Ксенития, или странничество

Архимандрит Василий (Паскье)

Доклад насельника Свято-Троицкого мужского монастыря г. Чебоксары архимандрита Василия (Паскье) на межрегиональном совещании с участием монашествующих Нижегородской, Мордовской и Чувашской митрополий (Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский монастырь, 22–23 ноября 2018 года)

Это слово мало кому известно, и его трудно перевести на русский язык. Оно имеет греческие корни. «Ксенития́» (η ξενιτιá) употребляется по отношению к монашеству и обозначает добровольное изгнание.

Для русского человека слово «ксенития» ассоциируется с женским именем Ксения – это правильно, поскольку Ксения в переводе с греческого – иностранка, странница.

Сутью ксенитии является избрание жизни на чужбине в поисках Бога. Это уклонение от мира, чтобы целиком посвятить себя исканию Бога. Уход от своих родных, от своей страны, от своей языковой среды, чтобы найти тишину и отрешенность.

Ксенития – монашеская добродетель, она напоминает, что мы не из этого мира, а странники на земле, и наш путь направлен в Землю обетованную, то есть в Царство Небесное, рай.

Сравнивая человеческую жизнь со спортивным состязанием, отметим, что, как во время забега на стадионе есть старт и движение вперед к цели, так и на жизненном пути у человека есть старт, движение и цель. Стартовый сигнал пистолета есть начальная точка отсчета времени. Выстрел – и человек резко устремляется вперед, не оглядываясь. Его мысли, желание и стремление – добраться до цели, не сожалея о первоначальном месте, – оставленном месте старта.


Так было и с великим патриархом Авраамом: Рече Господь Авраму: изыди от земли твоея, и от рода твоего и от дому отца твоего, и иди в землю, юже ти покажу (Быт. 12:1).

Так было и с нашим Владыкой. В позапрошлом году мы отметили 85-летие митрополита Варнавы и его 40-летнее служение на Чебоксарской кафедре. Много сказано и написано к этим знаковым юбилейным датам, и мы очень гордимся своим архипастырем, испытываем к нему сыновнюю любовь и считаем его своим любимым отцом.

При чтении книги митрополита Варнавы «С Богом всегда легко» для меня особенно ярко «ксенития» проявилась в двух событиях его жизни.

«С самого детства я хотел быть монахом. Никто мне этого не советовал. Ни живых примеров перед глазами, ни обителей рядом не было. Но мысль такая у меня была – хочу в монастырь» [1].

Услышал зов. Господь положил цель в жизни, сказал: «Пойди в землю, которую Я укажу тебе». И он покинул свою родину, свою семью, а дома отца и самого отца уже давно не было. Этой землей стала для владыки Варнавы, тогда юноши Владимира Кедрова, Лавра преподобного Сергия Радонежского. Сам Владыка говорит, что «видимо, с рождения был мне начертан путь к монашеству». В ту пору монашество в России ассоциировалось с Лаврой, ее открыли в 1946 году. Он слышал в душе зов, но «многие желали бы туда, но ведь там не прописывают, туда только избранники попадают!» [2]. Путь в «Землю обетованную» казался закрыт, как Красное море для еврейского народа при исходе из Египта: ... и сделал море сушею, и расступились воды. И пошли сыны Израилевы среди моря по суше (Исх. 14:21–22). Так же и перед Владыкой открылся путь: «Срочно надо ехать, прописка есть. Пимен берет ... На несколько месяцев открыли прописку для иногородних...» [3].

Когда Бог зовёт – надо действовать быстро, быстро решение принимать. Сам Владыка пишет: «А если бы промедлил, или мама не благословила, мог бы и не попасть туда. Господь управил: такое окно было, как для меня прямо открытое. Месяца три оно было для иногородних. А потом даже москвичей не стали прописывать. Всё, закрыли!» [4]. Там с 1955 по 1976 год он думал, что пришел в «землю обетованную», которую Господь ему указал.

Монах Варнава привыкал к обители, постепенно прошел разные послушания, было время – даже нес послушание наместника Лавры, преодолел множество испытаний. «Преодолевать все эти искушения и испытания помогли молитва и послушание ... Жили дружно. Не ругались, послушание исполняли с любовью.... Никто не роптал. И, действительно, когда послушаний много, глупость в голову не приходит. Трудишься с молитвой, а когда устанешь, ждешь отдыха» [5]. Трудился Владыка всегда много, погружал себя в послушания. Так и жил монах Варнава в обители, сроднился с преподобным Сергием. «Жил с обителью одной жизнью ... понимал всю жизнь обители и ее назначение. Преподобный Сергий, видимо, с нами был, присутствовал незримо» [6]. Владыка «хотел в лавре всю жизнь жить монахом» [7].

Но прожив в Лавре 21 год, Владыка опять услышал зов: «Пойди в землю, которую Я укажу тебе». Владыка в своей книге «С Богом всегда легко» сказал: «Мне было явлено, сказали: “Готовься!”» [8]. Господь, через решение Священного Синода, сказал архимандриту Варнаве: «Изыди от рода твоего»: родной обители – Святой Троицкой Лавры, «из дома отца твоего» – преподобного Сергия Радонежского и пойди «в землю, которую Я укажу тебе» – землю Чувашскую. Без капли сомнений молодой епископ послушал волю Божию и собрался в землю ему совсем неизвестную.

«В незнакомый город, на чужую землю, к неизвестному народу... Я утешал себя всегда так: если Господь меня посылает, значит, Он все управит и даст мудрости мне. Я надеялся только на Бога. Так и было. Только на волю Божию надо полагаться, не на свою силу. Трудностей я не боялся. Я уже пуганный был. И так пуганный, что, когда мне в свое время в милиции грозили: в Сибирь сошлем, убьем, я говорил: “У меня и папа и дедушка за веру погибли. И я так же хочу, как они. Не боюсь!”» [9].

А в то же время в 1976 году, когда Господь позвал владыку Варнаву в Чувашию, за тысячи километров от России, на диком Западе Господь звал молодого человека так же покинуть землю свою, родственников своих и дом отца своего и идти в неизвестную землю, которую Господь ему показал. Этот юноша стал монахом, а та земля, куда Господь с нетерпением звал его, – это маленький монастырь: и́де в горняя со тщанием, во град Иудов (Лк. 1:39). Было угодно Богу, чтобы молодой монах встретился с владыкой Варнавой.

Тот монах в течение многих лет интересовался ранним монашеством, изучал жизнь преподобных, подвизавшихся в Иудейской пустыне, Газе, на Синае и в Египте и удивлялся, что практически все они были иноземцы. Все, как и Авраам, услышали этот зов. Как свидетельствует блаженный Иероним в одном из своих писем: «Каждый день приходят к нам толпы монахов из Индии, Персии, Эфиопии… армяне, гунны, готы, скифы».

В то время молодой монах увлеченно зачитывался трудами преподобного Кирилла Скифопольского, историка Церкви, жившего в VI веке и подробно описавшего полтора века истории палестинского монашества. Он рассказал о жизни самых выдающихся палестинских отшельников: преподобных Евфимия Великого и Феоктиста, Кириака Отшельника и Герасима Иорданского, Саввы Освященного и Феодосия Киновиарха, Иоанна Молчальника и Феогния Витилийского. Из его сочинений молодой монах видел, что все основатели монашества на Святой Земле, кроме одного из последователей Евфимия, пришли из-за пределов Палестины – Каппадокии, Армении, Греции и Синая. Монашество Палестины V–VI веков было монашеством странников.

Ксенития процвела на земле Палестины и Синая, так, что преподобный Иоанн Лествичник посвятил этому целую ступень своей знаменитой «Лествицы». Ступень третья – странничество, или уклонение от мира: «... странничество есть отлучение от всего с тем намерением, чтобы сделать мысль свою неразлучною с Богом... Никто в такой мере не предавал себя странничеству, как тот великий, который услышал: изыди от земли твоея, и от рода твоего, и от дому отца твоего (Быт. 12:1), и притом был призываем в иноплеменную и варварскую землю. ...Иногда Господь много прославляет того, кто сделается странником по примеру сего великого; но хотя сия слава и от Бога дается, однако ее хорошо отвращать щитом смирения. ... Пристрастие к кому-нибудь из родственников, или из посторонних, ведь вредно; оно может мало-помалу привлечь нас к миру и совершенно погасить огонь нашего умиления. Как невозможно одним глазом смотреть на небо, а другим – на землю: так невозможно подвергнуться душевным бедствиям тому, кто мыслями и телом не устранился совершенно от всех своих родственников и неродственников».

Авва Андрей (Древний патерик) говорит: «Монаху приличны сии три подвига: странничество, бедность, молчание в терпении». Невозможно вести духовную брань в своем отечестве, страннику легче избегать всякой привязанности к родным, друзьям, обязательствам. Блаженный Иероним Стридонский в своем письме к Илиодору наставляет, что в своей стране нет возможности обрести мир, а там, где нет мира, ум часто отвлекается от своей цели. Монах не может найти покой – исихии. В Палестине монашество обретает особый аромат в связи с воплощением Сына Божия, и эта земля является великой святыней для поклонения с тех пор и по сей день.

Отцом и основателем ксенитии является Авраам; это отражается в ранних монастырских текстах IV века, как, например, в письме блаженного Иеронима к Марцеле, где он старается непосредственно связать текст Библии в землю, которую Я укажу тебе и слово «Палестина», побуждая ее идти в Палестину. Но в то же время текст пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего, в землю, которую Я укажу тебе имеет более широкое толковане. Антоний Великий цитирует текст Библии об Аврааме как пример для монашеского делания (письмо 1): «Я думаю, братия, что души, которые влекутся к любви Божией, бывают трех родов, мужчины это или женщины. Есть такие, кто призваны законом любви, который в их природе и который изначальное Благо насадило в них при первом творении. Слово Божие пришло к ним, и они без малейшего сомнения последовали за ним с готовностью, как праотец Авраам, – ибо когда Господь увидел, что не по научению от людей он научился любить Бога, но по закону, вложенному в природу его с самого зачатия, Господь явился ему и сказал: Пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего в землю, которую Я укажу тебе. И тот пошел, не усомнясь и не помедлив, но готовый к своему призванию. Он – образец того расположения духа, которое и доныне пребывает во всех, кто идет по его стопам. Трудясь и ища страха Божия, в терпении и тишине они достигают истинного рода жизни, поскольку души их готовы следовать за любовью Божией».

Изучая призвание Авраама в книге Бытия, мы видим, что короткая фраза имеет огромное значение в жизни каждого верующего человека, подчеркивает веру, указывая на Авраама, как отца всех верующих. Так Авраам поверил Богу, и это вменилось ему в праведность (Гал. 3:6–9), а в послании к Евреям не только вера Авраама подчеркивается, но и послушание в ответ на призыв Бога: Бог сказал – Авраам слушал – Авраам услышал – Авраам послушал – Бог показал. Верою Авраам повиновался призванию идти в страну, которую имел получить в наследие, и пошел, не зная, куда идет. Верою обитал он на земле обетованной, как на чужой, и жил в шатрах с Исааком и Иаковом, сонаследниками того же обетования... Все сии умерли в вере, не получив обетований, а только издали видели оные, и радовались, и говорили о себе, что они странники и пришельцы на земле; ибо те, которые так говорят, показывают, что они ищут отечества. И если бы они в мыслях имели то отечество, из которого вышли, то имели бы время возвратиться; но они стремились к лучшему, то есть к небесному; посему и Бог не стыдится их, называя Себя их Богом: ибо Он приготовил им город (Евр. 11:8, 9, 13–16).

Здесь имеет смысл прочесть эти строки из Бытия – так называемое «призвание Авраама» – на языке Авраама, то есть на иврите. Когда Господь сказал Аврааму «изыди», на иврите это звучит: лех леха, буквально «иди к самому себе», что значит двигаться к высшей цели человека. Тогда становится понятным, почему Авраам начинает свое движение, не сомневаясь, не переживая и не откладывая. Можно предположить, что та земля, где он жил, Халдея, – не его отечество. В этом Авраам видел зов покинуть чужую землю и идти домой. В этом смысле монашеская ксенития имеет глубокое значение. Не только внешнее странничество, то есть жизнь в чужой стране, но стремление к познанию себя имеет для монашествующих смысл духовной миграции. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его (Мф. 6:33), а где ее искать? Где эта «земля обетованная»? Царствие Божие внутрь вас есть (Лк. 17:21).

Ксенития как добровольное изгнание, добровольное странничество – это совершенное отречение от мира: вы не от мира … Я избрал вас от мира (Ин. 15:19). Вся жизнь монаха – забывая заднее и простираясь вперед (Флп. 3:13), к Небесному Отечеству.

Живя в Иерусалиме, наш молодой монах хвалился, что совершает монашескую благодетель – странничество (ксенитию): далеко от родства, от дома отца, от друзей. И был готов в таком положении жить все время, до того, как встретил нашего архипастыря владыку Варнаву, а через него снова услышал призыв Господа покинуть всё, к чему привык и что любил, ту землю, где нашел утешение и покой, и идти дальше к себе.

В Палестине он думал, что живет по ксенитии, в странничестве, но он был среди своих, поскольку в монастыре были все из одной страны, общались на родном языке, молились на родном языке, мыслили на родном языке, а с появлением владыки Варнавы этот монах вновь четко услышал: «пойди в землю, которую Я укажу тебе». Без колебаний и сомнений, как Авраам, веря голосу Божию, он начал движение к новой стране. Не зная языка, не имея ни знакомых, ни адреса, только крепкую веру, что Господь все покажет. Так и было. Здесь неуместно рассказывать обо всех трудностях, слезах, опасностях на пути. Это его не пугало, а больше укрепляло веру.

Сорок лет прошло, как этот молодой монах покинул родину и отцовский дом, и сегодня он является гражданином новой страны, которая приняла его, обрел новых братий и сестер и имеет родного отца в лице владыки Варнавы. Но знает, что это еще временная родина. Он не потерял чувство, что все равно находится на чужбине. Земля обетованная рядом, но еще где-то не здесь. Владыка в своем наставлении священникам убедительно говорит: «Здесь, на земле, всё преходяще» [10]. Сын человеческий не имел, «где приклонить голову» (Мф. 8:20), был странником на земле. На Страстной неделе, когда поклоняемся Плащанице, мы поем: «Приидите, ублажим Иосифа приснопамятного, в нощи к Пилату пришедшего, и Живота всех испросившего: даждь ми Сего странного, Иже не имеет где главы подклонити; даждь ми Сего странного, Егоже ученик лукавый на смерть предаде; даждь ми Сего странного, Егоже Мати зрящи на кресте висяща, рыдающи вопияше…» (стихира на целование Святой Плащаницы).

Действительно, Господь был странник на земле. Он пришел к своим, и свои Его не приняли (Ин. 1:11). Он странствовал даже в утробе Матери, когда Она шла из Назарета в Горняя, во град Иудов (Лк. 1:39), и когда пошли все записываться, каждый в свой город, ...из Галилеи, из города Назарета, в Иудею, в город Давидов, называемый Вифлеем, потому что он был из дома и рода Давидова, ...с Мариею... Которая была беременна. Когда же они были там, наступило время родить Ей (Лк. 2:3–6); жил в изгнании, когда бежал от царя Ирода: Ангел Господень является во сне Иосифу и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и беги в Египет, и будь там, доколе не скажу тебе, ибо Ирод хочет искать Младенца, чтобы погубить Его. Он встал, взял Младенца и Матерь Его ночью и пошел в Египет, и там был до смерти Ирода, да сбудется реченное Господом через пророка, который говорит: из Египта воззвал Я Сына Моего (Мф. 2:14–15), и когда возвращался из него, по смерти же Ирода, се, Ангел Господень во сне является Иосифу в Египте и говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и иди в землю Израилеву, ибо умерли искавшие души Младенца. Он встал, взял Младенца и Матерь Его и пришел в землю Израилеву (Мф. 2:19–21). Господь пребывал сорок дней в пустыни: Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от диавола (Мф. 4:1), затем странствовал в течение трех лет, проповедуя в Иудее, Самарии, Галилее, Финикии, Кесарии. И когда наконец прибыл в Иерусалим, «князи людстии» отвергли, осудили и распяли Его. Он сошел в ад, воскрес из мертвых и вознесся, возвращаясь к Отцу Своему. А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими, которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились (Ин. 1:12–13).

Все истинно верующие являются чадами Божиими и воздыхают о Небесном Отечестве.

Владыка Варнава много лет путешествует, как Авраам, идущий к Земле, которую Бог показывает, и мы с ним идем, и, как любит говорить Владыка: «Я иду в Царство Небесное и вы все мои вместе со мной».

И пошел Аврам, как сказал ему Господь. … И взял всех людей, … и вышли, чтобы идти в землю Хананскую; и пришли в землю Ханаанскую. …И явился Господь Авраму и сказал: потомству твоему отдам Я землю сию (Быт. 12:4–7).

_________________________________________________________________________

[1] Варнава (Кедров), митр. Чебоксарский и Чувашский. С Богом всегда легко. – Чебоксары, 2016. С. 33.
[2] Там же. С. 34.
[3] Там же. С. 35.
[4] Там же.
[5] Там же. С. 59.
[6] Там же. С. 69.
[7] Там же. С. 84.
[8] Там же. С. 82.
[9] Там же. С. 86.
[10] Там же. С. 155.