Обитель двух схимников

Игумения Елисавета (Семенова)

В прекрасно изданном буклете о Золотухинском женском монастыре во имя преподобного Алексия, человека Божия написано: «На Курской земле, на берегу реки в поселке Золотухино никогда не находили чудотворных икон, и подвижники древние не молились в затворе, никогда не лежали мощи преподобных отцов в резных раках, не было знамений чудесных. Но разве это не чудо, когда практически на пустом месте монастырь воздвигается? И с удивлением становишься свидетелем того, как сила Божия в немощи совершается». Действительно, поражает, что в старообрядческом поселке, где никогда не было православного храма, появилась православная обитель, в которой нынче подвизается 50 сестер. Об этом и многом другом мы говорили с настоятельницей монастыря игуменией Елисаветой (Семеновой).  

«Им оптимизма на 25 лет вперед хватит!»

Матушка Елисавета, историю новосозданного монастыря можно назвать необычной во многих отношениях. Давайте начнем с его названия.

Преподобный Алексий, человек Божий был небесным покровителем отца приснопамятного схимитрополита Ювеналия (Тарасова), который на протяжении двух десятилетий возглавлял Курскую кафедру. При владыке Ювеналии на этой земле возродились десятки православных храмов, древние монастыри и были открыты новые. А нашу обитель, поистине ставшую его детищем и исполнением сыновнего долга по отношению к отцу – простому проходчику шахты, расстрелянному в 1937 году как «враг народа» и посмертно реабилитированному, владыка открыл в апреле 1998 года. Почему здесь? Здесь был заброшенный земельный участок с обветшалыми административными зданиями и сараями, принадлежавший одному предприятию. Его руководство искало покупателя. Этим покупателем стал владыка Ювеналий, оформивший территорию на себя и вскоре передавший ее епархии. Вначале была мысль построить приходской храм, но потом владыка испросил благословения Священного Синода Русской Православной Церкви на устроение обители. Получив его, он благословил сестер, подвизавшихся в скиту преподобного Серафима Саровского при Коренной пустыни, перейти сюда. Вся тяжесть становления и заложения основания обители легла на плечи первой ее настоятельницы – приснопамятной монахини Ангелины (Петренко) – и шести пожилых сестер. Монахиня Ангелина сама читала и пела на клиросе, пекла просфоры, занималась ризницей, доила коров, перерабатывала молоко, трудилась на огороде, в саду, в пчельнике. Сестры ей помогали.


А когда Вы со своей духовной наставницей – схимонахиней Антонией (Сухих) – прибыли сюда?

Поскольку место это отдаленное и сестры были уже были старенькими, владыка Ювеналий обратился к правящему архиерею – архиепископу (ныне – митрополиту) Курскому и Рыльскому Герману – с просьбой прислать сюда нескольких сестер из Свято-Троицкого женского монастыря в Курске, чтобы можно было образовать в Золотухино крепкую монашескую общину. Матушка Антония приехала в 2006 году, а меня благословили в начале 2007 года. На наших глазах стала осуществляться заветная мечта схимитрополита. У владыки сложились хорошие отношения с губернатором Белгородской области Евгением Степановичем Савченко. (Курская и Белгородская епархии до 1994 года не были разделены). Владыка обратился к губернатору за помощью – тот откликнулся. С конца 2006 года начали рыть котлованы под фундамент корпусов и храма. Мало-помалу проект монастырского комплекса обретал зримые черты.   

И каким образом монастырь в глубинке собрал у себя десятки сестер?

Это произошло по молитвам схимонахини Антонии и схиимитрополита Ювеналия. Владыка, уйдя на покой в 2004 году и приняв великую схиму, вплотную занялся созиданием обители. Он строил, а матушку Антонию призвал сюда, чтобы она собрала сестричество. И сестры потянулись в новую обитель, увидев в старице того человека, за которым можно следовать. Сердцем почувствовали, что через ее подвиг, ее любовь они придут ко Господу и спасут свои души для жизни вечной. Многие насельницы появились при ней. Наши схимники были в почтенных летах, и только подумать, сколько всего им пришлось пережить в течение жизни! И физического напряжения хватало, а главное – душевного! Оба страдали от тяжелых недугов, ездили в инвалидных колясках, но какая сила духа была! Мы постоянно видели их духовно бодрыми, радостными – никакие препятствия или недоразумения не смущали, не останавливали ни одного, ни другого. Всё они принимали как должное и молились с непоколебимой верой: Господь быстро даст ответ, что предпринять в тех или иных обстоятельствах. Одна наша сестра как-то воскликнула: «Им оптимизма на 25 лет вперед хватит!» Эти слова часто вспоминаются.


Матушка, посвящение нового храма Рождеству Иоанна Крестителя тоже, наверное, имеет свою историю?

История следующая: владыка захотел устроить храм в честь Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, так как святой пострадал за правду Божию от царя Ирода, то есть от власть предержащих, и миллионы русских людей в лихолетье XX века тоже пострадали за правду Божию. Такая аналогия была проведена. К слову, участок земли, на котором стоит наш монастырь, передали Курской епархии 11 сентября 1997 года – в день Усекновения Главы святого Пророка Иоанна Предтечи. Вначале и храм предполагалось посвятить трагическому новозаветному событию, даже дощечка была заготовлена. Потом схимитрополит Ювеналий сказал: «Нет! Это день строгого поста (попутно замечу, что 11 сентября владыка практически ничего не вкушал), а у нас это должен быть престольный праздник. Храм надо посвятить Рождеству Иоанна Крестителя». Меня в монашестве нарекли именем святой праведной Елисаветы – матери Иоанна Предтечи, так что мне эти великие святые особенно близки…

«Не игуменский» характер и помощь приснопамятных схимников

Матушка, свое назначение настоятельницей Вы как восприняли?

Матушке Ангелине по состоянию здоровья стало сложно управлять обителью, она попросила ее заменить. Владыка Ювеналий и владыка Герман спросили у схимонахини Антонии, кого бы та рекомендовала. Не знаю, по какой причине она выбрала меня. Я считаю, что у меня характер совершенно «не игуменский», потому что раньше мне было намного легче что-то сделать самой, чем распоряжаться, направлять сестер на послушания. Особенно в первое время настоятельства было невероятно трудно. Но мой монашеский опыт помог осознать, что если очень-очень сложно и ты начинаешь без ропота молиться, призывать Спасителя, Царицу Небесную и святых, к кому душа расположена (чувствуешь, что именно их заступничество требуется), то Господь всё устроит. Пошлет каких-то людей или даст силы, чтобы что-то выполнить. И ты просто удивляешься, как удалось тебе сделать то, что казалось практически невозможным! Естественно, я прошла и через ропот – мало кто избежал такого испытания. При матушке Антонии я сподобилась пробыть здесь пять лет, и ее духовные советы и назидания были для меня великой поддержкой. Если бы не она, я бы этого не выдержала. (В ночь на 10 июля 2012 года матушка отошла в вечность – в день памяти глубоко почитаемого ею преподобного Амвросия Оптинского). С благодарностью вспоминаю я и то, как поддерживали меня схимитрополит Ювеналий и митрополит Герман. Владыка Герман, видя мое состояние, чувствуя мою растерянность на первых порах, часто помогал мне в непростых ситуациях. Данные им благословения созидательны для нашего монастыря.


Схимонахиня Антония покоится в ограде монастыря. При виде ее могилы, утопающей в цветах, на память приходит строка из Пушкина: «Любовь к отеческим гробам». Но, наверное, самое важное – это ощущение сестрами неразрывной связи с угодницей Божией?

Это и есть самое важное. С какими-то своими скорбями, бедами мы постоянно приходим к матушке на могилку, просим ее святых молитв. Я думаю, что многие сестры чувствуют: после наших просьб, взывания к старице разрешаются серьезные проблемы, уходят скорби, в душе водворяется мир. А сколько у меня лично таких случаев было, не счесть. Мне одной сложно справляться: и людей много, и хозяйство достаточно большое, и материальные затруднения случаются. И во всем я по-прежнему полагаюсь на матушку Антонию, как при ее земной жизни. Обращаемся мы и к отошедшему ко Господу схимитрополиту Ювеналию. Здесь стоит его памятник, а похоронен владыка в Курске, в ограде Знаменского кафедрального собора. Ездим туда. Или ходим в келью, где архиерей-схимник жил, когда монастырь строился. Читаем в келье акафисты – Господу Иисусу Христу, Матери Божией, преподобному Алексию, человеку Божию, другим святым. В зависимости от того, какой церковный праздник в этот день. И потом действительно идет эта благодатная помощь.                   

Что является для Вас главным как для игумении?

Чтобы каждая сестра понимала то, что Господь привел ее в монастырь для спасения. Многие сестры прибыли к нам из разных мест по благословению своих духовных отцов, и если они выполняют благословение духовника, то великая благодать Божия через это стяжается. Радостно бывает, когда видишь: сестры ценят это. Горько становится, когда кто-то уходит из монастыря. Монашеская жизнь – это постоянная внутренняя брань, борьба за чистоту сердца, за свою душу. Не все выдерживают.


Что Вы делаете, чтобы сестры помнили, для чего они пришли в монастырь?

Я считаю, что матушка Антония заложила в нашей обители правильное основание. Она определила, что молитвенный и физический труды должны быть у нас в равной мере. Чтобы не получилось так, что, допустим, созидая обитель, основное время сестры посвящают физическим работам. В то же время если непрерывно молиться – это очень большой душевный труд и неподготовленный человек просто неспособен его совершать. Часто приводятся любимые монахами слова одного из старцев: труд и молитва – точно два весла у лодки. Когда чередуются труд и молитва, тогда они становятся теми «веслами», что помогают монашествующим удержаться на плаву в море страстей, искушений. В отношении молитвы матушка говорила: «Не будешь ходить на молитву – нападет тоска. Вот это болезнь страшнее, чем всякие раны. Ее ничем не излечишь». Ежедневно утром и вечером в обители совершаются богослужения, читается Псалтирь с упоминанием о здравии и о упокоении. А хозяйственная часть… Всего того, что определил нам владыка-митрополит Ювеналий, мы стараемся придерживаться. Возможно, не в той степени, когда он всё это завел (для нас это сложновато – ведь многие из сестер не деревенские жители), но от главных направлений не уходим. Насельницы обители трудятся на скотном дворе, где содержится девять дойных коров плюс молодняк. Еще мы держим коз, потому что некоторые сестры болеют, а козье молоко целебное. Трудятся сестры на птичнике (там у нас около 400 голов). Есть еще огороды, теплицы. С любовью возделываются в монастыре цветники и сад. Ну, и конечно, трапезная и просфорня – это тоже труды серьезные, требующие самоотдачи. Переходя к просветительской деятельности, скажу: силами сестер при монастыре была создана детская воскресная школа. Владыку всегда волновало, какими вырастут современные дети, будут ли посеяны в их сердцах семена веры и дадут ли они всходы.

Как мы помним, благодаря активной позиции владыки Ювеналия, которого называли народным архиереем, «Основы православной культуры» впервые в России были введены в форме факультатива именно в курских школах.

Вот и в обители в честь преподобного Алексия, человека Божия, приступая к строительству монастырского комплекса, владыка с самого начала позаботился о воскресной школе.

Разговор в келье блаженной памяти старицы Антонии

Матушка, порой слышишь, что в монастырь надо идти в молодом возрасте, чтобы житейский опыт тебя не обременял и ты с незамутненной душой, полный физических сил служил бы Господу. Но жизнь у всех складывается по-разному, и кто-то может почувствовать призвание к монашеству даже на склоне лет. Кстати, из биографии схимитрополита Ювеналия известно, что он осознанно избрал монашеский путь ближе к 40 годам. А что Вы думаете по этому поводу?

Лучше я приведу один красноречивый пример. Самая старая насельница нашей обители – монахиня Евфросинья. Ей 90 лет. В церковь она пришла в 60 лет. Владыке Ювеналию начала помогать, будучи еще Екатериной Ивановной – мирянкой с востребованным профессиональным опытом, так как в миру была главным бухгалтером одного немаленького предприятия. У нее сохранились поразительная ясность ума и умение видеть человека, что называется, насквозь. Ее оценки людям, их человеческим качествам точны. Общение с ней радует. Много интересных воспоминаний мы слышим от матери Евфросиньи о владыке Ювеналии.


Согласно евангельской притче, мать Евфросинью можно отнести к работникам одиннадцатого часа. А старица-схимонахиня Антония, вероятно, пришла в самом начале «в виноградник хозяина» и собрала большой урожай духовных дарований, что помогло ей наставлять людей, ищущих путей ко Господу?

Матушке Антонии с детства запали в душу слова ее бабушки: «Хваля Бога – не погибнешь». В юности Господь свел ее с благодатными людьми. Услышав Божий призыв, она переехала из Сибири в Киев, где, спустя время, тайно приняла постриг. Оба пострига – в рясофор и в мантию – совершали старцы-иеромонахи, которые были близко знакомые с отцом Иоанном Кронштадтским. За это знакомство их потом посадили… Имя в монашестве матушка получила в честь преподобного Антония Печерского. Она выбрала добровольное странничество – в молодые годы ходила по монастырям. Встреча со строгим подвижником, владыкой Антонием (Голынским-Михайловским), вышедшим из сталинских лагерей, перевернула всю ее жизнь. 18 лет она была келейницей и сподвижницей владыки вплоть до его кончины. А укрыться от мира за монастырской оградой ей довелось лишь на седьмом десятке, когда по просьбе архимандрита Иннокентия (Просвирнина) матушка переехала с Украины в Подмосковье и здесь по благословению митрополита Питирима (Нечаева) поселилась в пустующем Иосифо-Волоцком монастыре. Очень скоро вокруг нее стали собираться сестры, ищущие духовного руководства и молитвенной жизни. За 12 лет, отведенные Промыслом Божиим владыке Питириму на окормление сестричества, он совершил здесь более десяти постригов: в иночество, монашество, схиму. После его кончины заботу о сестричестве проявил митрополит Курский и Белгородский Ювеналий, предоставив общине Свято-Троицкий монастырь в Курске, требовавший восстановления. Новым подвигом 77-летней матушки стал ее переезд в обитель святого Алексия, человека Божия и духовное руководство сестрами.


Мы беседуем с Вами в келье старицы, где всё оставлено, как при ее жизни. Иконы, фотографии, книги. Какие реликвии вызывают особое волнение?

Икона Божией Матери Почаевская и крест святого праведного Иоанна Кронштадтского с надписью на нем. Большую по размерам икону матушка перевозила с собой, переезжая с Украины в Подмосковье, из Подмосковья – в Курск, из Курска – в Золотухино. А крест Всероссийского пастыря Иоанна Кронштадтского был подарен всенародно почитаемому на Донской земле праведнику – протоиерею Иоанну Домовскому, служившему в городе Нахичевань на-Дону (теперь это один из районов Ростова-на-Дону), впоследствии крест попал к нашей старице. Входишь в келью матушки и словно чувствуешь ее присутствие. Кажется, вот сейчас она скажет то, что не раз говорила нам: «Всегда проверяйте сердце, нет ли там обиды или гнева. Хорошо, когда их нет в сердце. Сердце тогда, как чистая, светлая комната, в которой светит солнышко. Если заметили в себе обиду, гнев, значит, подпустили врага совсем близко. Сразу молитесь, плачьте, просите Божьей помощи».   


Беседовала Нина Ставицкая

Фото: Владимир Ходаков

Также представлены снимки из архива монастыря


Материалы по теме

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ