Проблемы монастырских уставов в контексте вызовов современного общества

Игумения Иулиания (Каледа)

Ваши Высокопреосвященства, Преосвященства, Ваши высокопреподобия и преподобия, дорогие братья и сестры! Начиная свой доклад, в первую очередь, хотелось бы возблагодарить Господа и Пречистую Его Матерь, оставивших как наследие Небесного жительства на земле житие монашеское, ибо воистину монашество — великая милость Божия, драгоценнейший дар Божий, преподанный по Бесконечной Божественной Любви Святой Церкви и всем ее чадам, а наипаче тем, кто с сердечным желанием решается ответить на Любовь Христову всецелым посвящением своей жизни служению Единому на потребу.

Христос вчера, днесь и во веки Тойже, и заповеди Его непреложны, и монашество по своей сути неизменно во всем мире и во все времена.

По утверждению святых отцов и учителей Церкви, «монашество есть установление Божие, отнюдь не человеческое»[1].

Сам Господь Иисус Христос определил род особого, возлюбленного Им рода жительства. Свидетельства тому многие Его слова, запечатленные в Евангелии: Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое и даждь нищим; и имети имаши сокровище на небеси; и гряди в след Мене. (Мф. 19, 21);

Аще кто хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет. Иже бо аще хощет душу свою спасти, погубит ю; и иже аще погубит душу свою Мене ради, обрящет ю. (Мф. 16, 24–25);

Всяк, иже оставит дом, или братию, или сестры, или отца, или матерь, или жену, или чада, илисела, имени Моего ради, сторицею примет и живот вечный наследит (Мф. 19, 29);

Могий вместити, да вместит (Мф. 19, 12).

Господь наш Иисус Христос не только указал на монашество в Своем учении, но и Сам явил пример монашеской жизни. Он пребывал в девстве и нестяжании, не имея где приклонить голову (Лк. 9, 58), показал высочайшее самоотвержение, быв послушным Отцу даже до смерти(Флп. 2, 8), и явил все иные добродетели, свойственные монашескому житию. Таким образом, монашество является следованием нашему Спасителю, и потому именуется «совершенным житием, в немже по подобию Господне жительство является»[2].

Также, по слову свт. Василия Великого, «образ монашеского общежития есть истинное подражание образу жизни Господа Иисуса Христа с его учениками

Как Иисус Христос, собрав вокруг Себя лик учеников, жил с ними отдельным обществом, так и монахи, живя совокупно отдельными обществами, под руководством своего игумена, поистине подражают житию их, если только свято и разумно хранят правила жития».

Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин усматривает черты монашеского общежития в первохристанских общинах времен апостольской проповеди, ибо, по описанию в Деяниях Апостольских «У множества уверовавших было одно сердце и одна душа, и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее». Чины девствующих и вдовиц, существовавшие в Древней Церкви, также можно рассматривать как зачатки монашества.

Земная жизнь Пресвятой Богородицы во-многом имеет сходство с иноческою жизнью. Пречистая Богоотроковица Мария пребывала в Храме в молитве и Богомыслии, занимаясь чтением Слова Божия и рукоделием, в чистоте девства; так же и в монастыре иночествующие, исполняя различные монастырские послушания, призваны пребывать в непрестанном молитвенном делании и предстоянии Богу, во всяком целомудрии и чистоте.

Множество примеров особого, самоотверженного по Богу жительства и среди праведников Ветхого Завета, и среди верующих первых веков христианства свидетельствуют о Божественном призвании к монашеству, открывающемуся в сердце человека таинственным образом как глубокая ответная любовь ко Господу, которая преодолевает и препобеждает всякую земную любовь[3] и вдохновляет к решительному и всецелому подвигу отвержения себя и мира ради «очищения и освящения сердца»[4] и обретения Христа (см.: Мф. 13, 45).

Как само монашество по своей природе есть Богом установленное жительство, так и первые монастырские уставы в основе своей содержат откровение Божественной воли.

В IV веке преподобный Антоний Великий, наставник пустынножителей, имел Божественное откровение через Св. Ангела об устроении делания подвижнического, и им руководствовался сам, и передавал его другим пустынникам. В то же время и преподобному Пахомию Великому таинственным образом, также через явление святого Ангела был преподан чин общего иноческого жития. Им же на основании принесенной ангелом медной доски, на которой были начертаны правила иноческой жизни, был написан первый общежительный устав.

Устав этот сделался общеупотребительным во всех обителях общежительных времени прп. Пахомия, которым он и был начальником и руководителем; затем переходил преемственно и стал основой всех основных монашеских Уставов: святителя Василия Великого, преподобного Саввы Освященного и преподобного Феодора Студита (его Устав был принят впоследствии преподобным Феодосием для Киево-Печерского монастыря и стал потом образцом для всех других русских обителей). Устав преподобного Пахомия был несколько изменяем применительно к духу времени и немощам иночества, но коренные его правила и основание остаются неизменными. Это прохождение жизни под общим духовным руководством одного отца (игумена), в общих трудах, с общим богослужением (молитвой), общей трапезой и неимением собственности.

В основе всех монастырских уставов лежит такое устройство жизни в обители, при котором монашествующие наиболее полно могут исполнять Евангельские заповеди и совершенствоваться в добродетелях, проводя жительство в соблюдении монашеских обетов целомудрия, нестяжания и послушания.

Монастырский устав, как изложение определенных правил монашеского общежития, является основой жизни всякого монастыря, и призван регулировать жизнь в обители и способствовать лучшему усвоению монашеского духа.

Устав призван хранить стройность и порядок внутренней жизни обителей, утверждать основы святого общежития и ограждать братство /сестринство от разногласий и нестроений, созидая между иночествующими единство не только внешнее, но и духовное.

Устав показывает красоту и смиренное величие жизни тех, кто отрекся от всех благ мира ради служения Единому Богу, и вдохновляет монашествующих к подвигам духовным. Новоначальным он необходим как надежный путеводитель к высшим ступеням совершенства, а преуспевшим — как крепкий жезл и опора на духовном пути.

Как же связаны монахи и монашеские уставы с обществом, с миром, от которого они отреклись и закрылись за стенами монастырей?

Суть и смысл монашеского жития — уход от земного и тленного, отречение от плотского и смертного и следование за Христом. В то же время отречение от мира — это не нетерпимость, не отрицание этого мира, но освобождение от рабской привязанности к миру как источнику греховных соблазнов.

Монашеский образ жизни выражает эсхатологический образ жизни верующих. Монашество — это предвкушение вечных благ Царства Божия уже в этой земной, временной жизни. Именно об этом монашество своим существованием в Церкви свидетельствует и проповедует миру.

Монастыри являются местом, где с одной стороны, монашествующие живут в конкретном времени и пространстве, а с другой стороны, они уже обращены к вечности, к грядущему Царству Божиему, ныне открывающемуся отчасти, но имеющему открыться во всей полноте. Монашеская жизнь не имеет целью осуществление каких-либо мирских желаний или земных дел. Перед монахом стоит подвиг уподобления ангельской жизни, как сам Господь во Святом Евангелии говорит о том, что в Царствии Небесном все будут как ангелы на Небесах.

Святые отцы называют монашескую жизнь истинной, идеальнойхристианской жизнью. В этом смысле монашеская община — образец для подражания всем христианам и одновременно утешение миру. Монашество — соль Церкви, источник благодатных сил верующих.

Монашество-это обращение к подлинной жизни, ко Христу, Который есть Путь, и Истина, и Жизнь, и уже через Христа, «во Христе» — обращение к созданию Божию, то есть ко всякому человеку и всему миру в целом.

Монах, обретший в своем сердце Христа — Бога, Который есть Всесовершенная Любовь, в своем жительстве «по Бозе» сам становится источником Любви, и тем исполняет свое великое, созидательное служение миру, ибо только Божественная Любовь есть сила, способная противостать разрушительным стремлениям, с нарастающей скоростью действующим в мире со времен самого первого противостояния твари Своему Создателю и Творцу.

Какие же вызовы делает современное общество монашеству, каково их влияние на уставы иноческого жития?

Мир как жизнь вне Бога и Его заповедей, лежит во зле. Это зло возрастает со временем. Еще св. апостол Павел в сокрушении взывает ко Господу, видя умножение зла в окружающем его мире и пророчествует о дальнейшем падении человеческого общества. На протяжении всех веков великие проповедники, светильники Церкви, архипастыри и пастыри, преподобные отцы и матери плакали о бедственном состоянии мира, о царствующем зле. Можно ли думать, что нынешнее время чем-то принципиально отличается от предыдущих столетий?

Нет, скорее, уместно говорить о некоторых преобладающих разрушительных тенденциях, все более захватывающих и общецерковную, и монашескую жизнь, поскольку приходящие в монастырь из мира несут в себе и все болезни и грехи этого мира.

Потребительское отношение к жизни как к источнику всяких утешений и наслаждений, плотских и душевных. Весь прогресс направлен к тому, чтобы наиболее легким способом (буквально касанием пальца) получить наибольшее наслаждение. Главным становится вопрос поиска соответствующих путей и средств.
Приходящие сегодня в монастырь с большим трудом воспринимают и с еще

большим трудом бывают способны воплотить в жизнь аскетические подвиги поста, бдения, всякого самоограничения.

Ввиду этого при составлении устава необходимо применять вариативность подходов с тем, чтобы, с одной стороны, сохранить основные принципытрезвения и воздержания, а с другой стороны, не наложить бремена неудобоносимые и тем не погубить едва живой росток стремления к «житию постническому», которое проявляет поступающий в обитель.

Здесь следует прислушаться к опыту наших современников — святых отцов-подвижников, отмечающих исключительную важность сохранения в нынешних обителях главных принципов древних общежительных уставов: общей молитвы (молитвенного правила), объединяющей братство в совместном обращении к Богу, общей трапезы, имеющей целью не только телесное насыщение братии, но и духовное их окормление через назидательное духовное чтение и душеспасительное слово; отсутствие всякой личной собственности, приводящее монаха к спасительной свободе от пристрастия к земным благам; но главным образом, жизнь в послушании, как внешнем, так и внутреннем, когда все в обители совершается не по своему произволению, а по благословению старших.

2. Огромное влияние информационного воздействия на сознание человека.

Современные люди живут в мире виртуальных социальных сетей, бесконечного сообщения по телефону, через Интернет, без которых не мыслят своего существования. При этом незаметным для человека образом происходит формирование его основных понятий, в том виде, как их подают разные современные СМИ. Человек с ранних лет воспринимает искаженную информацию о ценностях, происходит подмена понятий, называется добром то, что есть грех, а истинное добро рассматривается как опасное, устаревшее или не существующее.

Наряду с информационным давлением в современном обществе все чаще наблюдается усугубление обособленности, замкнутости жизни. Несмотря на огромные коммуникационные возможности, человек оказывается в изолированном пространстве, а все общение носит лишь поверхностный характер. Глубокое личностное взаимообщение становится труднодостижимым, ибо человек, поглощенный внешней жизнью, все меньше бывает способен осознать свой внутренний мир. Вместо духа любви и единства преобладает дух неприязни, зависти, страха.

Кроме того, в современном обществе до неузнаваемости искажены понятия о семье, об авторитетах, о взаимоотношениях между старшими и младшими. Воспитательная функция образовательных учреждений свелась к минимуму и зачастую способствует больше не созиданию, а разрушению личности.

Как следствие этих факторов, современные новоначальные часто проявляют в отношениях со старшими дерзость, упорство, противоречие, в отношениях с равными и с младшими вольность, астойчивость, при этом не вполне осознавая пагубность такого поведения и его разрушительное воздействие на устроение души.

Особенно трудно развиваются в обители отношения внутреннего послушания и открытого духовного общения со своим наставником-игуменом (игуменией). При глубоком переживании своих грехов и ошибок новоначальные, тем не менее, с большим страхом, очень уклончиво, поверхностно открываются в исповедании своих душевных недугов, и даже наиболее мягкие и доверчивые из них часто претыкаются о собственные понятия, разумения и чувства, на которые они внутренне опираются.

В таких условиях игуменам и игумениям монастырей следует в первую очередь проявить особенное попечение о духовном руководстве вверенных им послушников, помня об ответе, который они дадут Богу за души своих чад.

Следует разъяснять иночествующим о смысле жизни во внутреннем послушании, во многом совете, о том, что они должны быть особенно внимательны к себе, чтобы не подменять Богооткровенные духовные истины собственными представлениями и измышлениями, но все представлять на рассуждение духовного отца/матери, которым для них является игумен/игумения.

В связи с этим в монастырских уставах необходимо предусмотреть большие возможности для изучения житий святых, творений святых отцов, разных форм взаимного общения игумена с братиями/сестрами, с тем чтобы постепенно находить пути духовного единения, дабы община возрастала в уподоблении высшему примеру — житию Господа с Его учениками-апостолами.

Еще одним вредоносным следствием разрушения ценностных ориентиров в обществе является непостоянность намерений, выражающаяся в допущении послушниками, иноками или даже монахами оставления монастыря и монашества при малейших искушениях, скорбях или болезнях, неизбежно возникающих во время жизни в обители.

В этом отношении в монастырских уставах необходимо уделить особое внимание условиям приема в обитель, испытательному сроку до зачисления в число насельников, тщательно подходить к принятию решения о монашеском постриге.

Мы затронули лишь самые основные губительные недуги, которыми страдают те, кто приходит сегодня в монастырь. Ныне как никогда актуализируется понятие о монастыре как о нравственной врачебнице. Человек приходит из мира в обитель, чтобы оставить греховные навыки, полученные в мирской жизни, и вне влияния соблазнов, которыми преисполнен мир, и стяжать навыки или поведение истинно христианские.

Современные монастырские уставы призваны наиболее действенно способствовать исцелению этих греховных болезней, ослабляющих телесную крепость, парализующих волю, расслабляющих сердце и затемняющих ум человека, стремящегося, тем не менее, к светлому образу высокого, благодатного монашеского жительства.

На первое место при составлении уставов для каждого монастыря выходит индивидуальный, личностный подход, когда при наличии и действии общих правил для каждого члена монашеской общины существует своя мера в степени исполнения тех или иных установлений, определяемая духовным наставником-игуменом/игуменией. Кроме того, и сами общие правила могут быть изменяемы в соответствии с общим духовным возрастом и состоянием обители, ради внутреннего преуспеяния монашествующих.

Тема нашего доклада имеет продолжение, ибо вызовы современного общества- это не только мирской греховный «груз», который несут с собой поступающие в монастырь новоначальные, уязвленные любовию Христовою и ищущие спасения своей души.

Вызовы общества- это и конкретная историческая обстановка, в которой живет обитель, и степень ее зависимости от мира, а также те надежды, с которыми общество обращается к монастырям, ожидая обрести в монашествующих как пример воплощенного в жизнь христианского идеала, так и помощь в разнообразных духовных и материальных, житейских нуждах. В этих обстоятельствах монашествующим особенно важно помнить о той высокой ответственности, которая возложена на них Богом, по слову прп. Иоанна Лествичника «Свет инокам-ангелы, а свет мирянам-иноки».

1. Современный мирпосредством разных технических средств буквальным образом врывается в монастыри, какими бы уединенными они не были, не говоря уже об обителях, исторически находившихся в безлюдных местах, а ныне оказывающихся в центре населенных пунктов.

В таких обстоятельствах отречение от мира имеет вид совершенно иной, чем в прежние времена, для современных монахов в этом отношении характерна определенная двойственность. В настоящее время приходится констатировать и такое положение дел, когда монашествующие, пребывая в стенах обители, имеют практически свободный доступ во внешний мир через мобильные телефоны, интернет, а также вошедшие в некоторых обителях почти в норму частые выходы в мир, воспринимаемые, к сожалению, самими монашествующими как нормальное явление их жизни.

Во многих монастырях, особенно расположенных в городах и имеющих большой приток паломников, общение насельников обители с мирскими бывает подчас большим, чем общение со своими братьями/сестрами -монашествующими.

Очевидно, что в таких условиях велика опасность пагубного воздействия внешнего мира на чувства, поведение и понятия монашествующих, старающихся отстать от греховных стереотипов, но не имеющих часто достаточной устойчивости к действию соблазнов.

В связи с этим монастырскими уставами необходимо предусмотреть создание в обители условий для уединения монашествующих, ограничения их связей с внешним миром, -это и отделение в обители, по возможности, особой, закрытой внутренней территории, и устроение при городских обителях уединенных подворий и скитов, а также выделение в ежедневном монастырском распорядке определенного времени для пребывания насельников в келии, ради того, чтобы дать иночествующему возможность укрепиться в навыке живого, глубокого общения с Богом посредством внимательной молитвы.

2. В современной жизни большинству обителей трудно обойтись без материальной поддержки со стороны паломников и мирских благодетелей, будь то частные жертвователи или официальные структуры. Обитель неизбежно оказывается вовлеченной в определенную систему взаимоотношений. Материальная зависимость монастырей от пожертвований паломников не должна стать для монашествующих поводом для постоянных личных обращений к мирским и измышления различных способов получения желаемых благ. Обитель должна обеспечивать насельников всем необходимым, со внимательным отношением к потребностям каждого.

3. В настоящее время очевиден оживший интерес к Церкви и к монашеству как хранителям богатейших сокровищ не только духовных, но и общекультурных и исторических ценностей. В этом отношении монашествующим необходимо быть способными утолить эту жажду познания. Это возможно, если в обители будут организованы условия для повышения насельниками уровня своего духовного образования, церковной культуры, прежде всего через изучение богослужения, устава, церковных традиций, а также истории и святынь своей обители. Немалое значение имеет и возрождение в монастырях традиционных церковных искусств и рукоделий.

В обителях, где приток паломников особенно велик, возникает необходимость организации для них ознакомительных бесед, а также решения вопроса о размещении гостей и их питании в духе монастырского странноприимства.

При этом, ради ограждения монашествующих от чрезмерного общения с внешними желательно в уставах определить место для мирских помощников (экскурсоводов, гостевых трапезных и т. д.).

3. В современном обществе приняты нормы обмена информацией через различные технические средства, и монастыри стоят перед необходимостью освещать определенные события, а также представлять другие сведения не только через традиционные печатные издания, но и через интернет-сайты. С одной стороны, в этом отношении представляется большая возможность свидетельства о жизни и служении в Церкви. С другой стороны, жизнь монастыря как общины, в многогранности взаимоотношений и событий, имеющих сугубо личностное значение, не должна становиться предметом всеобщего обозрения. Здесь необходимы мудрость и рассуждение.

В монастырских уставах требуется отразить эту публикационную (издательскую) деятельность, также четко определив степень вовлечения монастырских насельников, с предусмотрением возможности для привлечения мирских трудников.

4. Несомненно, для монаха, живущего Христом и любовью ко Христу, необходимой потребностью становится излить эту любовь на страждущих братьев, приходящих из мира под кров обители. По словам Свт. Патриарха Кирилла, обращенным к монашествующим, помощь обездоленным, утешение скорбящих и страждущих, поддержка немощных, забота о сиротах, пожилых людях являются не какой-то новомодной прихотью, данью веку сему, а прямым долгом монашествующих. Святейший Владыка призвал монашествующих, со страхом и трепетом совершая свое спасение(см. Фил.2,12), свидетельствовать делами свою веру, пробуждая таким добрым примером уважение к монашеству, а у кого-то и желание сделать своим жизненным выбором иноческое житие.

При определении той или иной формы социального служения для каждой конкретной монашествующей общины необходимо учитывать ее особенности и возможности, так чтобы внешнее служение не наносило ущерб духовному состоянию иночествующих и не приводило к негативному результату как для насельников обители, так и для самих нуждающихся.

Таким образом, монашество не уклоняется от диалога с миром, но оно должно противопоставить мирской жизни жизнь иную- наполненную молитвой, основанную на участии в церковных богослужениях и таинствах, прежде всего Евхаристии. Как свидетельствуют отцы св.горы Афон, ныне монастыри должны быть несколько обращенными к миру, чтобы дать возможность миру приобщиться к духовному богатству Церкви, прийти к Богу, ибо воля Божия — в спасении мира. Из этого становится ясно, что главной заботой большинства монастырей в России, начавших свое возрождение чуть более двадцати лет назад после 70 летнего периода гонений на Церковь, должно быть собирание духовных ценностей, накопление опыта благодатной жизни в живом общении с Богом, с тем, чтобы быть способными дать миру спасительные средства для исцеления душевно и телесно страждущих людей.

Центром жизнью в монастыре должны стать богослужение и молитва, и весь распорядок дня следует устраивать таким образом, чтобы все насельники имели возможность ежедневно участвовать в церковном богослужении. Монашествующие призваны к глубокому, осмысленному прохождению внутренней жизни, основанной на покаянии, через исповедание с сердцем сокрушенным и исполнение в своей повседневной жизни монашеских обетов послушания, нестяжания, целомудрия. Проходя такую жизнь, монах становится для мира живым свидетелем о Христе, самой действенной проповедью истинности христианства.

В разнообразных отношениях с миром необходимо помнить, что мир лукав, и что враг «аки лев рыкая ходит, иский кого поглотити», и тем более прилежать заповеди Господней «Бдите, да не внидете в напасть». Вчерашнее воодушевление сменяется сегодняшним охлаждением и завтрашней хулой. Недавний всеобщий подъем и стремление восстановить поруганные святыни сменяются демонстрационными кощунственными нападками, уважение к духовным пастырям и подвигу монашествующих превращается в циничное осмеяние их немощей и осуждение в лицемерии. «Чадца, последние дни»,- из глубины веков слышим мы слова св.апостола Иоанна Богослова.

Потому сегодня, как и всегда, все силы монашествующих в обителях должны быть направлены к тому, чтобы «успеть стать монахами», чтобы стяжать в сердце сокровище умного молитвенного делания, обрести живую связь с Источником Жизни- Господом Иисусом Христом. Это возможно лишь при жизни в постоянном трезвении, в борьбе с «ветхим человеком».

Главное служение монахов- это молитвенное ходатайство перед Господом за весь мир, привлечение Божественной благодати ради спасения мира.«Стяжи дух мирен, и тысячи вокруг тебя спасутся»,- этот завет прп. Серафима звучит всем христианом и особенно монашествующим из вечности…

В завершение хотелось бы от души поблагодарить всех за искреннее внимание и внутреннюю поддержку, за то единение, которое являет нынешнее собрание в своей глубокой заинтересованности в решении важнейших вопросов духовной жизни современного монашества.

[1] Игнатий (Брянчанинов), свт. Аскетические опыты. Т. 1. О монашестве. Разговор между православными христианами, мирянином и монахом.

[2] Требник монашеский. Последование малаго образа, еже есть мантия.

[3] См.: Ефрем Сирин, прп. Слово подвижническое // Творения. Ч. 3. СТСЛ, 1912. С. 37.

[4] Макарий Египетский, прп. Слово 2. О совершенстве духовном.


Материалы по теме

Новости

Доклады

Архимандрит Илия, духовник женского монастыря Преображения Господня в Террасоне
Иеросхимонах Гавриил, насельник монастыря Новый Эсфигмен Святой горы Афон
Архимандрит Илия, духовник женского монастыря Преображения Господня в Террасоне
Иеросхимонах Гавриил, насельник монастыря Новый Эсфигмен Святой горы Афон