он-то и приводит в гимназию, ставшую в какой-то степени и его детищем, многих людей, заинтересованных в этом замечательном опыте учебно-воспитательного процесса. «Без помощи нашего активного батюшки мы бы не имели связи со всей Россией», – говорит директор. Монашествующие преподают в гимназии Основы православной культуры. Учебный день в «Горнице» начинается в 8.30 с молебна. В 9.00 дети идут в классы. Раз в месяц в большом Сергиевском храме проводятся школьные Литургии. Дети сами поют, мальчики прислуживают в алтаре. Вся школа в этот день причащается. А так многие из учеников бывают на воскресных богослужениях вместе со своими родителями, прихожанами монастыря.



Запоминающийся разговор получился у нас с отцом Филаретом относительно каллиграфии, образно называемой музыкой, только обращенной не к слуху, а к глазу. Приведу небольшой отрывок из пространного увлекательного рассказа батюшки: «Писание школьным пером – это сохранение гармонии между нажимной линией и тоненькой волосяной. Что это дает? Мы с вами живем во времена, когда на нас направлен гигантский поток информации и любая информация требует нашего внимания, отвлекает нас от нашего внутреннего имущества, рассеивает мысли. Задача каллиграфии даже не в том, чтобы у ребенка, пришедшего в школу, вырабатывался красивый почерк. Но тем не менее за гармонией каждой буковки дети следят на протяжении пяти или шести уроков. Далее: пошел ученик домой и, может, в футбол поиграл или в какую-то другую эмоциональную игру. Все в душе взъерошилось, взлохматилось. Однако сев делать домашнее задание перьевой ручкой, он снова начинает следить за гармонией букв. То есть это учит детей собираться, сосредотачиваться. К чему, вспомним, призывал святитель Игнатий (Брянчанинов): «Храни себя в глубоком мире…» или, иными словами, не рассеивайся. Я обозначил один аспект, который дает большие плоды. Потому что если ребенок внутренне рассеян, если внутри ничего нет, расцветет ли он как личность? Семян-то нету! Второй аспект: для того, чтобы красиво писать пером, необходимо делать правильные нажимы. И тут начинает работать мелкая моторика пальцев, напрямую связанная с корой головного мозга правого полушария, отвечающего за творчество, воображение. Сейчас, в наш рациональный век, когда упор в основном делается на развитие логического мышления, очень важно развивать образное мышление. А каждая буква, написанная перьевой ручкой, имеет свой образ. Шариковой ручкой мы только соединяем вместе буквы. Пером же мы вырисовываем образ буквы. И мы видим: благодаря целому комплексу каллиграфии удается добиться того, что внутренний мир детей расцветает, созидается».

…Галина Николаевна Стремякова заметила, что около 20 лет гимназия была без своего батюшки. И то, что сейчас у «Горницы» есть духовник из монастыря, – это великая милость Божия. Авторитет отца Филарета в среде учителей, родителей и детей высок. Большинство спорных вопросов он решает мудро, все к нему прислушиваются. (Сам же батюшка рассказал, что еще в первый свой приезд в монастырь в 19 лет, во время «первой пробы» жизни здесь духовник обители отец Герман – он и сейчас духовник – посоветовал студенту брать в руки книги святителя Игнатия и подряд их читать. Что в итоге помогло ему, прошедшему путь от послушника до иеромонаха, приобрести правильный взгляд на себя и современную жизнь). Став священнослужителем, отец Филарет по-прежнему опирается на основополагающие труды святителя. И зачастую ответы на вопросы тех, кто приходит к нему на исповедь, кто просит духовного совета, он находит как раз у святителя Игнатия (Брянчанинова). В окормлении гимназии тоже святитель помогает… Однако, по словам Галины Николаевны, возникают иногда ситуации, которые для отца Филарета в духовном плане затруднительны. Но тут происходит удивительное явление: идет директор гимназии, погруженная в глубокие раздумья, а отец-настоятель, игумен Николай, будто почувствовав, как остро он нужен в данный момент, «вырастает» прямо перед ней на монастырской дорожке. Галина Николаевна останавливается, взволнованно излагает ему суть проблемы и получает совет и благословение.


Главное, что можно сказать об обители: она продолжает подвижническую деятельность своих ревностных предшественников, которые стремились добиться высокого уровня духовного устроения, но от мира не отгораживались. Как и в прежние века, собирая вокруг себя множество мирян, нынешние монахи помогают людям увидеть Божественный свет, почувствовать Божественное тепло. А прихожан у монастыря очень много. Много гостей, туристов, паломников здесь бывает.

Автор: Нина Ставицкая

Фотограф: Владимир Ходаков

Также представлены снимки из архива монастыря

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Игумения Елисавета (Семенова)
О схимонахине Сарре (Потемкиной)
Свято-Покровский женский монастырь г. Верхотурье
Свято-Иоанно-Предтеченский мужской монастырь Луганской епархии
Подворье Покрова Пресвятой Богородицы Свято-Пафнутьева Боровского мужского монастыря
Игумения Елисавета (Семенова)
О схимонахине Сарре (Потемкиной)
Свято-Покровский женский монастырь г. Верхотурье
Свято-Иоанно-Предтеченский мужской монастырь Луганской епархии
Подворье Покрова Пресвятой Богородицы Свято-Пафнутьева Боровского мужского монастыря