Мы живем своим трудом, это приносит нам и радость, и пользу

Доклад игумении Олимпиады (Барановой), настоятельницы Покровского Хотькова ставропигиального женского монастыря на XXIV Международных Рождественских образовательных чтениях; направление «Древние монашеские традиции в условиях современности»,круглый стол «Общежительный монастырь: как обеспечить необходимые потребности братии» (Новоспасский ставропигиальный мужской монастырь, 27 января 2016 года).

Наш монастырь стоит в десяти километрах от Троице-Сергиевой лавры. В обители проживают сестры, старшие и младшие, с 2000-го года существует пансион для девочек, есть богадельня. Монастырь городской, но у нас есть подсобное хозяйство. Живем мы, прежде всего, милостью Божией, и, в основном, своим трудом. На подсобном хозяйстве постоянно проживают двадцать человек сестер – это зимой. Летом целым автобусом – всем  монастырем приезжаем помогать. У нас сорок гектаров земли, коровы, лошади, куры, пчелы, пруды. Мы стараемся обеспечить себя всем насущным, не знаем, что такое купленные картошка, свекла, сливочное масло, сметана, творог… и то, что мы стремимся жить своим трудом, приносит нам и радость, и пользу…

Так как наемной рабочей силы у нас нет, естественно, что молодые сестры – для нас подспорье. Очень много немощных сестер мы не можем держать,   хотя у нас есть и богадельня, и лежачие, и по многу лет лежачие.  Обеспечиваем мы себя в основном при помощи молодых сестер и тех бывших выпускниц нашего приюта, которые проживают у нас и еще не определились – остаться им в обители или уйти; сейчас их шестнадцать человек, они  учатся в высших учебных заведениях и в техникумах. Все мы радостно вместе трудимся...

Закупки – муку, сахар, растительное масло и остальное, по необходимости – делаем централизованно. Так же закупается и одежда для сестер. Раз в квартал каждой сестре выдаются мыло, зубная паста, щетки, крем для рук и т.д. Весной и осенью ведется раздача вещей. Нуждается кто-то в обновлении монашеской одежды, – пишет прошение игумении: «Прошу выдать подрясник, или апостольник…» Что касается верхней одежды, то тоже приобретаем всё оптом на больших фирмах.  По-отдельности покупать сто пальто или курточек очень дорого. Индивидуально покупаем только нестандартные размеры. Фирмы идут навстречу, потому что, во-первых, это выгодно – продать сразу большое количество, но и ради Церкви стараются давать скидки.

У нас в монастыре с самого начала принято ничего своего не иметь и ни у кого не просить, даже у родителей. Если родители приезжают, конечно, они что-нибудь дочке привезут. Сестра в этом случае приходит ко мне и говорит: «Матушка, благословите, вот мне привезли пакет конфет, кофточку и мои старые ботинки, очень удобные...» И это поставлено так с самого начала, так мы живем.

На службу утром  – на полунощницу, на Литургию ходят все, кто не занят трудом. На подсобном хозяйстве не всегда служат Литургию, но в половине шестого обязательно вычитывают  полунощницу.  

Для особого умного делания сестрам дается неделя в затворе. По два человека уходят в затвор и неделю, круглые сутки, начиная с часа ночи,  молятся. Вычитывают все службы и целиком одно Евангелие. Потом причащаются и возвращаются в монастырь. И так всегда, в будни и в  праздники: неделя прошла, сестры меняются. Это, во-первых, отдохновение друг от друга: все же находиться в большом коллективе постоянно –  тяжело. А так есть время подумать, есть время четку тихонько потянуть, без свидетелей, и, что для многих тоже очень важно, – глубже познакомиться с богослужебными книгами...

Наши немощные бабушки не лишены своей радости: к ним каждую субботу приходит священник, исповедует, причащает. И для них, а также для сестер, имеющих проблемы со здоровьем, готовят отдельную диетическую еду.  

Что касается личного имущества, то, конечно, в монастыре его нет. Хотя у некоторых сестер после родителей, ушедших в мир иной, остались квартиры. Например, в Тюмени сестра продала квартиру, купила у нас в Хотьково, в ней живет священник: он с тремя детьми не может жить на территории монастыря, а другого жилья у него нет. В другой квартире живет монастырский водитель с женой. Так квартира и сохранилась, и в дело пригодилась.

Пенсию, положенную по возрасту, получает за сестер канцелярия, по доверенности. Поэтому у нас нет проблем с личным имуществом…

Вопрос: Сегодня упомянули о старых монахинях, а не говорили о тех людях, которые переходят в иной мир. Бывает кладбище на территории монастыря, а бывает вне монастыря. Как часто сестры монастыря могут посещать кладбища, помолиться за тех, кто перешли в иной мир. Сестры, или братья, могут ли поехать, если кладбище вне территории монастыря?

Игумения Олимпиада: У нас вот такое было чудо. Когда в пансионе уже стало много детей, появилась проблема: как их содержать? Стали искать место для подворья. Объездили весь Сергиев Посад, ничего не нашли. Тут одна добрая душа подсказала, и привезли нас в одно место, где был разрушенный храм, кладбище, речка и вокруг лес. За этот участок мы боролись целый год.  Куда только ни ходили, никто не мог помочь. Один раз пришли к главе администрации, я прошу: «Пожалуйста, выделите нам этот участок земли». Он думает, думает… вдруг заходит один влиятельный человек и говорит: «Мы породили нищету, а она – это про меня – их кормит. Дайте монастырю эту землю». И отдали. На этой земле у нас теперь и церковь, и дом, и пастбище – коровы, лошади… И кладбище. Там похоронено уже двадцать сестер.  Живущие на подворье сестры поминают усопших, после утреннего правила идут на кладбище, поют литию… То, что произошло, – это, я считаю, чудо преподобного Сергия.