«Для нас главное – воспитать детей христианами независимо от того, какой жизненный путь они дальше выберут»

Оршин Вознесенский женский монастырь

На протяжении веков многие русские обители проявляли заботу об образовании и воспитании отроков. И в новейшей истории нашей Церкви есть немало ярких примеров, подтверждающих причастность современных монастырей к этой давней традиции. А для некоторых из них предметом особого попечения становятся дети, попавшие в трудную жизненную ситуацию. Приют-пансион для девочек появился в Вознесенском Оршине женском монастыре Тверской епархии в конце 90-х годов прошлого века. Спустя время он был преобразован в «Православный детский социально-реабилитационный Центр "Родник" во имя святого праведного Иоанна Кронштадтского». Сейчас здесь воспитываются 25 девочек. Всего же с Центром за время его существования оказались связаны судьбы более 80 детей – в основном из неблагополучных или малообеспеченных семей. Как может преобразиться жизнь ребенка, почувствовавшего искреннюю любовь и заботу окружающих и своим детским сердечком приблизившегося к Богу, – это стало лейтмотивом нашей беседы с сестрами и матушкой настоятельницей.

Монахиня Иоанна (Дмитриченко), старший воспитатель детского центра «Родник»

Мать Иоанна, чтобы представить, что для Вас значит столь непростое послушание, расскажите о своем пути к монашеству и о том, как Вы пришли в монастырь на Орше.

Выбор монашеского пути и свой приход в монастырь я воспринимаю как чудо, когда вдруг открылось, что жить по-другому ты не можешь. Родом я из Йошкар-Олы, поступила в Санкт-Петербургский государственный университет на факультете психологии – учебу совмещала с работой в ясельной группе детского садика, а после окончания университета собиралась трудиться в Доме малютки воспитателем. В Санкт-Петербурге ходила в храмы – вначале в храм Смоленской иконы Божией Матери, где неподалеку, в часовне, покоятся мощи блаженной Ксении Петербургской. Затем – в храм Оптинского подворья. В какой-то момент меня благословили поездить по монастырям. Приехала я со знакомой девочкой на Оршу, увидела обитель, Матушку, сестер и поняла, что тут осталось мое сердце. Защитив диплом по теме, посвященной самосознанию детей-сирот (истинных и социальных), в 2004 году я поступила в монастырь.

Поступая сюда, Вы знали, что будете нести послушание, близкое к теме диплома?


Нет, я просто шла в монастырь и готова была выполнять любые послушания, какие мне назначат. И вот менее чем через год меня поставили к детям. Поскольку это социально-реабилитационный Центр, контингент здесь особый. Преимущественно – девочки из неблагополучных семей. Или, может, семья более-менее нормальная, неплохая семья, но ситуация в данный момент в ней сложная и ребенку нужна помощь – длительная или временная. Есть еще небольшое число детей из благочестивых семей, где родители хотят воспитать ребенка в православной вере, однако из-за этого у него возникают проблемы в школе. Не стану скрывать, что вначале мне было очень тяжело – девочки меня не принимали. Да и они мне казались сложными во всех отношениях. Пришлось терпеливо искать подход к каждой, советоваться с Матушкой, молиться. А спустя несколько месяцев чувство радости появилось: из раздробленного – не знаю, уместно ли здесь будет сказать слово «коллектива» – родилось что-то единое, целостное! Помню, в какой-то момент я увидела: девочкам становится стыдно из-за своих неблаговидных поступков. Они начинают расстраиваться, понимая, что обижают сестер. Первое время этого и в помине не было, затем появились такие вот проблески. Дальше всё развивалось по нарастающей: дети менялись на глазах, стали доверять.

И что Вы можете сказать о сегодняшнем дне? Чего удалось добиться в деле воспитания детей с трудной судьбой?


Мне кажется, что девочки у нас растут неплохие. Хотя дети есть дети: они не могут не баловаться, не капризничать, не ссориться. К тому же, если это ребенок или подросток с трудной жизненной ситуацией, много чего испытавший, он привносит свой негативный опыт познания мира в монастырь. Но стало очевидно: что у тех, кто у нас давно, где-то на глубоком внутреннем уровне, по милости Божией, формируется православное мировоззрение, и наши воспитанницы действительно верующие. Это можно определить не только по их желанию ходить на службы, петь на клиросе, что обычно удается по воскресеньям и праздникам, но и по тому, как девочки анализируют определенные ситуации, свои поступки, прочитанные книги. Для нас главное – воспитать детей христианами, независимо от того, какой жизненный путь они дальше выберут.

Наверное, проблемы, связанные с живым, динамичным и многогранным процессом воспитания, «встают во весь рост» при появлении в здесь новичков?

С новичками действительно бывает непросто. Никогда наперед не знаешь, как пойдет воспитательный процесс, поэтому каждый раз волнуешься: удастся ли преодолеть трудности, что «встают во весь рост». Например, появилась у нас, казалось бы, случайно, девочка из совершенно нецерковной семьи (такие обычно у нас не задерживаются – им довольно трудно привыкнуть к нашему «старомодному» образу жизни), ничего о Боге и Церкви она не знала, но в душе горел огонек, и сердце искало Истину. Решили взять на испытательный срок. Конечно, вначале было трудно. Никакими полезными занятиями она не могла себя занять, все ей казалось скучным, да и прежние привычки мешали. Все же мы не теряли надежды на изменения. И они появились. Сейчас это совершенно другой ребенок, который может часами играть на фортепиано или увлеченно писать стихи. И к учебе интерес пробудился, и службу полюбила, и стали понятны и дороги заповеди Евангельские.   Конечно, это результат коллективных усилий: нашей Матушки, игумении Евпраксии, проявляющей огромную заботу о детях, и сестер, несущих послушание воспитателей и педагогов в детском Центре. Или другой пример. Приехали к нам две малышки, которые, скорее всего, попали бы в коррекционную школу. Слава Богу, что оказались у нас. Мы начали с ними серьезно заниматься. У сестрички, перенесшей тяжелую болезнь, еще остались дефекты речи, но если смотреть в целом – первый класс обе закончили неплохо. Вдумчивые такие девочки. А пойди они учиться в коррекционную школу, где с ними обращались бы как с умственно отсталыми, какая бы участь их ждала? Выяснили совместно со специалистами, что на самом деле это дети без нарушений психики. Просто педагогически запущенные.

Инокиня Соломония (Заботина), преподаватель начальных классов

Мать Соломония, у Вас, вероятно, педагогическое образование?


В свое время я закончила филологический факультет Тверского государственного университета и какое-то время работала в начальной школе. Затем – на родном факультете – как преподаватель методики обучения русскому языку, чтению и литературе в начальных классах. По разным программам мне довелось заниматься с детьми – и по традиционной, и по инновационным. А когда в монастыре я открыла для себя материалы программы «Русская классическая школа», то сразу поняла: искать что-то другое больше не придется, всё уже найдено. Эту программу справедливо называют образовательной системой будущего, проверенной прошлым. Создали ее люди-энтузиасты из Екатеринбурга, у которых есть свои дети. Стремясь вырастить их добрыми, умными, честными, любящими Родину, родители обратились к наследию родоначальника русской школы научной педагогики Константина Дмитриевича Ушинского. И увидели, что он не только дал теоретическое обоснование, но и разработал методику преподавания вплоть до образцов и фрагментов уроков. Поскольку в его время не было учебных книг для детей, Ушинский их сам составлял. Изучая наиболее прогрессивные школы во время своих поездок по Европе, он понял, что принцип природосообразности – один из основополагающих при обучении детей. Понимание у них идет через предметное освоение действительности. Ребенку нужно посмотреть, понюхать, дотронуться, пощупать – только тогда он поймет, что за предмет перед ним. В соответствии с этим принципом Константин Дмитриевич строил свою методику, учебные пособия. Например, для детей семи лет он создал «Азбуку», которая начинается с темы: «Детский мир, мир вокруг меня: мои игрушки, мои учебные принадлежности, моя семья». Дальше постепенно расширяется круг вещей, которые входят в сознание ребенка: мой двор, животные и растения, хозяйство, труд людей. Затем: поселок, где я живу. Мой район, моя страна. И так мы доходим до планеты и Творца. О педагогическом наследии Ушинского, равно как и о наших современниках – педагогах-энтузиастах «Русской классической школы», высочайших профессионалах, возродивших классические традиции образования, можно рассказывать часами…

Если возможно сказать об этом кратко: что, на Ваш взгляд, самое важное в программе, созданной нашими неравнодушными современниками? И когда в детском Центре на нее перешли?

Самое интересное, самое замечательное и важное в этой системе – это то, что она позволяет реабилитировать детей, у которых в большей или меньшей степени сформировано нежелание учиться. Для нашего социально-реабилитационного центра это крайне актуально. Приведу один из «свежих» примеров: к нам поступила девочка, переведенная в третий класс. И что же? Пришлось открывать арифметику для первого класса и на предметах учить ее складывать или вычитать до десяти. Эта система позволила совсем слабенькой ученице подтянуться: уже четвертый класс она закончила не только с твердыми знаниями по математике, но и с растущим желанием учиться. Занимаемся мы по этому перспективному направлению под названием «Русская классическая школа» уже пять лет. Детям всё интересно. Возьмем математику: если, например, изучаем кубический метр, то обязательно считаем, сколько в нем кубических сантиметров. В коридоре детского корпуса стоит огромный кубический метр – девочки туда залезают и визуально видят его объем. С километром то же самое – третьеклассницы пешком его проходят и таким образом наглядно представляют себе эту меру длины, которую никогда с другой не спутают.


Относительно русского языка скажу: здесь происходят удивительные вещи. Казалось бы, материал чрезвычайно сложный, и в головах может возникнуть путаница. Не возникает. Потому что по методике разработчика филологического блока Ирины Анатольевны Горячевой дети всё легко воспринимают и даже задают такие вопросы, которые, смело могу утверждать, касаются серьезных закономерностей русского языка. Вырабатывается грамотное письмо. Кстати, первый раз предложив четвертому классу разделить слова на морфемы по ходу письма и затем подобрать однокоренные, односоставные слова, я сомневалась: смогут ли? Они же спокойно сделали то, что мы делали в университете… Эта программа замечательно развивает чувство языка, а еще – исторический взгляд, поскольку мы рассматриваем развитие языка во времени, этимологию слов, соотношение лексики современного русского языка и церковнославянского. Не могу не сказать, что большое внимание в системе, ставшей для нас находкой и, образно говоря, путеводной звездой, отводится чистописанию. Его методика, к сожалению, ушла из наших школ лет 60 назад. «Русская классическая школа» возродила незаслуженно забытый предмет. Как показывает опыт, чистописание развивает не только аккуратность, но и дисциплинирует ум, мышление дисциплинирует. Знаете, к чему приводят уроки чистописания? К рисованию. Рисуют наши детки постоянно. У нас все завешено и заложено детскими рисунками. Большие панно на стенах – это тоже плоды их творчества.


На официальном сайте обители в рубрике «Оршин монастырь глазами детей» такие трогательные и при этом необыкновенно выразительные рисунки представлены! Их можно назвать летописью монастырской жизни, написанной юными художниками.

Недавно наши подопечные подготовили в подарок житие блаженной Ксении Петербургской в рисунках. Есть там один особенный рисунок. У одной нашей девочки недавно умерла мама, и, казалось бы, эта душевная травма способна породить мрачный взгляд на мир. И вот эта девочка решила проиллюстрировать эпизод из жития святой, когда блаженная Ксения, готовясь к переходу в вечность, сидит около могилки своего супруга Андрея Федоровича и улыбается. На ее лице – такая радость, такой свет! Она, Христа ради юродивая, всем говорит: «А скоро и я отправлюсь в дальнее путешествие!» Зная об утрате нашей воспитанницы, нетрудно догадаться, что рисовала девочка эту картинку с мыслью: ее мама тоже сейчас с Богом. Это великое утешение. Тут никакая психотерапия не нужна, если ребенок живет в Боге…

Настоятельница монастыря игумения Евпраксия (Инбер)

Матушка, столько интересного довелось увидеть в большом комфортабельном доме, где живут дети! Хорошее впечатление осталось от зачета по церковнославянскому языку в четвертом классе. Без тяги к знаниям ученицы вряд ли смогли бы так замечательно усвоить материал. Преподаватель начальных классов инокиня Соломония с воодушевлением сказала: «Мы теперь экзаменов не боимся». Ваши подопечные получают в монастыре полное среднее образование

Да. И, оканчивая школу, они получают аттестат государственного образца. В этой связи мне хочется высказать слова большой благодарности директору Тверской епархиальной православной средней общеобразовательной школы во имя святителя Тихона Задонского протоиерею Леониду Водолазскому. Он ученый, биолог, почетный работник общего образования РФ, почетный работник науки и образования Тверской области. Отец Леонид – прекрасный священник, настоятель храма в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость», расположенного в центре города. А наша монастырская школа является филиалом его школы. Все рекомендации, методички, контрольные, ЕГЭ – это огромная помощь и любовь к нам директора школы и членов его высококвалифицированного педагогического коллектива. Школа в Твери поистине уникальна. Она входит в число первых школ России, объединивших в образовательном процессе духовно-нравственное воспитание и образование с выполнением государственного общеобразовательного стандарта.


И у нас в монастырской школе собрались замечательнейшие учителя, не только специалисты высшей категории, но и глубоко верующие, по-настоящему воцерковленные люди, которым удается, как благословлял наш батюшка архимандрит Наум, совмещать с любым учебным предметом – русским языком, литературой, математикой, географией, физикой, историей, биологией, обществознанием, музыкой – Закон Божий. То есть, изучая творение, всегда указывать на Творца, Законодателя и Промыслителя. В эту группу преподавателей-единомышленников входит и человек пятнадцать сестер, имеющих специальное образование и уже многолетний опыт работы с детьми.

В монастыре девочки получают не только образование, но и профессию?

Наши воспитанницы получают профессию «повар-кондитер», это им в любом случае пригодится в жизни. После окончания школы они сами решают, как им дальше жить: кто-то возвращается в семьи, поступает в вуз или осваивает еще какую-нибудь специальность. Есть случаи, когда восемнадцатилетняя девушка не может определить, к чему склоняется ее сердце, такие задерживаются в обители еще на год-два и уже потом делают окончательный выбор. Но стоит отметить, что все-таки немало выпускниц остается в монастыре, одновременно продолжая дальнейшее образование или в светских институтах (у нас уже есть «доморощенные» дипломированные учителя начальной школы и агрономы), или, как и многие сестры, на богословском факультете. Получается плавный переход из разряда воспитанниц в число сестер – просто переписываем имя в помянниках в другую колонку.

Те, кто вступают во взрослую, самостоятельную жизнь, уходят отсюда, судя по всему, с теплыми воспоминаниями об атмосфере любви и заботы, с прочными теоретическими знаниями и навыками хороших хозяек, умеющих готовить, печь пироги, шить, вязать, трудиться в саду и огороде, ухаживать за домашними животными. Словом, с бесценным багажом уходят.

В этот «багаж» можно включить и впечатления от паломничеств по храмам и монастырям Твери и Тверской области, к святыням Троице-Сергиевой лавры, Москвы, Санкт-Петербурга. Весьма важны для детского развития и экскурсии в Третьяковскую галерею, музеи Московского Кремля, Эрмитаж, Русский музей. Не раз они бывали в Московской государственной консерватории, Тверской филармонии. А летний отдых на море дает не только запас здоровья на весь год, но и расширяет кругозор. Во время путешествий на автобусе или поездом (однажды даже самолетом с юга летели, любовались белоснежными облаками) границы мира раздвигаются. Дети видят его многообразие.

Совсем по Ушинскому – с его основополагающим принципом природосообразности! Но главное – у многих рождается в этом святом месте желание жить с Богом.

Сам принцип существования детского Центра при монастыре предполагает теснейшее общение воспитанниц и сестер, поэтому у детей всегда перед глазами пример жизни иной – жизни иноческой. Сестры-воспитатели и сестры-педагоги с самого утра заняты детьми. С другими сестрами девочки вместе трудятся на разнообразных послушаниях, поют на клиросе, помогают ухаживать за старенькими монахинями. Так что растим и воспитываем девочек мы все вместе, всей нашей монашеской семьей.


Беседовала Нина Ставицкая

Фотограф: Владимир Ходаков

Также представлены снимки из архива монастыря

 

 

 

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Участники международной конференции «Духовное наследие египетских отцов и его актуальность для современного монашества»
Участники международной конференции «Духовное наследие египетских отцов и его актуальность для современного монашества»
Участники международной конференции «Духовное наследие египетских отцов и его актуальность для современного монашества»
Участники международной конференции «Духовное наследие египетских отцов и его актуальность для современного монашества»