Пламенный монах и богослов: о преподобном Иустине (Поповиче)

Игумения Гликерия

Доклад игумении Гликерии, настоятельницы женского монастыря Архангела Михаила в Челие (Сербская Православная Церковь), на  конференции «Преемство монашеской традиции в современных монастырях» (Свято-Троицкая Сергиева лавра. 23–24 сентября 2017 года).

Высокопреосвященные и преосвященные архиереи, высокопреосвященный  настоятель этой обители, высокопреподобные и преподобные отцы, святое во Христе монашество, дорогие братья и сестры! От имени своей духовной Матери – Сербской Православной Церкви, от имени Богоспасаемой епархии Валевской, епископа Милутина и священного монастыря Челие обращаюсь к Вам с самым красивым сербским приветствием: Помаже Бог! Благословите!

Для меня является честью в святой России, в этой святой обители, на девятом десятилетии своей жизни и после семидесяти лет монашества, говорить о своем духовном отце, всеправославном богослове преподобном Иустине, который в Духе Святом да будет с нами и да благословляет вас. Какой бы великой для меня ни была честь говорить о преподобном Иустине, что может свечка рассказать о солнце? Как мне, свечке, хвалить это духовное сербское солнце? Но уповаю на его молитвы.

Не ошибусь, если преподобного отца Иустина опишу как совершенного духовного отца для нас монашествующих, особенно нас, обитавших в монастыре Святого Архангела Михаила в Челиях рядом с ним, а также мирян, желавших встретиться с преподобным отцом Иустином, которого все мы называли аввой. Как нет ничего случайного, не случайно и то, что Бог даровал нам, нескольким старухам, монахиням, в том числе и моей худости, пережить период, когда монашествовал преподобный отец Иустин, и, будучи укрепленными его духовными наставлениями, быть мостом между временем XIX века и нынешним современным монашеством.

Преподобный отец Иустин возлюбил Христа пламенной любовью еще в детстве, так как вере научился у своих благочестивых родителей. Однако, как он сам говорил: «С моих пятнадцати лет Достоевский – мой учитель, но и мой мучитель!» Думаю, что Господь предназначил его быть благовестником. Он родился в Благовещение в 1894 году и, получив от своих родителей Спиридона Поповича и Анастасии при Крещении имя Благое, он всю свою жизнь благовествовал Евангелие Христово. Свою любовь к православной вере он проявил и поступив в семинарию святого Саввы в Белграде, где познакомился со своим великим духовным учителем – святым владыкой Николаем (Велимировичем), который особенно заметил и ценил Благоеву любовь к богословию.

В  семинарии юный Благое ощутил призыв от Бога к монашеству, но, не имея еще родительского благословения для монашества, он откладывает его вплоть до конца Первой Мировой войны, в которой принимает активное участие. Монашеский постриг принимает в Скадаре, накануне праздника святого Василия Великого, в 1916 году. Архимандрит Вениамин, будущий епископ, постриг молодого семинариста Благое Поповича и дал ему имя Иустин, в честь святого Иустина, мученика и философа.

В том же году он прибывает в Россию, в Санкт-Петербург, где по предложению Сербского правительства, вместе с группой одаренных семинаристов поступает в Духовную академию. Россию он любил бесконечно! В России Иустин Попович остается до июня 1916 года, когда из-за грядущей большевистской революции и последующих бурных событий, переезжает в Англию, где Николай (Велимирович), тогда иеромонах, принимает его и устраивает в один из колледжей Оксфордского университета. До 1919 года отец Иустин очно заканчивает теологический факультет, но его докторскую диссертацию «Философия и религия Достоевского» не принимают из-за резкой критики римо-католического и протестантского учения. В начале лета он возвращается в Сербию без оксфордского диплома. Он всегда был решительным и никогда не хотел отступать от истины!

В сентябре 1919 года Священный Синод отправляет отца Иустина на Богословский факультет в Афины, где он остается до мая 1921 года. Там получает степень доктора православного богословия, защитив диссертацию о святом Макарии Египетском. Затем становится иеродиаконом и преподавателем в семинарии в Белграде. Он полностью посвятил себя просветительской деятельности. В чин иеромонаха был рукоположен на Рождество 1922 года в Сремских Карловцах и, помимо регулярных преподавательских обязанностей, был назначен редактором журнала «Христианская жизнь». В семинарии в Сремских Карловцах сдает экзамен для преподавателей, защитив работу под названием «Гносеология святого Исаака Сирина».

Преподобный Антоний Великий сказал: «Всех, желающих жить благочестиво, будут гнать, клеветать, презирать». Это происходило и с ревностным иеромонахом Иустином. В 1927 году отца Иустина переводят (вернее сказать, прогоняют) в семинарию в Призрене. Непоколебимые евангельские и святоотеческие положения отца Иустина, а также критика отдельных явлений тогдашней общественной и церковной жизни в журнале «Христианская жизнь» вызвали жестокое сопротивление некоторых общественных и церковных кругов. Целью этого перевода отца Иустина было только прекращение существования его все более влиятельного журнала, так как уже в 1928 году его возвращают в Сремски Карловцы.

Из Карловицкой семинарии отца Иустина во второй раз удаляют в 1930 году. Согласно решению Священного Синода, его отправляют в православную миссию в Подкарпатскую Русь в Чехии, в качестве сопровождающего и помощника епископа Битольского Иосифа. В Чехии, где он пребывал один год, он с большим успехом возвращает к отеческой вере православных, римо-католиками насильно обращенных в униатство. Тогда ему предложили стать епископом восстановленной Мукачевской епархии, но смиренный отец Иустин отказался от этого достоинства. По возвращении в отечество в 1932 году, его назначают преподавателем Битольской семинарии, где он работает два полных учебных года. Там возникла его первая книга «Православная догматика».

В феврале 1934 года Иустина (Поповича) избрали преподавателем Богословского факультета в Белграде. В должность профессора сравнительного Богословия он вступает в 1935 году, затем его избирают профессором догматики. Отец Иустин является одним из основателей Сербского философского общества. Во время Второй Мировой войны отец Иустин разделял участь сербского народа и Сербской Церкви: он обитал в уединенных сербских монастырях, занимаясь переводом творений святых отцов и толкованием Нового Завета. Он принимал участие в подготовке Меморандума Сербской Церкви о страданиях сербов в пользующейся дурной славой Хорватии (Независимое государство Хорватия).

После прихода к власти коммунистов в Югославии, в 1945 году, отца Иустина изгнали из Белградского университета (вместе с двумя сотнями других профессоров), а потом его арестовали. Из тюрьмы он был освобожден, когда в ноябре 1946 года из ссылки вернулся Патриарх Сербский Гавриил (Дожич). Отца Иустина приговорили к расстрелу, но Бог его спас через заступничество Патриарха Гавриила и профессора Недельковича, с которым он был знаком по Обществу философов Сербии. Едва не расстрелянный как «враг народа», отец Иустин был изгнан из Белграда, без пенсии, был лишен прав человека и гражданина, права на исповедание религии. Он обитал в разных монастырях, но ни одна обитель не смела принять его надолго. Однако, по Промыслу Божию при встрече в Белграде весной 1948 года, тогдашняя игумения святочелийская, мудрая и отважная мать Сарра, позвала отца Иустина в женский монастырь Челие близ Валева, в котором он прожил практически с 27 мая 1948 года до упокоения, 7 апреля, на Благовещение  1979 года.

Придя в монастырь Челие он, выдвинул только одно условие – каждодневное служение Литургии. Помню это, так как я пришла в монастырь за год до этого. Мать игумения Сарра, монахини и мы, тогдашние послушницы, не могли тому нарадоваться. Каждый вечер отец Иустин служил вечерню и утреню. Он вставал в четыре утра и совершал проскомидию, пока мы читали утренние молитвы и часы, а потом авва служил Литургию. Весь устав мы соблюдаем и сегодня в монастыре, за исключением того, что Литургия совершается только по воскресеньям и праздникам, так как у нас нет священнослужителя. Остальную часть дня авва проводил, занимаясь своим делом – писал и переводил многие творения. Он дорожил каждой минутой, считая ее драгоценной. После обеда около получаса он ходил, молясь на четках на монастырском дворе и в монастырском лесу. Потом, бывало, ляжет на мягкую постель – зеленую траву и, накрыв лицо платочком, долго созерцает. Отец Иустин ел мало, мяса вообще не ел. Когда решались важные вопросы в Сербской Православной Церкви, помимо установленных церковных постов, он налагал на себя пятидневный пост и принимал пищу только по субботам и воскресениям.

Авва был великим подвижником – аскетом. Он очень ценил женское монашество. Имея такое отношение к женскому монашеству и из благодарности к нему, он завещал, чтобы третий алтарь трехалтарного храма в Челиях был посвящен преподобной Марии Египетской. Помню, что он сказал, делая корректуру текста из Житий святых: «Э, Иустин, ты горе-монах. Никакого проку от докторских диссертаций. Ты даже отдаленно не похож на этих подвижников». А глаза у него были полны слез. Он был смиренным, а мы знаем, что смиренным Бог дает благодать. Коммунисты никогда не любили его из-за его проповедей, в которых он прославлял Бога и просвещал народ, объясняя ему, что мрачные идеологии ведут только в ад.  Как-то раз, точнее, в 1952 году, его увезли в Валево на допрос. У игумении Сарры было предчувствие, что его попытаются арестовать, и она всех нас, сестер, повела с собой в милицию. Увидев нас, начальник возмутился и потребовал, чтобы мы ушли, но мать Сарра сказала: «Мы остаемся с отцом Иустином, куда голова, туда и тело. Мы никуда не уйдем, пока его не выпустите. Только через наши трупы». Начальник позвонил в Белград, в Главное управление и сообщил им, что происходит. Они сказали, чтобы выпустили отца Иустина. Они его выпустили, но начальник нам  при всех пригрозил: «Я сведу с вами счеты». Так мы уберегли его от тюрьмы и верной гибели.

Его жизнь постоянно находилась в опасности. Спустя немного времени мать Сарру арестовали и месяц держали в тюрьме в Валево. В 1958 году авва был у своей родной сестры, но перед тем как он поехал из Белграда, пришли из милиции и сказали: «Возвращайтесь в Челие, Вам нельзя никуда, пока не выберем своего Патриарха!» – «Но я не участвую в соборе», – сказал отец Иустин. – «Да, да, но Вы имеете большое влияние на своих учеников епископов», – сказали в милиции. И, конечно, отец Иустин вернулся в Челие. В этом году избирали Патриарха Сербского. Отца Иустина по смирению часто можно сравнивать с самыми великими православными святыми.

Я была свидетелем его работы над книгами и переводами. Раз он входит в кухню, где я готовила обед, тогда мне было шестнадцать лет, и спрашивает меня: «Что лучше написать в переводе: врлински или добродетельни живот («добродетельная жизнь», «врлински» на сербском является синонимом церковнославянизма «добродетельный». – иг. Г.)?» Удивившись, я сказала: «Мне кажется, что лучше врлински!» Отец Иустин радостно воскликнул: «Да, да, Вы правы!»

У него было большое желание увидеть в течение своей земной жизни свою книгу опубликованной. Плача, он часто говорил: «Книги – это мои дети!» Он предложил Патриарху опубликовать первую книгу его Житий святых на январь, но Патриарх отказал ему, говоря, что хочет издать Жития святых, но без имени аввы, из-за запрета коммунистов. Авва сказал: «Иустин сочинял не сказки и басни, а Жития святых». Однако Господь постоянно печется о своем народе. В 1970 году в монастырь приходит Милан Краинович, теперь монах на Афоне, в Каруле, отец Симон, и приводит молодого и очень богатого серба из Парижа, для совета и наставления. Отец Иустин уделил ему много времени. В следующем, 1971 году, его мать пришла, чтобы поблагодарить отца Иустина за духовное возрождение своего сына. Она спросила меня, что может сделать для аввы. Я сказала ей, что отец Иустин перевел Жития святых, но у нас нет средств на их издание. Она от всей души дала деньги для издания первой книги Житий, за январь.

Авва очень ценил соборность и собрал своих друзей – Перу Вранкича, профессора Велимира Арсича, с епископом Иоанном и другими, чтобы соборно принять решение издавать книгу. Они думали, что нельзя, потому что отца Иустина под влиянием коммунистов арестуют, а монастырь закроют. Я попросила слово и сказала: «Я не боюсь. Я хочу опубликовать. Знаю, что Бог поможет». Отец начал плакать. Все умолкли. Так мы опубликовали первую книгу, на январь.  А на деньги, полученные от продажи первой книги, была опубликована вторая и все остальные, по порядку. С 1971 по 1979 год творения аввы вышли из печати. Сегодня у нас восемьдесят публикаций, с тиражом триста тысяч экземпляров. Сегодня монастырь публикует книги, печатает иконы, иконочки, изготавливает крестики, выпускает альбомы духовной музыки с ангельским пением наших челийских монахинь. Мы создали радиопередачу «Фаворские звуки», в которой и сегодня передаются проповеди и наставления преподобного отца Иустина сербскому народу.

В своем завещании отец Иустин письменно распорядился о том, чтобы на средства, полученные от продажи его книг, был сооружен трехалтарный храм в Челиях, в честь святого равноапостольного Саввы, первого архиепископа сербского, в честь святого мученика Иустина Философа и преподобной Марии Египетской. В 2008 году исполнилось желание аввы – храм был сооружен. Сейчас расписываем храм и занимаемся его внутренним убранством, хотя на всё это нужны большие средства. Уповаем на благословения и молитвы аввы. Рядом с храмом воздвигнут корпус для паломников – богоискателей, теперь в нем устраивают покрытие. Помолитесь и вы, святые отцы, чтобы вашими молитвами вы были сотрудниками и участниками в этом святом деле. Отношение аввы к надлежащим епископам было евангельским, исполненным любви и послушания. Он никогда не благословлял при епископе, только говорил, что достаточно благословения епископа.

Он не хотел раскола и не ушел в него, а безупречно дорожил  своей официальной Церковью, вне зависимости от обстоятельств. Хотя в годы безбожной власти авва не сходился во мнениях с Патриархом Германом, критикуя его, он делал это в смирении и с отеческой любовью, с самыми лучшими намерениями, на благо Церкви. Он до конца был послушен официальной Церкви. Кипрский архиепископ назвал его «скрытой совестью Сербской Православной Церкви».

Хочется отметить духовническую деятельность отца Иустина и его живое и плодотворное общение с православными братьями – русскими и греками. Русские духовники принимали у него исповедь – отец Василий в Русском храме в Белграде. С русскими беженцами, которых сербский народ принял как самых родных, он дружил до конца жизни и с особой радостью с нами, монахинями, встречал в Челиях русских и греческих посетителей. В каждом человеке отец Иустин видел Христа. Он говорил, что каждый человек – это ходячее Евангелие. Что к каждой душе надо подходить на голубиных ножках. Хочу подчеркнуть, что бездетные супруги, которым он читал молитвы, получали детей. И сейчас многие после молитв у его мощей, взяв немного земли с его могилы, получают детей. (Без благословения землю нельзя брать.) Все исцеления, а их сотни, мы записываем в монастырском архиве и собираемся опубликовать их  ради укрепления многих в вере.

Из всего изложенного мы видим, что отец Иустин был облагодатствован благодатью Божией, которую он всю жизнь благовествовал. Его святыми молитвами да и нас Господь орадостворит благодатью Своею. Аминь.

Материалы по теме