Священномученик Евгений (Зернов), Горьковский

7 / 20 Сентября
9 / 22 Сентября (148-й день после Пасхи) Собор Нижегородских святых
20 Января / 2 Февраля (281-й день после Пасхи) Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской

Священномученик Евгений (Зернов), митрополит Нижегородский, и с ним священномученик Стефан Крейдич, пресвитер, преподобномученики игумен Евгений (Выжва), игумен Николай (Ащепьев) и иеромонах Пахомий (Ионов)

Свя­щен­но­му­че­ник Ев­ге­ний, мит­ро­по­лит Ни­же­го­род­ский (бывш. При­амур­ский и Бла­го­ве­щен­ский) (в ми­ру Се­мён Алек­се­е­вич Зер­нов) ро­дил­ся 18 ян­ва­ря 1877 го­да в Мос­ков­ской гу­бер­нии, в се­мье диа­ко­на. В 1898 го­ду Се­мён за­кон­чил Мос­ков­скую Ду­хов­ную се­ми­на­рию и по­сту­пил в Мос­ков­скую Ду­хов­ную Ака­де­мию. В 1900 го­ду он при­ни­ма­ет по­стриг в мо­на­ше­ство с име­нем Ев­ге­ний, а 1902 го­ду ру­ко­по­ло­же­ние в иеро­мо­на­ха. В том же го­ду отец Ев­ге­ний по­сле окон­ча­ния Ду­хов­ной Ака­де­мии на­зна­ча­ет­ся на ме­сто пре­по­да­ва­те­ля сек­то­ве­де­ния Чер­ни­гов­ской Ду­хов­ной се­ми­на­рии. С 1904 го­да он — ин­спек­тор этой се­ми­на­рии, а с 1906 го­да — рек­тор Ир­кут­ской Ду­хов­ной се­ми­на­рии в сане ар­хи­манд­ри­та. В то вре­мя в се­ми­на­рии ца­ри­ло край­нее раз­дра­же­ние вос­пи­тан­ни­ков про­тив сво­е­го на­чаль­ства. Отец Ев­ге­ний су­мел при­ве­сти в по­ря­док рас­стро­ен­ное сму­той 1905 го­да учеб­ное за­ве­де­ние, дей­ствуя без вся­ко­го при­ме­не­ния ре­прес­сив­ных мер и за­слу­жив об­щее до­ве­рие и лю­бовь. Он имел за­ме­ча­тель­ный дар про­по­вед­ни­ка, по­это­му про­во­ди­мые им вне­бо­го­слу­жеб­ные со­бе­се­до­ва­ния по вос­крес­ным дням в се­ми­нар­ском хра­ме охот­но по­се­ща­ли и уча­щи­е­ся, и ин­тел­ли­ген­ция, и на­род. В 1909 го­ду отец Ев­ге­ний яв­лял­ся чле­ном ко­мис­сии по осви­де­тель­ство­ва­нию чест­ных остан­ков свя­то­го епи­ско­па Ир­кут­ско­го Со­фро­ния (Кри­сталев­ско­го). 1910 го­ду отец Ев­ге­ний сде­лал до­клад о по­ста­нов­ке мис­си­о­нер­ских пред­ме­тов в се­ми­на­ри­ях на Ир­кут­ском мис­си­о­нер­ском съез­де; все по­ло­же­ния, вы­ска­зан­ные в этом до­кла­де, бы­ли еди­но­глас­но при­ня­ты. В 1913 го­ду со­сто­я­лась хи­ро­то­ния ар­хи­манд­ри­та Ев­ге­ния в епи­ско­па Ки­рен­ско­го, ви­ка­рия Ир­кут­ской епар­хии. В 1914 го­ду Вла­ды­ка на­зна­ча­ет­ся на При­амур­скую и Бла­го­ве­щен­скую ка­фед­ру. Свя­ти­тель яв­лял­ся чле­ном Свя­щен­но­го Со­бо­ра Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви 1917-1918 го­дов. В 1923 го­ду по­сле все­нощ­ной, на­ка­нуне празд­ни­ка Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, Вла­ды­ка но­чью был аре­сто­ван и за­клю­чён сна­ча­ла в тюрь­му го­ро­да Бла­го­ве­щен­ска, за­тем вы­ве­зен в го­род Чи­ту, а от­ту­да в Моск­ву. На за­щи­ту сво­е­го ар­хи­пас­ты­ря встал весь го­род, че­ки­сты вы­нуж­де­ны бы­ли вы­звать по­жар­ную ко­ман­ду, ко­то­рая, об­ли­вая тол­пу во­дой, кое-как рас­се­я­ла её. Да­же сек­тан­ты при­шли за­щи­тить Вла­ды­ку. Все они глу­бо­ко по­чи­та­ли Свя­ти­те­ля за ми­ро­лю­бие и прав­ду. По­ка Свя­ти­тель со­дер­жал­ся в тюрь­ме Бла­го­ве­щен­ска, по го­ро­ду еже­днев­но разъ­ез­жа­ла те­ле­га с над­пи­сью: «В тюрь­му для епи­ско­па хлеб». Пи­щи на­би­ра­лось та­кое ко­ли­че­ство, что Вла­ды­ка кор­мил всех со­дер­жав­ших­ся с ним за­клю­чён­ных. По­сле осво­бож­де­ния в том же го­ду свя­тей­ший Пат­ри­арх Ти­хон воз­во­дит Свя­ти­те­ля в сан ар­хи­епи­ско­па, а в 1924 го­ду он вклю­ча­ет­ся в со­став чле­нов Свя­щен­но­го Си­но­да при Свя­тей­шем Пат­ри­ар­хе Ти­хоне. В 1924 го­ду Свя­ти­тель аре­сто­вы­ва­ет­ся вновь и при­го­ва­ри­ва­ет­ся к трём го­дам конц­ла­ге­ря с по­сле­ду­ю­щей вы­сыл­кой на три го­да. До 1927 го­да Вла­ды­ка на­хо­дил­ся в за­клю­че­нии в Со­ло­вец­ком ла­ге­ре осо­бо­го на­зна­че­ния. Он был при­знан стар­шим сре­ди епи­ско­пов и остал­ся им по об­ще­му со­гла­сию епи­ско­пов да­же по­сле то­го, как ту­да при­бы­ли и бо­лее стар­шие по ру­ко­по­ло­же­нию. В июле 1926 го­да он при­ни­мал уча­стие в со­став­ле­нии «Со­ло­вец­ко­го по­сла­ния» (об­ра­ще­ния к пра­ви­тель­ству С.С.С.Р. пра­во­слав­ных епи­ско­пов). Дух до­ку­мен­та пре­ис­пол­нен непо­ко­ле­би­мой твёр­до­сти во всём, что ка­са­ет­ся соб­ствен­но сво­бо­ды цер­ков­ной жиз­ни, со­вер­шен­но чужд и ма­лой те­ни со­гла­ша­тель­ства, без­бо­яз­нен в сви­де­тель­стве прав­ды и сво­бо­ден в сво­ём мне­нии сре­ди уз. В до­ку­мен­те из­ло­же­ны фак­ты го­не­ния на Цер­ковь и за­яв­ле­но, что «по­ли­ти­че­ский до­нос со­вер­шен­но несов­ме­стим с до­сто­ин­ством пас­ты­ря». С 1927 по 1929 го­ды Вла­ды­ка на­хо­дит­ся в ссыл­ке в Зы­рян­ском крае (Ко­ми (Зы­рян) А.О.). По­сле вы­хо­да Де­кла­ра­ции мит­ро­по­ли­та Сер­гия (Стра­го­род­ско­го) Вла­ды­ка не от­де­лил­ся от него и не счи­тал необ­хо­ди­мым от­де­лять За­ме­сти­те­ля от Ме­сто­блю­сти­те­ля Пат­ри­ар­ше­го Пре­сто­ла свя­щен­но­му­че­ни­ка мит­ро­по­ли­та Пет­ра (По­лян­ско­го). Вла­ды­ка был стро­гий пост­ник и, невзи­рая на усло­вия ла­гер­ной жиз­ни, ни­ко­гда не вку­шал мя­са, а так­же ры­бы, ес­ли она пред­ла­га­лась в непо­ло­жен­ное вре­мя. Жи­тей­ски был глу­бо­ко мудр, все­гда так­ти­чен и спо­ко­ен. Пас­ты­рям де­лал за­ме­ча­ния все­гда на­едине в мяг­кой фор­ме. Бо­го­слу­же­ния Вла­ды­ки от­ли­ча­лись ве­ли­чи­ем, по­ко­ем и бла­го­го­ве­ни­ем. По­сле осво­бож­де­ния в 1929 го­ду Вла­ды­ка про­жи­вал в го­ро­де Ко­тель­нич Ни­же­го­род­ско­го края. В ав­гу­сте 1930 го­да его на­зна­ча­ют ар­хи­епи­ско­пом Ко­тель­нич­ским, ви­ка­ри­ем Вят­ской епар­хии, а с 1933 го­да вре­мен­но управ­ля­ю­щим Вят­ской епар­хи­ей. В мае 1934 го­да Свя­ти­те­ля пе­ре­во­дят на Ни­же­го­род­скую (Горь­ков­скую) ка­фед­ру. В 1935 го­ду по­сле пас­халь­ной служ­бы, сов­пав­шей с празд­но­ва­ни­ем 1 мая, Вла­ды­ка со­брал­ся ехать до­мой. Близ­кие ста­ли ему пред­ла­гать за­дер­жать­ся, по­ка прой­дут участ­ни­ки де­мон­стра­ции. «Что нам бо­ять­ся, — от­ве­тил Вла­ды­ка, — на­до Бо­га бо­ять­ся». И по­ехал до­мой по ули­цам в кло­бу­ке. Вско­ре его аре­сто­ва­ли в Ниж­нем Нов­го­ро­де («Горь­ком») и по об­ви­не­нию «в ан­ти­со­вет­ской аги­та­ции» и при­го­во­ри­ли к трём го­дам за­клю­че­ния в Ка­ра­ган­дин­ском ла­ге­ре. В сен­тяб­ре 1937 го­да Свя­ти­тель трой­кой при У.Н.К.В.Д. по Ка­ра­ган­дин­ской об­ла­сти при­го­ва­ри­ва­ет­ся к рас­стре­лу. 7 (20 н. ст.) сен­тяб­ря 1937 го­да Вла­ды­ка был рас­стре­лян. Вме­сте с Вла­ды­кой бы­ли рас­стре­ля­ны свя­щен­но­му­че­ник Сте­фан Крей­дич пре­сви­тер, пре­по­доб­но­му­че­ни­ки игу­мен Ев­ге­ний (Выж­ва), игу­мен Ни­ко­лай (Аще­пьев) и иеро­мо­нах Па­хо­мий (Ионов). Все они при­чис­ле­ны к ли­ку свя­тых но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских на Юби­лей­ном Ар­хи­ерей­ском Со­бо­ре Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви в ав­гу­сте 2000 го­да для об­ще­цер­ков­но­го по­чи­та­ния.

Ис­точ­ник: http://pstgu.ru

Почитание святого в Заиконоспасском ставропигиаьном мужском монастыре

Евгений Зёрнов (18.1.1877, Москва - 20.9.1937, Карагандинский концлагерь). Сын московского дьякона Алексея Семёновича Зернова и его жены Любови Петровны. Зёрнов относился к числу "академического монашества", которое часто упрекали в карьеризме: отказывались от брака лишь для того, чтобы стать архиереем и помыкать другими. В 1900 г. он принял монашество и стал диаконом, в 1902 г. он закончил Московскую Духовную Академию, на Благовещенье был поставлен во священники и послан преподавать в Черниговскую семинарию. Уже через два года он - инспектор семинарии, а в 1906 г. - ректор Иркутской духовной семинарии. Даже учёный монах в таком раннем возрасте мог попасть на столь высокий пост лишь во время кризиса: семинаристы оказались в рядах первых антиправительственных бунтовщиков. Зёрнов сумел восстановить порядок, не прибегая к помощи полиции. 20.1.1913 г. в Иркутске еп. Серафим Мещеряков поставил его в викарные епископы своей епархии с титулом "Киренский". Год спустя, 7 ноября, он был сделан самостоятельным епископом - Приамурским и Благовещенским. На Успение в 1923-м году Зёрнов был арестован, доставлен в Москву, но вскоре выпущен на свободу до окончания следствия. Патриарх Тихон возвёл его в сан архиепископа, сделал членом Синода, но уже через месяц Зёрнова отправили на три года на Соловки. Затем на три года его отправили в Коми. Когда, наконец, он оказался на свободе в 1931 году, митр. Сергий Страгородский назначил его сперва в Вятку (Зёрнов жил в Котельничах под Вяткой), а 16.5.1934 - митрополитом в Нижний. Тут его и арестовали в последний раз сразу после Пасхальной службы. Пасха совпала с Первомаем, и в том, что митр. Евгений посмел открыто ехать домой в рясе и клобусе усмотрели оскорбление чувств советских людей.

Говорили, что его советовали не высовываться, на что он ответил: "Чего бояться? Бога надо бояться". Однако, смелость оказалась запоздалой. Зёрнова на три года отправили на каторгу за "антисоветскую пропаганду" и за то, что он устроил богослужение на Пасху исключительно "с целью отвлечения населения от участия в торжественной демонстрации". Может быть, тогда митрополит Евгений вспомнил, что митр. Сергий Страгородский, которого он поддерживал, публично оправдывал советскую власть: мол, она сажает духовенство не за веру, а за политику. Обвинения в адрес митрополита кажутся комическими. Он говорил в проповеди: «Кто из нас, возлюбленные, не отягчен или не обременен? Мы хотим добиться счастья своей силой, своими средствами, без Божией помощи, поэтому нам и тяжело» - а это истолковывали как хулу на социализм, при котором всем легко.В концлагере на Зёрнова вновь завели дело - вменяли ему в вину даже то, что он в письмах подписался "митрополит", "чем находящимся на воле знакомым о себе говорил, что он на звание митрополита якобы имеет право и находясь в лагере". Большевики не столько хотели уничтожить Церковь, сколько добиться её полного подчинения, чтобы даже церковные звания были действительны лишь до тех пор, пока их признаёт их власть. Этим они продолжали дореволюционную традицию, когда царская власть не признавала духовенства старообрядческого, и нео-советскую традицию, когда вновь часто всех верующих, не подчинявшихся правительству, клеймили как самозванцев, мошенников и раскольников. Вместе с ним расстреляли иг. Николая Ащепьева, иг. Евгения Выжву, иером. Пахомия Ионова и свящ. Стефана Крейдича.