Древние монашеские традиции в условиях современности

Игумения Ольга (Соколова)

Доклад настоятельницы Успенского Дуниловского монастыря игумении Ольги (Соколовой) на монашеском съезде Ивановской митрополии в рамках регионального этапа XXV Международных Рождественских образовательных чтений «1917–2017: уроки столетия для Ивановской земли».

Нам, участникам Рождественских чтений, в этом году предлагается поразмышлять о том, какие уроки преподает нам минувшее столетие?

Начало ХХ века было бурным, трагическим и очень неоднозначным. Его окончательное осмысление, безусловно, еще впереди. Но вот на некоторые из уроков эпохи хотелось бы обратить внимание в связи с основной темой нашей встречи «Древние монашеские традиции в условиях современности».

Прошедшее со всей яркостью показало нам, как легко могут рушиться вековые уклады, исторические традиции и даже менталитет целой нации. Но одновременно мы увидели и другое: чрезвычайную устойчивость и жизнеспособность традиций духовных.

Дело в том, что духовная традиция по своей природе укоренена в Боге, в Духе Святом. Как сказал один русский богослов, переживший трагедию начала XX века (В.Н. Лосский): Предание Церкви – это жизнь Духа Святого в Церкви. А Дух Святой, как известно, обитает не в стенах и вещах, а в человеческих сердцах. Можно разрушить все внешние формы церковности, что и попытался сделать безбожный режим в России, однако пока остаются в народе живые носители Духа Божия, –  духовная традиция жива. Именно эти духоносцы, мученики и исповедники веры, и составили чудо Русской Церкви XX века, ее сокровище и семя, плоды которого пожинаем мы теперь.

Обратимся теперь к теме монашества. Сейчас много говорится о возрождении его древних традиций. Прежде всего, уточним, о каких традициях идет речь?  Исчерпывающий ответ на этот вопрос дал митрополит Лимасольский Афанасий: «Когда мы говорим о традициях, что мы подразумеваем?  что-то внешнее, однако все внешнее не приносит человеку большой пользы. Например, то, что моя скуфейка русская или греческая, не имеет никакого значения для спасения моей души. Подлинная традиция – это то, что говорит нам Евангелие, то, что говорит нам святой апостол Павел. Он говорит: “Братия, я передаю вам то, что принял”. Что принял апостол Павел? Что Господь Иисус Христос стал Человеком, распялся, воскрес для спасения мира. Это традиция Церкви. Это переживает каждый раз Церковь, когда совершается Божественная литургия. <…>

В чем заключается сущность и традиция монашества? Христос – в сердце человека, то есть это союз нашего сердца с Женихом Христом. Вот это искусство нам передали святые Отцы. Православное монашество включает в себя разные виды подвижничества: столпники, пещерники, блаженные, юродивые, те, которые ходят по дорогам и просят милостыню, монахи, которые живут в общежительных монастырях, монахи, которые живут в скитах, монахи, которые живут по одному в пустынях, затворники. Но все эти виды подвижничества преследуют одну цель: стяжать Христа, иметь в сердце Христа» [1].

Итак, монашеская традиция – это исцеленный, преображенный благодатью человек  и Христос в нем. Такой человек способен привлекать к себе людей, создавать монастыри, рождать духовных чад и вести их за Христом, чтобы в конце концов сделать их Христоносцами.   Чем были для нашей Церкви духоносные мученики ХХ века, тем становится такой человек для монашества. Он становится его семенем.

После закрытия практически всех обителей большинство монашествующих остались верными своим монашеским обетам. Несмотря ни на что, они старались держаться вместе. По всей стране начали возникать так называемые «домашние монастыри», окормляемые духоносными старцами. Если монашествующие выходили на открытое служение, то их арестовывали, отправляли в ссылки и лагеря.

Они пережили опыт колосальной боли – душевной и физической. Приведем в пример одно из воспоминаний отца архимандрита Иоанна Крестьянкина: «В заключении у меня была истинная молитва, – писал отец Иоанн, – и это потому, что каждый день я был на краю гибели. Молитва была той непреодолимой преградой, за которую не проникали мерзости внешней жизни. Повторить теперь, во дни благоденствия, такую молитву невозможно. Хотя опыт молитвы и живой веры, приобретенной там, сохраняется на всю жизнь» [2].

Опыт новомучеников гораздо ближе к нашей жизни, чем опыт древних святых, они жили в близкую к нам историческую эпоху, они зовут нас подражать их подвигу терпения, мужества и любви к Богу и убеждают, что это возможно. Между нами существует связь, которая поддерживается молитвенным общением, осмыслением их жизни.

Когда мы говорим о древних монашеских традициях, то естественно  обращаем свои взоры на Восток. Именно там, среди раскаленных солнцем гор и морской прохлады, в среде фундаментальной философской мысли и горячего темперамента, монашество родилось и выработало свои основные принципы. Конечно, монашество – это универсалия Церкви. Если бы оно не зародилось в Византии, то в свое время обязательно явилось бы в каком-нибудь другом месте. И все же: суровая аскеза (особенно в Сирии и Египте), изысканная философско-богословская мысль, социальная активность, которой не мешали ни пустыни, ни ссылки, – все это характерные черты той эпохи и той культуры, в недрах которой Богу угодно было устроить первый в истории человечества расцвет христианства и монашества.

Сегодня, желая возродить в наших монастырях древние традиции, мы вновь обращаем свои взоры на Восток. Греческое, и в особенности Афонское, духовное предание оказывают на нас огромное влияние. И слава Богу. Действительно, есть, чему поучиться.

Перенесенное на русскую почву, монашество приобрело у нас свои неповторимые особенности. Это ни в коем случае не означает какого-то отступления от его существенных принципов. Просто иной этнос, иной менталитет, иной национальный характер.  Разницу можно ясно увидеть, сравнивая, например, творчество Феофана Грека и Андрея Рублева. С одной стороны – очевидная преемственность. С другой: там, где Феофан разит мощью и достоинством, Андрей спокоен и кроток. Подвижники Феофана пылают напряженностью духовных битв, мученики красуются, как исполненные достоинства ратоборцы. У Андрея же преобладают покой, просветленность, тишина.

Однако, нынешние чада Церкви совершенно особые,  многие из них получили свое воспитание в неверующей среде, поврежденной обилием неполезной информации; они  не приучены ни к внешней дисциплине, ни к дисциплине ума.

Таким образом, основной проблемой современности является не столько давление внешней инфраструктуры, сколько глубокое разобщение духовных сил человека, подвластность греховным навыкам, рассредоточенность, неспособность сконцентрировать внимание на самом главном, что является «единым на потребу».

Приходя в монастырь, они руководствуются самыми искренними намерениями и пожеланиями. Они задаются вопросами и размышляют, старательны в послушании, усердны к подвигам, но нетерпеливы. Им не хватает стойкости и мужества, потому что в основе жизненной философии сегодня лежит подход, в соответствии с которым ты должен добиваться успеха без особых затрат труда и потерь времени.

Здесь должна быть мудрость духовного руководителя, чтобы направить душу к радости послушания, к освобождению души от гнета греховных помыслов, вселить бодрость к духовной борьбе, содействием Божиим через непрестанную Иисусову молитву.

Сегодня  мы прославляем новомучеников и исповедников как победителей в той страшной схватке. Их опыт – яркое свидетельство того, что быть монахами и оставаться верными Христу, бережно сохраняя монашеские традиции, можно не только в мирное время, благодаря условиям жизни в благоустроенном монастыре, но и в очень сложный исторический период. Главное – задать правильный вектор движения к поставленной цели, где Христос – это Альфа и Омега, начало и конец; Он всякого ищущего и жаждущего напоит от источника воды живой.

Вспомним слова апостола Павла: «Все могу о укрепляющем мя Иисусе Христе» (Флп. 4:13), говоря не о собственных способностях, а радуясь тому, что Христос дает ему силу мужественно переносить испытания.

При сохранении Богоустремленности проблемы современности если не исчезают, то отходят на второй план.

Господь «вчера и днесь тойже, и во веки» (Евр. 13:8). Он не подвластен ни древности,  ни современности, как Творец самого временного пространства и вечности.

__________________

[1] Слово митрополита Афанасия Лимасольского, произнесенное в Свято-Успенском Жировичском монастыре 1 октября 2015 года. Цит. по: http://monasterium.ru/publikatsii/doklady-2/xxiv-mezhdunarodnye-rozhdestvenskie-obrazovatelnye-chteniya-regionalnyy-etap/-sushchnost-monashestva-khristos-v-serdtse-cheloveka/

[2] Цит. по: https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Krestjankin/angel-molitvy/

Источник: Шуйская епархия http://shuya-eparhia.ru/2016/12/10/post_23958/

Материалы по теме

Публикации