Значение наследия преп. Афанасия Афонского в развитии древнерусского монашества

18 июля в  Русском на Афоне Свято-Пантелеимоновом монастыре почтили память преподобного Афанасия Афонского, имевшего особое значение в развитии святогорского монашества и подвижничества.

Создателями Афонского монашеского "государства", как общего духовного центра народов Византийской империи, по праву принадлежит преподобному Афанасию Афонскому и Императору Никифору Фоке, хотя само монашество появилось здесь еще с древнейших веков. В некоторых греческих минеях Никифор Фока упоминается как святой и имеет даже богослужебное последование в день своей памяти. Именно им принадлежит идея создания на Афоне сети общежительных монастырей, в которых проживали бы представители всех народов империи.

С X века, благодаря деятельности преподобного Афанасия Афонского и императора Никифора Фоки, усиливается духовное значение Афона в качестве всеправославного монашеского центра, в котором промыслительно еще с VII века оказались сконцентрированы традиции практически всех ветвей православного монашества: египетской, раифской, палестинской, сирийской. При Константине Погонате, вскоре после VI Вселенского Собора, сюда были переселены иноки из Аравии, Африки и Палестины, изгнанные из своих древних лавр – первых очагов монашества, исламским нашествием.

Вскоре по благословению преподобного Афанасия и при поддержке византийских императоров «появились на Афоне большие благоустроенные монастыри и лавры, и в них еще во дни его поместилось 3000 разнородных монахов, которые пришли из разных стран. Им он дал устав церковный, трапезный и келейный».[1]

Греки, грузины, сирийцы, сербы, болгары, устремились на Святую Гору и создали здесь свои монастыри. Кроме восточных стран, здесь имели свои представительства и заподно-европейские государства. До Великой схизмы 1054 года на Афоне существовало 3 латинских обители: Римская, Амальфийская и Монастырь Зигу, пользовавшийся вниманием самого преподобного Афанасия. Упомянутые факты многонационального состава святогорских насельников, свидетельствует о вселенском значении Афона, иметь представительство на котором было признаком престижа и цивилизованности даже для таких экономически развитых западно-европейских государств как Амальфийская республика[2] и таких амбициозных, как Рим. Благодаря поддержке императоров, практически всех без исключения, Афон стал символом духовного единения народов, населяющих всю Христианскую икумену[3]. К числу этих народов в X веке присоединилась и Киевская Русь.

Из Повести временных лет мы узнаем, что уже в 988 году, сразу после крещения, святой Владимир Киевский отправляет посольство во святой град Иерусалим, а в 989 году – великое посольство в царствующий град Константинополь, с целью наема архитекторов и каменщиков и других специалистов для строительства каменных храмов на Руси[4].Возможно, что упомянутые ревнители иноческого благочестия – первые русские насельники Афона, прибыли в Византию вместе с константинопольским посольством.[5]

Равноапостольный князь Владимир стремился приобщить свой народ и свою страну ко всем признакам тогдашней цивилизации. Именно с этого времени можно говорить о появлении Русского присутствия в важнейших консолидирующих центрах Византийской Империи: сформировалось своеобразное землячество в Константинополе, служившее удовлетворению нужд русских купцов и паломников; возникли первые обители близ Иерусалима и на Афоне. Причем обе эти обители именовались Русскими и Богородичными, что врядли может быть простым совпадением. Эти монастыри возникли несомненно в силу особой договоренности русских князей и византийских императоров – это своеобразный дипломатический жест, который должен был показать расположение к новому союзнику Византии.

Существует также мнение, что святитель Михаил, первый митрополит Киевский и всея Руси и преподобный Афанасий, основатель общежительного монашества на Афоне, оба были родом из Трапезунда, оба были выходцами из придворной среды, и, следовательно, могли знать друг друга и общаться между собой при царском дворе и патриаршем синоде. Вполне вероятно, что по ходатайству митрополита Михаила от имени великокняжеской четы, а возможно и по повелению братьев-императоров, преподобный Афанасий имел непосредственное попечение об устроении первой Русской обители на Святой Горе, как и о создании монастырей других народов.

Итак, непосредственное участие императоров  в крещении Руси, родственные отношения с ними русской великокняжеской четы, а также близкие отношения святителя Михаила Киевского и преподобного Афанасия Афонского способствовали тому, что Русский Монастырь на Афоне с первых же дней своего учреждения получил статус Царской Обители, дававший ей право на участие в афонских иноческих административных Собраниях. Первое документально зафиксированное такое участие датируется уже 1016 годом. С этого момента начинается документальная история Русского монашества на Афоне.

По мысли преподобного Афанасия Афонского, святогорские монастыри не только должны были представлять народы, из которых они составлялись, во всеправославном центре монашества, но и оказывать обратное духовно-просветительское влияние. Монастыри являлись духовными кузницами, которые готовили носителей Святогорской традиции монашества. И Русская Обитель не была исключением из этого правила.

В. Мошин считает, что уже с начала XI века Русская на Афоне Свято-Успенская обитель «Ксилургу» начинает осуществлять свою миссию распространения в Восточной Европе византийского духовного просвещения.

Постриженник и подвижник Русской святогорской обители преподобный Антоний Печерский примерно в 1013 г. по особому откровению Божию, возвращается на Русь и основывает там будущую Свято-Успенскую Киево-Печерскую Лавру, как и Святой Афон названную Уделом Пресвятой Богородицы.

Из жития св. Моисея Угрина видно, что после 1019 года также и в Польшу пришел русский иеромонах с Афона, который и постриг преп. Моисея.

В 1180 году в Русской святогорской обители принимает постриг Сербский царевич Растко, будущий святитель Савва – основатель Сербской Церкви. Свой выбор стать иноком на Афоне он сделал в результате беседы с русским святогорцем, насельником Русика, ходившего по послушанию в Сербскую землю.

В 1225 году на Почаевской Горе русский Святогорец преподобный Мефодий основывает будущую прославленную Свято-Успенскую Почаевскую Лавру. Место, на котором она находится, было также названо в последствии Святой Горой.

В XI- XIII веках некие Афонские иноки поселяются и в меловой горе на берегу Северского Донца, заложив основание еще одной Успенской Лавры, также названной впоследствии Святогорской.

Все три прославленные Свято-Успенские обители тесным образом связаны со Святой Горе, и отмечены особым промышлением Божией Матери. Все они были основаны подвижниками Святой Горы Афон и в один и тот же промежуток времени – домонгольский периуд. Предания не указывают точно из какого именно монастыря Святой Горы вышли основатели Почаевской и Святогорской Лавр, однако время их миссии совпадает с периодом расцвета Русской Свято-Успенской обители «Ксилургу» на Афоне. Поэтому, вероятнее всего, все эти русские святогорцы, как и преп. Антоний Киево-Печерский, были выходцами из древней Русской обители на Афоне – Свято-Успенского Монастыря Ксилургу[6].

И в последующие века Русик продолжал свою духовную миссию. В 1382 году Русский святогорский монастырь, с позволения короля Сербского Лазаря, строит в Сербии дочерний монастырь на реке Дренча. Строителем стал насельник Русика инок Дорофей. Еще в 1950 году руины этой обители на Дренче показывали в окрестностях Трстеника.

Так наследие преп. Афанасия Афонского распространилась через основанный на Святой Горе Русский монастырь как на Руси, так и в Сербии.

Византийская государственность перестала существовать более шести веков назад. Святая Гора Афон остается последним осколком этой великой цивилизации. Она сохранила не только знамя и герб Византии в качестве своих священных символов, но и православную византийскую культуру и духовные традиции. Всеправославный монашеский центр, созданный трудами преп. Афанасия Афонского и императора Никифора Фоки, является мощным центром притяжения для всех православных народов. Это значит, что в лице Афона Византия, как православная цивилизация, продолжает свое существование, сохраняет свое влияние и распространяет непреходящие духовные ценности, основанные на Священном Евангелии.


[1] Епископ Порфирий (Успенский). С. 441.

[2] Город Амальфи, основан в IV столетии по Р. Х. св. Константином Великим. В эпоху своего расцвета с IX по XI век,  благодаря морской торговле, Амальфия была развитой, богатой, и могущественной общиной с республиканским устройством, во главе которой стояли избираемые общиною пожизненные князья, сначала носившие название консулов, потом графов и, наконец, герцогов. Показательно, что разработанная здесь Tabula Amalphisana была взята впоследствии за основу международного Морсакого права.Христианская община Амальфийской  республики возглавлялась архиепископом. В эпоху своего процветания насчитывал 50 тыс. жителей. В это время там существовало около двух десятков монастырей.

[3]Οικουμενα – Вселенная (греч.).

[4] С этой даты начался культурный взаимообмен Византии и Руси. Есть основания проводить аналогию этого посольства св. кн. Владимира с Великим посольством Петра I, цель которого также был наем специалистов и договор о подготовке собственных кадров в западных учебных заведениях. Для успешного вхождения в Византийскую цивилизационную систему Владимир, в отличии от Петра, готовил прежде всего иноков-молитвенников, как носителей восточно-христианской цивилизационной традиции. Кого же готовил Петр?

[5] Само наименование монастыря – обитель Ксилургу, то есть Древоделя, указывает на преимущественную специальность ее насельников, которой они зарабатывали себе на жизнь – плотничество, так распространенное на Руси.

[6] Архимм. Антонин (Капустин) и Леонид (Кавелин), Еп. Порфирий (Успенский), проф. Голубинский независимо друг от друга пришли к выводу, что Есфигменское сказание о преп. Антонии хотя и говорит о реальном святом человеке, но к преп. Антонию Печерскому не имеет никакого отношения.  


Материалы по теме

Новости

Публикации

Иеромонах Никодим, Святая Гора Афон
Митрополит Антоний (Паканич)