В Архангельской епархии прошла встреча на тему «Мерзость запустения. Судьба монастырей Русского Севера после революции 1917 года»

В Православном культурном центре г. Новодвинска Архангельской епархии прошла встреча на тему «Мерзость запустения. Судьба монастырей  Русского Севера после революции 1917 года». Экспертом вечера стал заместитель директора Государственного архива Архангельской области, доцент кафедры всеобщей истории Северного Арктического федерального университета  Василий Трофименко.  

Он процитировал строки из Евангелия от Матфея: «Итак, когда увидите мерзость запустения, реченную через пророка Даниила, стоящую на святом месте, – читающий да разумеет – тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы» (Мф. 24:15–16).

По словам историка, центры духовной жизни Русского Севера в 20-е – 30-е годы XX века использовали для хозяйственных целей: «Обители стали площадками для сельскохозяйственных экспериментов: Успенскую трудовую артель создали в Холмогорах, многоотраслевой совхоз "Соловки" и совхоз "Красноармеец" – в Артемиево-Веркольском монастыре. Другая часть обителей использовалась для размещения "трудных" детей-сирот: колонию "Коммунар" создали в Николо-Корельском мужском монастыре. Кроме того, безбожная пропаганда способствовала тому, чтобы подростки расхищали и оскверняли святыни».

Также Василий Трофименко  рассказал о том, что первый опыт использования монастырей как части пенитенциарной системы Советская власть провела в 1919 году в Шенкурске  (Свято-Троицкий женский монастырь), в 1920 году в Холмогорах (Успенский женский монастырь) и  Пертоминске (Преображенском мужском монастыре). В 1923 году организовали Соловецкую исправительно-трудовую колонию (максимальная численность заключенных  в 1931 году составляла около 71800 человек), Каргопольскую  исправительно-трудовую колонию (максимальная численность заключенных в 1940 году – 27432 человек).

Советская власть использовала монастыри и как место для отдыха. Помещения Антониево-Сийской обители отдали работникам лесной промышленности, а позже пионерскому лагерю, на части территорий находились дачи работников облисполкома. «Более повезло Сольвычегодскому Свято-Введенскому и Соловецкому Спасо-Преображенскому монастырям, в которых открыли музеи», – продолжил историк.

Он подчеркнул, что из 25 действующих монастырей Архангельской области новая власть разрушила почти все. «Первые двадцать лет после закрытия обителей показали, что попытки монахов договориться с новой властью о сохранении общежительства хотя бы в форме коммун-артелей-совхозов  были обречены на провал. Захватив чужое имущество, ни власть, ни народ оказались не в состоянии им рачительно распорядиться. В то же время за недолгий  срок некоторые монастыри увидели больше мучеников, чем за всю предыдущую историю», – заключил историк.

В завершение встречи каждый желающий смог задать вопрос гостю, поделиться  своим мнением о событиях 1920-х и 1930-х годов. Участники особо отметили, что необходимо узнать, прочувствовать и оценить историю такой, какая она есть, не замалчивая и не приукрашивая.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ