«Он был нянькой русского народа»

Игумен Тихон (Борисов)

У святителя Григория Богослова есть повествование о том, как собрались люди обсудить вопрос о главенстве. Один сказал, что всеми владеет вино. Другой утверждал, что всеми владеют женщины. Третий с горячностью стал доказывать, что владычество принадлежит золоту. А мудрец задумался, окинул всех смиренным и загадочным взглядом и тихо сказал: «Всем владеет Истина».

На вопрос о том, что владеет нами сейчас наши современники, думается, ответили бы по-разному: политика, наркотики, глобальный бизнес, конспиративное мировое правительство и т.д. Мы живем в атомизированном обществе. Человек пытается построить ограждение вокруг себя. Он хочет как можно дальше дистанцироваться от ближнего, от его проблем, от его боли, от его вопросов.... Человек как бы закупорен в свою эгоистичную скорлупу. Ему даже некогда побыть самим собой. Он всегда в гриме, в маске, на подмостках.

Жизнь заминирована суетой и бессмысленностью. Жизнь – это ринг, витрина, торжище, беговая дорожка. А нужно, чтобы жизнь была храмом, алтарем, огромной несгораемой свечой. Чтобы она была Небом! Чтобы не «плотоядная жажда», как говорил Достоевский, т.е. желание только материального, владела человеком, а стремление к Истине, Смыслу, Богу.

Сегодня мы празднуем память святого, который во время своей земной жизни был маяком для тех, кто заблудился в пучине житейского океана, который был костылем для немощных и хромающих, тенью для изнемогающих от пекла и зноя, ковчегом для желающих переплыть на берег спасения. Он часто был скальпелем для духовных операций. И наконец удивительным теплым солнцем, в лучах которого грелась православная Россия во второй половине XIX века. Сегодня на церковном небосводе ярко, удивительно-красиво, тонко, изящно и неповторимо светит и красуется звезда преподобного Амвросия Оптинского!

Феномен Оптинского старчества в своем роде неповторим и уникален. Древнейшая, чисто монашеская традиция духовного окормления ученика у своего старца, приобрела в Оптиной расширенную проекцию, когда старцы были открыты миру и духовно помогали не только монахам, но и десяткам тысяч людей, притекающим со своими радостями и скорбями на порог святой обители.

Были попытки привить эту традицию, практику, модель в других монастырях, но не везде семена дали плоды. В Оптиной старческое поле заколосилось и давало богатый урожай целое столетие. Целый век в Оптину устремлялся поток русских людей, у которых болела душа. Дворяне, крестьяне, помещики, рабочие, купцы, мещане, офицеры, писатели, калики-перехожие....

Однажды к старцу Амвросию приехала шамординская монахиня, которая занималась детским приютом и была глубоко погружена в заботы, думы, переживания о детях. «Вот, батюшка, – пожаловалась монахиня Старцу, – приехала мирская женщина и рассуждает о душе, о Вечности. А у меня всё Таньки да Машки из головы не выходят». Старец улыбнулся и ответил в свойственной ему шутливой манере: «Ну, мы с тобой, видно, и на том свете с Машками и Таньками покажемся!»

Старец Амвросий стал нянькой для русского народа. Он разъяснял, наставлял, утешал, наказывал, ободрял, вдохновлял, перевязывал раны и при этом шутил, улыбался, бил палочкой. А самое главное, молился за тех, кто с верою притекал на порог его лечебницы в Предтеченском скиту.

Константин Леонтьев оставил нам зарисовки личности старца: «Это удивительно тонкий ум... Мудрость – скажу просто – даже ловкость батюшки отца Амвросия изумительны. Твердость характера, справедливость, прямота веры и добрых целей. Пока отец Амвросий жив, он всё будет озарять и согревать».

А Евгений Поселянин, часто посещавший Оптину, так горячо отзывался о старце: «Как запыленные деревья после освежающего дождя становятся чисты и бодры, так же действовало на человека общение с отцом Амвросием. Вы были окружены у него таким горячим сочувствием, таким благоволением, что это, давая вам счастье, делало и вас лучшим. Я очень хорошо знал, что, если я стану уродом, или сумрачным, или очень поглупею, вообще лишусь возможности быть приятным, или понизится мое положение в жизни и я стану неудачником, все отвернутся от меня. А он тогда стал бы еще более греть меня. И любил он тою любовью, которую наш народ так проникновенно выражает словом "жалею", то есть всеми силами души желать служить другому. А такая любовь всего нужнее для счастья».

Как-то один мудрец сказал, что если ты хочешь построить корабль, то не надо созывать людей, чтобы всё спланировать, разделить работу, достать инструменты и рубить деревья. Нужно просто вдохновить их стремлением к бесконечному океану. Тогда они сами построят корабль... Старец Амвросий умел вдохновить людей Небом, Христом, Вечностью! Он обладал способностью показать человеку красоту и достоинство его души.

«Пастырь-печальник Русской земли», как его называли, каждый день невидимо проливал кровь за людей, каждую минуту буквально «раздавал» себя приходящим к нему. У него не было «своего» времени – оно было заранее отдано другим. Часто уже поздно ночью, отпустив последнего посетителя, старец слышал бой часов. «Сколько это?» – спрашивал он слабым голосом. «Двенадцать», – отвечали келейники. «Опоздали...» – заключал авва.

Преподобный Амвросий – это целая вселенная любви, жалости, утешения, мудрости. О святых не говорят только в прошедшем времени. Он и сейчас с нами! Преподобный Амвросий и сейчас молитвенник и печальник за наш народ. Он сам однажды сказал: «Знаете ли вы, что старцы при жизни своей никогда своей обители не оставляют – неужели же отступятся от нее после кончины? Нет, все будут с ней как и прежде».

Молитвы наших святых, как воздух и солнце, очень нужны миру, всем нам. Мы живем в нескончаемо трудном мире. Мир уже часто это не территория благородства и красоты, не пространство любви и счастья. Человечество, как замечательно говорит Наталья Нарочницкая, несет в себе «драму мировоззренческой пустоты». И это страшней даже, чем отсутствие одежды, воды, пищи. И у человечества возникнет очень много опасностей, если оно забудет Небо, забудет об «едином на потребу». Поэтому Церковь словами преподобного Иустина Сербского всегда напоминает о том, что «каждый из нас несет в себе не только судьбу своей души, но и судьбу души всего народа, всего мира». Достоевский говорил, что все виноваты за всех.

Старец сербский отец Фаддей (Витовницкий) говорит, что, «когда мы будем держать ответ на Страшном Суде, мы должны будем ответить и за то, как мы распорядились Божественной силой и жизнью, которые нам дарованы. Что мы создали во Вселенной – гармонию или хаос? Наши мысли могут не только разрушить мир на земле, но и умножить зло во вселенной! Единственное спасение, единственный выход с помощью Божией – во внутреннем изменении, в перемене сердца».

Перемена сердца, о которой говорит старец Фаддей, это самое трудное, самое тяжелое, но и самое важное, самое удивительное и прекрасное! Не перемена одежды с обычной на черную, не бороды или длинные юбки делают нас христианами, а любовь, вера и покаяние. И на этом пути изменения своего сердца мы часто изнемогаем, падаем, унываем. Иногда бывают минуты в жизни каждого из нас, когда так и хочется сказать: «Всё! больше не могу!» А старец Амвросий одной женщине, которая унывала, что не может исполнить какое-то благословение, говорил: «Один купец всё так же говорил: то не могу, другое не могу... Ехал он раз по Сибири ночью, закутанный в двух шубах. Вдруг видит вдали свет, точно огоньки мелькают. Стал всматриваться и догадался, что это стая волков, и уж приближается к нему. Спасения ждать было неоткуда. Он выскочил из саней и в одну минуту влез на близ стоящее высокое дерево, забыв свои старость и слабость. А после рассказывал, что раньше того он отроду не бывал ни на одном дереве. Вот тебе и не могу!» Бесы и страсти беспощадно преследуют любого человека. И, чтобы не быть звероуловленным, нужно взойти на спасительное древо – древо Церкви, спасения, веры и любви!

Константин Леонтьев писал: «Нужны истинные прозорливцы, и особенно одаренные люди, чтобы влиять на нас, как влияет, например, отец Амвросий. Духовная власть великого старца – это бисер. Здесь русский дух, здесь Русью пахнет и во многих отношениях Русью очень старой, даже до сих пор еще благополучно отстаивающей себя от России новой, либеральной и космополитической!»

России, конечно, нужны ученые, мыслители, доктора, художники, воины! Но, самое главное, России очень нужны старцы. Потому что они ученые, мыслители, доктора, художники, воины и молитвенники одновременно! А главная мудрость, целительный рецепт, благословенная палитра, духовное оружие заключены в самые главные, в самые глубокие и самые простые слова:

«Жить – не тужить! Никого не осуждать! Никому не досаждать! И всем – мое почтение!»

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин)
Игумен Тихон (Борисов)
Игумен Гермоген (Ананьев)
Архимандрит Алексий (Поликарпов)
Игумен Тихон (Борисов)