Добродетель послушания в практическом применении монастырского устава

Игумения Илариона (Феоктистова)

Доклад игумении Иларионы (Феоктистовой), настоятельницы Константино-Еленинского женского монастыря Санкт-Петербургской епархии на круглом столе «Добродетель послушания в современных монастырях: практические аспекты» (Воскресенский Новодевичий женский монастырь Санкт-Петербурга, 2–3 июля 2018 года).

Досточтимые владыки!

Всечестные отцы, матушки, братия и сестры!

«Монастырский устав – школа послушания». Эта общеизвестная мысль в наше время нуждается в аргументации, поскольку нередко высказывается мнение, противопоставляющее уставность жизни и дух Евангелия. В своем докладе я скажу сначала о том, что монастырский устав – это одна из форм Священного Предания, затем – об основных разделах монастырского устава в отношении добродетели послушания. Добродетель послушания будет рассматриваться не столько со стороны межличностных отношений, сколько со стороны верности Священному Преданию, как послушание Церкви, в применении к периоду новоначалия.

Устав – одна из форм Священного Предания

Божественное Откровение хранится и распространяется Церковью «двумя способами: посредством Священного Писания и Священного Предания» (Катихиизис митрополита Филарета). В Священном Предании различают три уровня передаваемого: вероучение, опыт духовной жизни и благодатное освящение. Опыт духовной жизни, приобретенный святыми подвижниками, воплощается в монастырском уставе. Поэтому правомерно назвать монастырский устав одной из форм Священного Предания. Соотношение монастырского устава с другими формами Священного Предания требует отдельного исследования. Пока можно только констатировать следующие факты.

Монастырский устав («типик» – прилагательное от греч. Τύπος – черта, вид, образец, модель, норма, а также – символический, прообразовательный):

  • формулирует принципы и способы подвижничества в конкретных правилах;

  • имеет догматические основания;

  • регулирует как богослужение, так и дисциплину подвижничества;

  • относится как к отдельному человеку, так и к обществу;

  • является идеалом церковной жизни.

Мы вправе утверждать, что Священное Предание неразрывно и живо, поскольку Православная Церковь является тождественной самой себе с момента Пятидесятницы и до сего дня. Следовательно, жива и неразрывна монашеская традиция как форма Священного Предания. Архимандрит Софроний (Сахаров) в книге «Старец Силуан» писал: «Если же предположить, что по тем или иным причинам Церковь лишается всех Своих книг…, то Предание восстановит Писание…, и это новое Писание будет выражением все той же “единожды преданной святым веры” (Иуд. 1:3). Эти слова касаются и монастырских уставов.

Трудность нашего времени состоит в том, что мало живых носителей полноты этого предания. Большинство приходящих ныне в монастырь «желающих жития постническаго» (Чинопоследование монашеского пострига) имеют смутные познания о вероучении и слабые навыки церковной жизни. В этих условиях изучение устава и усвоение его жизнью становится для монашествующих насущной задачей. А для того чтобы избежать бездумного копирования второстепенных элементов монастырской традиции, нас должна интересовать именно глубинная и принципиальная основа монастырского устава.

Содержание устава в отношении добродетели послушания

Имея в виду единство монашеского предания, можно говорить о едином монастырском уставе. Однако монастырские уставы как письменные документы различных эпох и местностей единичны и неповторимы. Существует единство в главном и разнообразие во второстепенном. Как Священное Писание живет в потоке Священного Предания, так и письменный Устав каждого монастыря кристаллизуется в потоке единой неписанной монашеской традиции.

Монастырский устав имеет следующие разделы:

  • о цели монашеской жизни;

  • иерархическое устройство монастыря;

  • внутренняя жизнь монастыря;

  • отношения монастыря с миром.

Рассмотрим содержание этих разделов последовательно в применении к добродетели послушания.

О цели христианской жизни

В этом разделе приводятся догматические основания монашества, в частности, важнейшего из обетов – послушания.

Сущность греха Адама – преслушание, приведшее к рассогласованию воли человеческой с волей Божией. Последствия грехопадения стали катастрофическими для человека и вселенной. Искупление представляет собой возвращение человека в первозданное и даже вышеестественное состояние. Это возвращение возможно только путем полнейшего послушания Богу. Сущность подвига Господа Иисуса Христа – послушание Богу Отцу. Две воли во Христе всегда оставались согласованными: человеческая воля свободно подчинялась Божественной.

Для личного усвоения плодов искупительного подвига Христова христиане должны идти путем послушания, согласованности своей воли с волей Божией. Послушанием Господь освободил человечество от греха, проклятия и смерти. Добродетель послушания освобождает монаха от греховных страстей и делает свободным к исполнению воли Божией. Сущность монашества – послушание.

Исполнение монастырского устава как проявление веры в делах – характерная особенность монашества. Поэтому первый шаг к добродетели послушания при поступлении в монастырь – согласие новоначального с уставом монастыря. Дух Евангелия – дух послушания, соединенного с добродетелями веры, смирения и целомудрия.

Иерархическое устройство монастыря

Этот раздел устава устанавливает иерархический принцип как основу жизни:

  1. подчиненность монастыря архиерею, гарантирующую включенность монастыря в жизнь Церкви;

  2. организацию жизни внутри монастыря:

  • духовную иерархию: чины монашеского пострижения;
  • управленческую иерархию: игумен – должностные лица – братия.

Игумен как первое лицо монастыря стоит во главе и той, и другой иерархии: как хранитель духа монастыря и как административно-хозяйственный руководитель. Уставное, каноническое понимание этих обязанностей снимает кажущееся противоречие.

В иерархических отношениях послушание проявляется тройственно:

  • послушание-дисциплина, без которой невозможно общее житие: единый распорядок дня, общая трапеза, совместные труды и пр.;

  • послушание «всей во Христе братии», через которое приобретается духовное рассуждение и любовь к ближним, стремление послужить всем ко спасению;

  • послушание-таинство, познание воли Божией через вопрошение духовного руководителя, видение воли Божией в обстоятельствах жизни – любовь к Богу.

Тройственность добродетели послушания раскрывается и последовательно во времени, и единовременно. Последовательно, как ступени возрастания в этой добродетели. Единовременно, как необходимые составляющие жизни монаха.

В силу того, что через послушание мы почитаем Бога и ближнего, оно освобождает нас от закона агрессивности и боязни и приводит к жизни по закону свободы. Внутренняя свобода позволяет проявиться послушанию-доверию.

Существуют ли «границы послушания»? При монашеском постриге дается обещание сохранить «даже до смерти послушание ко игумену и ко всей о Христе братии». До смерти, в смысле – до конца жизни, и в смысле самоотверженной решимости. Послушанию Богу границ нет. Но пока послушание не очищено от человекоугодия, существуют границы, определенные канонами и уставами. Например, монах может покинуть монастырь, то есть перестать оказывать послушание, в известных случаях. Кроме этого, уставы определяют границы должностных обязанностей на различных послушаниях. Это то, что можно назвать: границы послушания «по горизонтали».

Границы послушания «по вертикали» можно определить следующим образом. Нижняя граница: там, где начинается своеволие (нарушения устава, ропот, противление, лукавство), которое требует врачевания епитимьей. Верхняя граница: там, где, по слову преподобного Иоанна Лествичника, возникает тщеславие, «которое следует за послушанием» (см. Лествица. О трех отречениях). Это «искушение справа», которое вводит монаха в напряженную духовную борьбу за смирение. Иначе послушание обернется из добродетели в источник гордыни. Святые юродивые и блаженные в монастырях – пример победителей в этой борьбе. Своим подвигом они превзошли уставные нормы и помогали всем насельникам исполнять устав в духе смирения.

Внутренняя жизнь монастыря

Монастырская жизнь реализуется как двуединство богослужебной и дисциплинарной частей устава. Точка их соединения - чин о Панагии, смысл которого в известном изречении: «трапеза – продолжение Литургии». Суточный круг богослужения определяет распорядок дня в монастыре. Различные молебные последования освящают все начинания и труды.

Такое же двуединство имеет и значение слова «послушание»:

  • внутреннее состояние души;

  • дела монастырского служения.

Следовательно, слово «послушание» означает вместе молитву и труд, эти основные составляющие устава. Послушание – это и молитва богослужебная, и келейное правило, и Иисусова молитва как душа Устава. Послушание – это труд физический (монастырские работы), душевный (поучение в законе Господнем) и духовный (борьба со страстями).

Реализуется добродетель послушания также двойственно:

  • через отсечение греховного своеволия;

  • через направление своей воли к исполнению воли Божией.

На аскетическом пути между деянием и созерцанием находится состояние «естественного ведения», то есть познания духовного смысла окружающих нас предметов и событий. Послушание очищает ум от пустых и греховных помыслов и позволяет увидеть истинный и спасительный смысл происходящего внутри и вокруг нас.

На этом этапе духовного пути послушание-доверие переходит в послушание-уверенность, когда каждое дело послушания исполняется осмысленно. И здесь проявляется некая парадоксальность послушания: речь идет именно о духовном смысле, а не о рациональной целесообразности.

В этот период новоначальному насельнику нужна помощь игумена и старшей братии для истолкования монастырского устава. Речь не идет, конечно, о том, чтобы каждое свое благословение игумен оправдывал и объяснял, и не о том, чтобы постоянно обсуждать и менять сложившиеся порядки. В этом снова наблюдается парадоксальность устава: его надо исполнять без рассуждений, и в то же время, его надо понимать. Доверие становится путем к пониманию.

Богослужение есть основное послушание и главное содержание жизни монаха. Постоянное поучение в законе Господнем надо начинать с самых простых знаний и навыков. В церковнославянском языке – знания лингвистического смысла слов и их грамматических форм, грамотное чтение в соответствии с надстрочными и строчными знаками, проставленными в печатных текстах. В богослужебном уставе – знания чинопоследований служб суточного, недельного и годового круга, а также основных церковных молитв. Освоение содержания богослужения дает послушанию новоначального твердый фундамент, потому что именно богослужение является чистым источником истины, сомневаться в котором никто не может.

Рассмотрим для примера, как обучение церковному чтению полезно для воспитания добродетели послушания. Задача, на первый взгляд, проста: озвучить напечатанный в богослужебной книге текст. Тут и проявляется склонность человека к переиначиванию на свой лад всего того, с чем он встречается в своей жизни. Даже при полном усердии и желании человека прочитать правильно, помраченный своеволием разум подсказывает свои варианты слов, искажающие смысл написанного. Изучение буквального грамматического значения церковнославянских текстов – базовый этап для дальнейшего постижения смысла духовного.

Известная притча о попугае, который повторял молитву, не понимая ее смысла, и тем спасался от хищного орла, хорошо подходит для того, чтобы подбодрить новоначального, смущающегося от своего незнания. Но вряд ли эта притча должна оправдывать псевдосмиренное невежество и магическое отношение к священным текстам и монастырским порядкам.

Монастырские обычаи также требуют истолкования: стиль поведения, значение облачений, отношение к монастырским вещам, трудовые навыки, келейные занятия – можно сказать, каждый шаг в монастыре требует пояснения. Нельзя в наше время рассчитывать, что в монастырь придет человек, приобретший эти познания в миру. Современное общество все более и более удаляется от христианского образа жизни и мысли.

Важно связать освоение существующих монастырских правил с правилами древних монашеских уставов и с наполняющим их евангельским духом. Каждое положение устава можно подтвердить цитатой из Священного Писания и святых отцов. Пособием для этого могут служить творения подвижников ХIХ и ХХ веков: святителя Игнатия Брянчанинова «Приношение современному монашеству», святителя Феофана Затворника «Путь ко спасению», «Что есть духовная жизнь…», их письма; труды архимандрита Софрония (Сахарова) архимандрита Эмилиана (Вафидиса) «Трезвенная жизнь и аскетические правила». Отдельного изучения требует письменное наследие новомучеников и исповедников Церкви Русской.

Устав монастыря изображает спасительный образ жизни как целостную систему подвижничества: распределение времени суток, молитва храмовая и келейная, чтение святых отцов, пост, бдение, поклоны, правила поведения, труды и прочее. Устав монастыря напоминает нам, что нельзя из этого ничего упускать, все вместе крайне необходимо для спасения. Бытует, например, такое мнение, согласно которому Иисусова молитва настолько превышает все остальные средства ко спасению, что занятие ею освобождает человека от необходимости молиться за храмовым богослужением суточного круга. Но монастырский устав опровергает это поверхностное и ложное мнение.

Послушание новоначального проявляется в признании необходимости осваивать все виды подвижничества, а также и в том, что каждому насельнику игуменом назначается для этого свои место, время и мера. При монашеском постриге это подтверждается словами «приемлю и с любовию лобызаю» «вся иноческаго общежительнаго жития уставы и правила, от святых отец составленная и от настоятеля… подаемая».

Отношения с внешним миром

К этому разделу устава относятся взаимоотношения монастыря с государственными структурами, обслуживающими организациями, подрядчиками, а также различные виды приходской, социальной, просветительской и миссионерской деятельности.

Участие насельников в этой сфере деятельности также совершается как послушание. Уставные нормы помогают охранять внутреннюю жизнь монастыря от обмирщения.

В наше время исполнение внешних послушаний становится делом свидетельства веры, а во многих случаях и исповедничеством. Служение Богу и Церкви в современном мире можно назвать послушанием-верностью. Хранение святоотеческого предания, содержащегося в монастырском уставе, требует духовной рассудительности и сопряжено с подвигом.

Выводы

Обобщить сказанное можно следующим образом.

  1. Добродетель послушания догматически обоснована учением Церкви об искупительном подвиге Господа Иисуса Христа. Последование Подвигоположнику требует от монаха послушания как жизни по вере.

  2. Послушание-доверие есть сердечное принятие уставности как принципа монашеской жизни.

  3. Послушание-уверенность появляется в процессе познания смыслов уставных норм и правил, содержания богослужения и молитвы.

  4. Послушание-верность требуется при исполнении служения, выводящего монаха за стены монастыря, а также и в самом монастыре при столкновении с разрушительными тенденциями.

  5. Добродетель послушания выводит монаха из мира страстей и вводит его в жизнь по закону свободы и любви.

  6. Тщательное изучение и исполнение монастырского устава есть наше послушание Церкви, верность Богооткровенному Священному Преданию.

 

 

Материалы по теме

Новости

Публикации

Участники круглого стола «Добродетель послушания в современных монастырях: практические аспекты»
Епископ Касимовский и Сасовский Дионисий
Митрополит Смоленский и Дорогбужский Исидор
Участники круглого стола «Добродетель послушания в современных монастырях: практические аспекты»
Архиепископ Пятигорский и Черкесский Феофилакт
Участники круглого стола «Добродетель послушания в современных монастырях: практические аспекты»
Епископ Касимовский и Сасовский Дионисий
Митрополит Смоленский и Дорогбужский Исидор
Участники круглого стола «Добродетель послушания в современных монастырях: практические аспекты»
Архиепископ Пятигорский и Черкесский Феофилакт

Доклады