Духовное руководство в свете древних монашеских традиций

Митрополит Нижегородский и Арзамасский Георгий

Доклад митрополита Нижегородского и Арзамасского Георгия, председателя Комиссии Межсоборного присутствия по организации жизни монастырей и монашества на конференции «Преемство монашеской традиции в современных монастырях» (Свято-Троицкая Сергиева лавра. 23–24 сентября 2017 года).

Введение

В христианском святоотеческом богословии особое место занимает вопрос о смысле и значении Священного Предания. В лоне Церкви на протяжении тысячелетий из поколения в поколение передается истинное богооткровенное учение и живой многогранный опыт спасения во Христе.

«Священное Предание – это не только собрание множества письменных документов, это передача жизни и опыта всей Церкви, вдохновляемой и ведомой Святым, Духом» (протоиерей Фома Хопко).

Причастность этому опыту дает основание утверждать о  принадлежности к той самой единой, святой, соборной и апостольской Церкви, которую основал Сам Господь.

Слово «предание» по латыни звучит как «traditio» («традицио»), оно вошло в русский язык без перевода и означает передачу от предков к потомкам определенных ценностей – духовных, практических, интеллектуальных, культурных. Духовный опыт монашеского делания является частью Священного Предания, его значение нисколько не меньше, чем опыт толкования Священного Писания или богословская святоотеческая традиция.

Современному монашеству досталось богатое духовное наследство – во-первых, в виде святоотеческих аскетических творений, а во-вторых, в виде живой не прерванной  традиции монашеского делания. Мудро воспользоваться этим наследством, преумножить его и неповрежденным передать монахам будущих веков – задача тех, кто подвизается ныне в ангельском образе.

О значении древних монашеских традиций

Вопрос о духовном руководстве монашеской братии, являющийся одним из самых важных в устроении монастыря, должен рассматриваться в настоящее время в контексте всей жизни современных обителей, он связан со многими аспектами иноческого жития, а также жизнью епархий и в целом всей Поместной Церкви. При этом естественным является обращение к опыту прошлого, то есть к той самой сокровищнице Предания, в которую вложили подвижники прежних веков свой бесценный духовный опыт.

До нас дошли иноческие общежительные уставы прп. Пахомия Великого,  свт. Василия Великого, прп. Иоанна Кассиана Римлянина и прп. Венедикта Нурсийского. Это духовный фундамент монашества Вселенской Церкви. На нем основаны уставы великих обителей последующих веков, возрастивших сонм преподобных отцов и преподобных матерей.

На первый взгляд может показаться странным, что раскрывая тему духовного руководства, мы говорим о значении древних монастырских уставов. В настоящее время под духовным руководством в монастыре как правило понимают исключительно душепопечение старца над насельниками обители,  совершение им исповеди, преподание индивидуальных наставлений. Цель такого руководства – помощь иноку в борьбе со страстями и искушениями, в стяжании евангельских добродетелей и в конечном итоге в достижении спасения. С этой же целью написаны и древние уставы общежительного монашеского жития.

Они не только нормируют внешнюю сторону жизни монаха, но погружают его в особую духовную атмосферу, где труд чередуется с молитвой,  служение братии с участием в богослужении. Сам устав в некотором смысле исполняет роль духовного руководителя. Он воспитывает, ограждает,  помогает духовно укрепиться, вводит в определенный духовный ритм и благотворно действует на внутреннее состояние монаха. Уставу подчинены и игумен, и духовник. Они осуществляют свою деятельность в духе и по букве монастырского устава.

В древних монашеских общежительных уставах мы не найдем подробных инструкций духовнику и тонкого психологического анализа практики душепопечения. Зато мы обнаружим там обилие наставлений о борьбе со страстями и стяжании добродетелей, а также на первый взгляд мелочные предписания о внешней стороне жизни монашеской общины, которые признаются очень важными. Для древних святых отцов монастырский устав это не мертвый закон, а спасительный опыт добродетельной жизни, живое церковное Предание, верность которому дает надежду на достижение поставленной цели.

О следовании монашеским традициям

Возрождая сегодня в Русской Церкви монашеские обители, мы остро ощущаем необходимость воспользоваться опытом древности, воспринять его во всей полноте и тем самым оградить монашество от опасности потери живой связи с иноческой духовной традицией. Нельзя отрицать ценности для современных русских обителей монашеских традиций древних Египта и Палестины, Византии и Афона. Законы духовной жизни остались теми же, не изменились и христианские идеалы. Время не властно над ними. Но при этом естественно возникает вопрос: А Русская Церковь за свою тысячелетнюю историю разве не накопила опыт монашеского делания, устроения обителей,  духовного руководства в них? Казалось бы вполне естественно обратиться сегодня к наследию преподобных Сергия Радонежского, Нила Сорского, Паисия (Величковского), Оптинских старцев. Стоит ли пренебрегать духовным опытом Валаама и Соловков, Глинской пустыни и Серафимо-Дивеевской обители, Псково-Печерского монастыря, Почаевской и Троице-Сергиевой лавры?  Сонм великих русских подвижников яркое свидетельство тому, что дух древнего монашества, зародившийся в знойных пустынях Востока, был воспринят христианами северных русских земель, которые, подвизаясь подвигом добрым, достигли вершин святой добродетельной жизни.  Соответственно и ответы на вопросы о духовном руководстве в монастырях  нужно искать прежде всего в близком нам наследии русского монашества.  Принадлежность одному народу, одной культуре, общие особенности национального характера и целый ряд иных факторов и условий жизни свидетельствуют о том, что современному русскому монашеству духовный опыт русских подвижников прошлого более понятен и близок, чем опыт подвижников древнего Египта или современной Греции. Умалять значение и ценность древних монашеских традиций нельзя, они лежат в основе традиций славянского монашества, нужно принимать во внимание и опыт монастырей других Поместных Православных Церквей и умело им пользоваться, но неверно пренебрегать и тем национальным духовным богатством, которое передали нам наши благочестивые предшественники.   Иногда складывается впечатления, что наши братья и сестры из Греции,  Сербии, Румынии, Болгарии и других стран ценят  духовный опыт русского монашества и дорожат им больше, чем мы.

Некоторые вопросы духовного руководства в современных обителях

При обсуждении проблем духовного руководства в современных монастырях приходится слышать разные, иногда противоположные суждения.  Некоторые делают акцент на духовном оскудении монашества, отсутствии духоносных старцев, обилии соблазнов и искушений мира и приходят к  пессимистическим выводам о невозможности проводить жизнь в монастырях так, как это было в древности. Другие напротив полагают, что назначенный священноначалием духовник обители, ревностно относящейся к своему послушанию, вполне может справиться с возложенными на него обязанностями, если будет регулярно проводить исповедь и читать наставления братии.

Как в школе должны быть учителя, так и в монастыре – школе благочестия, должны быть наставники. Не все они могут быть одинаково опытны, не все духовно даровиты, но все они должны быть укоренены в единой монашеской  традиции – во-первых, через изучение святоотеческой аскетической литературы, во-вторых, через общение с авторитетными игуменами и духовниками, которые сегодня несомненно есть. Только терпение и духовный труд, помноженный на благодатную помощь Божию даст желаемый результат не только в устроении духовного руководства, но и во всей полноте монашеской жизни.

Одним из принципиальных вопросов  духовного руководства монашеской братии, является вопрос о роли в этом делании и ответственности за него игумена монастыря. В настоящее время мы часто наблюдаем определенный перекос в распределении обязанностей настоятеля монастыря и его духовника. Игумен является в большей степени администратором,  управителем, непосредственно занимающейся внешней стороной жизни обители. Духовник же сосредоточен на духовном окормлении братии.

В Славянской Кормчей Патриарха Иосифа читаем: «Игумен толкуется яже о Христе братии ко спасению вождь, наставник и предстатель отеческий, настоятельствуя братским душам вкупе».

Понимание игумена, прежде всего как духовного руководителя заложено в древних монашеских уставах, воспринятых русской традицией. В уставе преподобного Венедикта Нурсийского общежительному монашеству дается следующее определение: «киновиты, живущие в одном монастыре и по общему уставу, под управлением одного аввы». Из дальнейшего текста устава прямо следует, что под управлением понимается как духовное руководство, так и попечение о  материальных нуждах обители.

В современной практике уклонение игумена от своих прямых обязанностей в пользу духовника нельзя признать соответствующим монашескому преданию, это требует исправления. Духовник может быть лишь помощником игумена в духовном руководстве братии, но не самостоятельном ее руководителем. Важно, чтобы именно так воспринимали своего игумена и монашествующие и видели в нем прежде всего авторитетного духовника, способного научить их монашескому деланию в духе святых отцов от собственного  опыта.

В практике духовного руководства монашествующих важное место должно занимать регулярное душеполезное чтение. В настоящее время в обителях подвизаются люди как правило достаточно образованные, способные самостоятельно прочитывать определенный объем литературы.  Чтение необходимо рассматривать как одно из иноческих послушаний,  осуществляемое под руководством духовного наставника. Изучение аскетических произведений святых отцов приобщает насельника обители к живой традиции монашеского подвига, укрепляет его духовно, вдохновляет на усердие и ревность в жизни по заповедям Христовым.

Заключение

Все усилия человеческие направлены на достижение определенной цели. Целью монашества является духовное совершенствование и спасение во Христе всех собравшихся в монастыре братий. Она достигается через покаянную, молитвенную и подвижническую жизнь, устроенную в полном согласии со Священным Писанием и Священным Преданием, частью которого является и предание монашеское. Ни воссоздание монастырских архитектурных комплексов, ни организация монастырских хозяйств, даже ни написание полезных книг не имеет прямого отношения к цели монашеской жизни. Все это может лишь прилагаться к главному – обретению Царствия Божия. Научить этому искусству святости по настоящему может только Учитель Христос, а любой духоносный наставник может только повторить слова апостола Павла:«я первоначально преподал вам, что и сам принял». (1 Кор.15:3)

 

 

 

 

Материалы по теме

Доклады