Введение во храм и храм Введения

4  декабря (по новому стилю) православные отмечают один из двунадесятых праздников – Введение во храм Пресвятой Богородицы.

Верующие хорошо знают историю о том, как молили Господа праведные Иоаким и Анна даровать им ребенка, и Господь услышал их молитвы. И как дали они обет посвятить свое единственное чадо Богу. И как привели Иоаким и Анна свою трехлетнюю Дочь Марию к дверям святого храма. И как маленькая Мария самостоятельно преодолела 15 ступеней, что вели к дверям храма, и вошла туда как в родной дом. При входе в храм Пресвятую Богородицу встретил первосвященник Захария, отец Иоанна Крестителя. По наитию Святого Духа он узнал в маленькой девочке великое предначертание и ввел трехлетнюю Марию во Святая Святых – в святилище, куда никому не дозволено было входить, кроме первосвященника, да и то мог он сделать это лишь раз в год.

Вот как описал Введение во храм Пресвятой Девы Марии святитель Григорий Палама: «Когда же наступило время избрания, то из дома и отечества Давидова были избраны Богом Иоаким и Анна, которые, хотя были бездетны, но по своей добродетельной жизни и добрым нравам были лучше всех, происходивших из колена Давидова. И когда они в молитве просили у Бога разрешения безчадства и обещали Рожденное, с самого Его детства, посвятить Богу, им возвещается Богоматерь и даруется от Бога, как Чадо, чтобы от таких многодобродетельных была зачата Предобродетельная и Пречистая Дева, чтобы таким образом и целомудрие в соединении с молитвой оплодотворилось, и Пречистая соделалась Родительницею девства, по плоти нетленно родивши Того, Кто по Божеству прежде веков рожден от Бога Отца. И вот, когда праведные Иоаким и Анна узрели, что они были удостоены своего желания и Божие обетование им осуществилось на деле, тогда они, как истинные Боголюбцы, с своей стороны, поспешили исполнить свой обет, данный Богу: привели ныне в храм Божий Это, воистину, Святое и Божественное Дитя-Богоматерь Деву, лишь только Она перестала питаться млеком. А Она, невзирая на столь малый возраст, была полна Божественных дарований и более других понимала, что совершается над Ней, и всеми Своими качествами являла, что не вводят Ее в храм, но что Она Сама по собственному побуждению приходит на служение Богу, как бы на самородных крыльях стремясь к священной и Божественной любви, будучи убеждена, что Введение Ее в храм – во Святое святых – пребывание в нем есть желанная для Нее вещь. Поэтому-то и первосвященник, увидев, что на Отроковице паче всех пребывает Божественная благодать, пожелал вселить Ее во Святое святых и убедил всех охотно согласиться с этим. И Бог содействовал Деве и посылал Ей через Своего Ангела таинственную пищу, благодаря которой Она укреплялась по природе и соделалась чище ангелов, имея при этом в служении Небесных духов».

Праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы всегда был и остается особо почитаемым у православных христиан в России. На отношение верующих к празднику Введения во храм Пресвятой Богородицы указывает и количество храмов, которое посвящено этому событию в России, – триста сорок девятьхрамов, церквей и монастырей!

Но сегодня речь пойдет лишь об одном храме – Введенском соборе ставропигиального мужского монастыря в Оптиной пустыни, монастыря, занимающего особое место в русской духовности и культуре нашей страны.

Оптина пустынь. Уникальная жемчужина веры в России, что расположена, как писали в давние времена, в трех верстах от Козельска, старинного городка Калужской губернии, на правом берегу реки Жиздры. Сюда за утешением и поддержкой приезжали люди буквально со всей России: и самые простые, и самые именитые. Здесь побывали Толстой и Тургенев, Жуковский и Тютчев, Чайковский и Есенин. Сюда, в Оптину пустынь, философ Владимир Соловьев привез своего душевно изнемогающего друга писателя Федора Достоевского, когда тот переживал тяжелую драму – смерть сына. Пять раз в Оптину приезжал и даже приходил пешком, пытаясь обрести успокоение своей души, Лев Толстой. Недаром отец Павел Флоренский называл Оптину пустынь «духовной санаторией многих израненных душ».

Это об Оптиной написал часто посещавший монастырь Николай Васильевич Гоголь в письме графу А.П. Толстому: «Я заезжал на дороге в Оптинскую пустынь и навсегда унес о ней воспоминание. Я думаю, на самой Афонской Горе не лучше. Благодать видимо там присутствует. Это слышится в самом наружном служении… Нигде я не видел таких монахов, с каждым из них, мне казалось, беседует все небесное. Я не расспрашивал, кто из них как живет: их лица сказывали сами все. Самые служки меня поразили светлой ласковостью Ангелов, лучезарною простотою обхождения; самые работники в монастыре, самые крестьяне и жители окрестностей. За несколько верст, подъезжая к обители, уже слышишь ее благоухание: все становится приветливее, поклоны ниже и участия к человеку больше. Вы постарайтесь побывать в этой обители…».

…К сожалению, нет источников, точно доказывающих, как, когда и кем был основан монастырь в Оптиной пустыни. Существует предание, повествующее о ее зарождении. По одной версии, монастырь в Оптиной пустыни основал раскаявшийся разбойник, которого якобы звали Опта, – позже он был пострижен в монашество с именем Макарий. По другой, Оптина пустынь обязана своим рождением монахолюбивому князю Владимиру Храброму. Есть и третья версия, согласно которой название «Оптина» происходит от слова «опт», «общее», то есть монастырь, где вместе подвизались и монахи, и монахини. Такие монастыри существовали на Руси до середины XVI века, когда они были упразднены постановлением Стоглавого Собора.

И хотя рождение Оптиной скрыто от нас – и, возможно, не случайно – завесой тайны, но уже в начале XVII века в писцовых книгах Козельска появляется упоминание о монастыре как о «государевом богомолье». Там же записано, что в монастыре есть «церковь Введения Пречистая Богородицы древяна <…> и шесть келий, а в них старцы – черный священник Феодорит с братией».

Так что мы знаем, что храм Введения Пресвятой Богородицы – пусть пока еще и деревянный – уже в XVI столетии стоял в лесном бору на берегу Жиздры. Потом его сломали и на этом месте выстроили первый каменный собор, опять же во имя Введения Пресвятой Богородицы с приделом Преподобного Пафнутия Боровского. Позже, в середине XVIII века, поскольку собор сильно обветшал, было решено соорудить новый, более просторный. С южной стороны в нем имелся придел Преподобного Пафнутия Боровского, с северной – Святого великомученика Феодора Стратилата.

В XIX веке Введенский храм расширили за счет пристройки двух новых приделов. В южной стороне появился придел в честь Святителя Николая Чудотворца, а в новый северный перенесли прежний придел в честь Преподобного Пафнутия Боровского. Придел же, посвященный Великомученику Феодору Стратилату, был перенесен в Казанский собор.

Кстати, необходимо отметить, что Оптина пустынь во многом обязана боярскому роду Шепелевых. Еще в 1684 году царевы стольники Андрей и Иван Шепелевы привезли в деревянный Введенский храм святые иконы: Образ Спасителя, Пресвятой Богородицы, чудотворца Пафнутия Боровского, Царские врата и образ св. Георгия Страстотерпца.

Тяжелые времена наступили для Оптиной пустыни во время реформ царя Петра I: отобрали у монастыря в казну мельницу, перевоз через Жиздру и рыбную ловлю. А еще спустя 20 лет обедневшая обитель указом Святого Синода была совсем упразднена как «малобратный монастырь».

Но Господь не позволил сгинуть в забвении будущей жемчужине российской веры. Уже через 2 года стольник Андрей Шепелев просит Екатерину I восстановить Оптину пустынь. И его ходатайство услышано. По повелению царицы Святой Синод восстанавливает монастырь, и в родные места возвращаются двенадцать оптинских монахов.

Кстати, активно покровительствует Оптиной пустыни и сын стольника Андрея Шепелева – обер-гофмаршал при дворе императрицы Елизаветы Дмитрий Шепелев. В 1740 году на его средства строятся Николаевская (Никольская) церковь. А позже начинается то самое строительство нового храма (на месте обветшавшего) Введения Пресвятой Богородицы. Недаром в хрониках Оптиной пустыни записано, что храм был воздвигнут на пожертвования «всякого чина людей и главным образом семьи Шепелевых».

В 1759 году Дмитрий Шепелев умирает, но продолжение его дела берет на себя его племянница – Елизавета Шепелева. Как свидетельствуют Оптинские хроники, в 1769–1770 года «иждивением Елизаветы Никитичны Шепелевой при игумене Аристархе строится сначала колокольня, а затем завершается полная отделка Введенского собора в Оптиной пустыни».

В начале XIX века начался знаменитый расцвет Оптиной пустыни. Со всей России в монастырь поступали пожертвования, позволившие приобрести угодья, построить мельницу, обустроить каменные здания. Со всей страны страждущие потянулись на берега Жиздры к голубым куполам с золотыми крестами Введенского храма, и Оптина пустынь стала одним из духовных центров России.

К концу XIX века здесь подвизались около 200 монахов… Но наступил 1917 год, и на Россию обрушились страшные времена кровавого беспредела. В 1923 году по приказу большевиков храмы Оптиной пустыни были запечатаны, а настоятель отец Нектарий арестован. Еще спустя 6 лет, в 1929 году, были арестованы все оптинские иеромонахи во главе с архимандритом Исаакием: кто был расстрелян, кто закончил жизнь в тяжелой ссылке.

…Но темная ночь всегда отступает перед лучами солнечного утра. В 1987 году Свято-Введенская Оптина пустынь пережила свое второе рождение: 17 ноября все монастырские постройки были возвращены Русской Православной Церкви, а уже 3 июня 1988 года в обители начались богослужения. И, наконец, совсем недавно, 23 октября 2013 года, в день памяти преподобного Амвросия Оптинского, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил чин великого освящения Введенского собора Свято-Введенского ставропигиального мужского монастыря Оптина пустынь и Божественную литургию в новоосвященном храме, где накануне была установлена рака с честными мощами преподобного Амвросия Оптинского.

Сейчас во Введенском соборе Оптиной пустыни находятся мощи преподобных старцев Амвросия и Нектария, особо почитаемая Казанская икона Божией Матери, а также икона Божией Матери «Спорительница хлебов», которая была написана по благословению преподобного Амвросия после явления ему Божией Матери.