Русская афонская обитель святителя Николая Чудотворца («Белозерка»)

Сергей Шумило

Стремительный расцвет русского монашества на Святой Горе Афон во второй половине XIX – начале XX века привел не только к возрождению Русского Свято-Пантелеимонова монастыря, но и образованию других русских святогорских обителей. Помимо Свято-Ильинского и Андреевского скитов, на Афоне возникают многочисленные русские келейные обители, некоторые из которых по своей численности превышали греческие монастыри.


Так русская келлия святителя Иоанна Златоуста насчитывала около 100 человек братии. Русская келлия святителя Николая («Белозерка») – 85 человек, келлия апостола Иоанна Богослова – более 80 человек, Благовещенская келлия – более 70 человек, келлия священномученика Игнатия Богоносца – 50 человек, келлия Святой Троицы – около 50 человек.

Всего на Святой Горе к началу ХХ века насчитывалось более 80 крупных, средних и малых русских келейных обителей, а также 187 калив. Общее число русских монахов на Афоне в этот период составляло около 5000 человек, что превышало общее число греческих, болгарских, сербских и румынских иноков Святой Горы.

Одной из самых известных на Афоне была русская келейная обитель в честь святителя Николая Чудотворца.

Глубокое почитание святителя Николая всегда имело на Руси широкое распространение. Перенесли эту благочестивую традицию русские святогорские иноки и на Афон.

Проявлением такого благоговейного почитания памяти святителя Николая стало основание на Святой Горе русской келейной обители, посвященной святому чудотворцу. Ныне ее знают как келлию «Буразери». Однако еще в 50-е годы ХХ столетия на Афоне все называли ее на русский манер – «Белозерка». 

Располагается обитель недалеко от Кареи, административного центра святогорской монашеской республики, и принадлежит сербскому Хиландарскому монастырю.

По преданию, устроителем келлии был святитель Савва Сербский. Долгое время в ней подвизались иноки сербской национальности. Однако к концу XVIII столетия она пришла в упадок.

Известно, что в середине XIX века в обители подвизались русский старец отец Паисий и ученик его отец Серафим.

Но настоящим возобновителем и устроителем келлии стал русский иеросхимонах Антоний, ученик знаменитого афонского старца Хаджи-Георгия. По благословению и при материальной поддержке старцев Русского Свято-Пантелеимонова монастыря Иеронима (Соломенцова) и Макария (Сушкина) в 1882 году он выкупил и принялся восстанавливать и обустраивать заброшенную древнюю обитель. Вместе с отцом Антонием в келлию переселилось 12 человек русской братии. 

Вскоре после этого отец Антоний отошел ко Господу, после чего обитель возглавил его ученик иеросхимонах Неофит. После него во главе обители встал деятельный старец иеросхимонах Петр, рукоположенный в сан священника в 1893 году по благословению старца Пантелеимонова монастыря иеросхимонаха Иеронима (Соломенцова) Вселенским Патриархом Иоакимом III.

При отце Петре в келлии подвизались уже 85 человек русской братии, из них 17 священнослужителей (13 иеромонахов и 4 иеродиакона). Были отстроены два храма: верхний в честь святителя Николая Чудотворца и нижний во имя Покрова Божией Матери, а также новые корпуса и келлии. Поскольку обитель всё увеличивалась, перед началом Первой мировой войны настоятель имел намерение заложить новый соборный храм.


В обители имелось несколько братских корпусов, один из которых – трех-этажный. В них располагались трапезная, архондарик, братские кельи, иконописные и другие мастерские. Также русские «белозерцы» построили подворье для паломников в Константинополе и гостиницу для паломников в Дафни. На средства «белозерцев» частично содержалась и русская школа в Константинополе.


На повестке дня стоял вопрос о преобразовании русского келейного братства «Белозерки» в отдельный русский скит, однако этому начинанию воспротивились представители греческих монастырей в Протате.

Когда на Лондонской мирной конференции 1913 года обсуждалась судьба Афона как автономного всеправославного центра, «Братство русских келлий Афона» выступило с инициативой, чтобы Святая Гора оставалась автономной монашеской республикой под покровительством православных государств, издревле имеющих свои обители на Афоне: России, Греции, Сербии, Болгарии и Румынии. Тогда же Братство пыталось поднять вопрос о предоставлении Пантелеимонову монастырю статуса лавры, Андреевскому и Ильинскому скитам – статуса монастырей, а крупным русским келейным обителям – статуса скитов.


К сожалению, против этой инициативы категорически выступили 17 греческих монастырей Афона, обратившиеся с протестом к участникам Лондонской конференции.

В своем меморандуме греки писали: «Свобода есть создание эллинизма и, если в настоящее время варварские и дикие народы пользуются этим благом под греческим знаменем, то неужели мы, афонские монахи, будем порабощены властью народа менее либерального, менее прогрессивного и менее цивилизованного? Никогда!»

В результате, предложения Братства так и не были реализованы, а многочисленные русские обители, в том числе и «Белозерка», так и не смогли получить статус скитов.

После трагических событий 1917 года, когда всякая связь с Афоном в пределах большевистской России была утрачена, многие русские обители на Афоне запустели и пришли в упадок, не имея более поддержки из Отечества. Такая печальная участь к середине ХХ века постигла и русскую келлию «Белозерка».

В 1962 году из 85 человек русского братства здесь остались всего четверо: один иеромонах 84 лет, другой иеромонах, который уже не служил по болезни и старости, престарелый иеродиакон, полуслепой и тоже не служащий по болезни, и один старенький монах.

Уже через шесть лет умер последний насельник «Белозёрки» – иеродиакон Иоанникий. В запустевшей келлии, принадлежащей Хиландарскому монастырю, поселились греческие иноки, постепенно восстановившие ее.

Ныне в обители подвизается более 30 человек братии, большая часть из них – греки, хотя есть там и иноки славянской национальности. Как и при русском братстве, главным занятием насельников обители является иконописание. Однако о былом русском величии обители напоминают ныне лишь отдельные строения, да и в тех, после недавней реставрации, все менее угадывается русский стиль.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Гуслицкий Спасо-Преображенский мужской монастырь
Игумен Иосиф (Братищев)
Костомаровский Спасский женский монастырь
Гуслицкий Спасо-Преображенский мужской монастырь
Игумен Иосиф (Братищев)
Костомаровский Спасский женский монастырь