Историко-правовые основы деятельности религиозных организаций в контексте хозяйственно-правовых отношений в монастырских хозяйствах в Древнерусском государстве

Священник Павел Бочков

Статья доктора богословия, доктора теологии, кандидата юридических наук священника Павла Бочкова затрагивает исторический аспект церковно-государственных и экономико-правовых взаимоотношений и посвящена зарождению хозяйственно-правовых отношений в процессе деятельности монастырей в границах своих землевладений в период древнерусской государственности. Арендные отношения между монастырями и арендаторами можно отнести к хозяйственно-правовой сфере. Кроме доходов от аренды земли, монастыри имели доходы от промышленной и торговой деятельности, в противном случае такие религиозные организации не подлежали бы налогообложению в пользу государства.

Ни для кого не секрет, что во все времена религия как явление социального характера была вовлечена в хозяйственные отношения и тесно связана с проблемами собственности. Церковь всегда активно участвовала в распределении национального продукта, а также прямо или косвенно влияла на хозяйственные (предпринимательские) отношения как на местном, так и на общегосударственном уровне. Сегодня в сфере государственно-конфессиональных отношений, а точнее в аспекте хозяйственно-правовой деятельности религиозных организаций существует немало вопросов, требующих разрешения. Однако любое решение назревших проблем должно идти по пути более глубокого анализа проблемных вопросов как в плане синхронии, так и в плане диахронии.

Хозяйственная деятельность религиозных конфессий к началу ХХІ столетия остается практически не исследованной. К концу XX века отдельные (в частности хозяйственные) аспекты жизнедеятельности религиозных общин чаще всего исследовались в рамках исторической науки и философии. Определенные вопросы экономики религиозных организаций являлись предметом анализа в работах Г.И. Шмелева[1], П.Б. Лаговского[2], Н.А. Митрохина[3], А.Н. Кашеварова[4] и некоторых других авторов. Именно в этих работах мы находим сведения о процессе возникновения и развития религиозных организаций как участников хозяйственно-экономических отношений.

Для совершенствования отечественного законодательства о хозяйственной (предпринимательской) деятельности религиозных организаций необходимо изучение историко-правовых истоков такой деятельности на территории исторической Руси и способов ее регламентации со стороны Древнерусского государства и в последующие исторические периоды.

В каждой религии и в каждом государстве проблемы, связанные с хозяйственной (экономической или предпринимательской) деятельностью религиозных организаций, разнообразны и многоаспектны, поэтому мы акцентируем внимание в основном на тех, которые связаны с конфессиями, существующими в России. Религиозные организации имеют многовековую практику ведения хозяйственной деятельности, а их существование как общественных организаций неотделимо от их функционирования как субъектов экономики. И прежде всего это касается крупнейшей конфессии нашей страныРусской Православной Церкви. Уже со времен святого князя ВладимираКрестителя РусиПравославная Церковь была устроена как четко структурированная организация, поскольку уже тогда у нее были собственные органы управленияепархиальные центры, во главе которых стояли епископы, а также существовали внутренние правила, обязательные для всех клириков и мирян. Центральной организационно-правовой формой религиозной организации с ярко выраженной экономической составляющей с древнейших времен является монастырь. В контексте данной работы особого внимания заслуживает хозяйственная деятельность монастырей в так называемых вотчинных монастырских хозяйствах. Монастыри, обычно имевшие развитую структуру хозяйственной деятельности, оставили богатое наследие в виде разнообразной хозяйственной документации, которая пригодится при изучении отдельных экономико-правовых аспектов и явлений.

Вотчинное монастырское хозяйство известно с XI века. Его основой прежде всего являлись монастырские земли. Устав святого князя Владимира Святославовича о десятинах, судах и людях церковных[5] стал первым отечественным законодательным актом о правовом статусе Православной Церкви. Настоящий устав заложил основные понятия церковной юрисдикции в отечественном законодательстве. В уставе были сделаны первые шаги к определению имущественного статуса церкви. Так, св. князь Владимир передал Десятинной церкви в Киеве десятую часть от княжеского поместья и закрепил за ней десятую часть поступлений от централизованной феодальной ренты и других доходов[6]. Похожие положения о десятине в пользу церкви содержат устав Новгородского князя Святослава о церковной десятине 1137 г.[7] и Устав князя Всеволода Мстиславовича о церковных судах, людях и мерилах торговых (1221 год)[8].

Со времени своего возникновения в пределах Руси Православная Церковь как хозяйствующий субъект сосредотачивала в своих руках большие земельные ресурсы, а также пожертвования (вклады), дарения, ценные приобретения не богослужебного, но хозяйственного значения и т. д. Нужно согласиться с И.К. Смоличем, утверждающим, что неопределенность и нерешенность вопроса о правах монастырей на землю способствовали росту и даже расцвету монастырского хозяйства. Расширению монастырских земельных владений способствовали разные привилегии (иммунитеты), дарованные монастырям великими и удельными князьями[9]. Понятно, что иерархи и отдельные монастыри стремились получить от своих удельных князейа впоследствии и от великих князейдарованные грамоты, подтверждающие эти права, не только для защиты своих владений от других князей, но и чтобы юридически закрепить за церковью эти владения. Права и привилегии монастырей были обоснованы и защищены рядом документов, в частности дарованными грамотами, уставными, правовыми, обменными, заезжими грамотами, а также залоговыми записями (кабалой).

На протяжении многих веков основой для хозяйственной деятельности было землевладение, а одним из видов хозяйственной деятельностиаренда земли. С самого начала своего существования монастыри были крупнейшими землевладельцами. В XIV–XVI веках увеличение вотчины происходило в основном путем покупки. Примечательно, что по данным, помещенным в писарских и переписных книгах (именно они имеют особое значение для истории монастырских владений и монастырского хозяйства), к концу XVII века церковь владела 1/3 частью всех пахотных земель. По материалам упомянутых источников можно судить о деятельности монастырей, о росте их владений и объемах монастырского хозяйства. Учитывая это, вспомним исследования историка В.О. Ключевского, долго изучавшего жития святых, многие из которых были основателями монастырей. Он отмечал, что большинство монастырей того времени разрослись в крупные землевладельческие общества со сложным экономическим хозяйством и привилегированным хозяйственным управлением, с разнообразными бытовыми нуждами, поземельными тяжбами и запутанными экономико-правовыми, по сути мирскими отношениями[10]. Конечно, такие земельные просторы не могли оставаться «мертвыми». Монастыри владели угодьями на том же праве, что и частные владельцы, и именно такую собственность отдавали в аренду третьим лицам. К тому же монастыри отдавали в аренду (давали в оброк) рыболовные и лесные угодья, соляные варницы и т. п.

Те, кто арендовал земли у монастыря, обязаны были платить монастырю оброк. Здесь нужно обратить внимание, что оброк в разных исследованиях юристы трактуют по-разному. Если приравнивать оброк к ренте, то в таком случае речь не может идти о предпринимательстве или зачатках хозяйственных отношений. Мы присоединяемся к мнению тех исследователей, которые считают, что оброк в то время понимался так же, как мы сегодня понимаем такое явление, как «аренда», то есть срочное или пожизненное право пользования имуществом, вытекающим из договора найма (А.С. Лаппо-Данилевский[11], П. Н. Милюков[12], И. К. Смолич[13] и др.), и в таком случае можно говорить о сфере хозяйственно-правовых отношений монастырей как религиозных организаций с арендатором, частным лицом или предпринимателем.

Что касается ренты, то заметим, что она вроде бы является платой за землю, которой владеет монастырь, и компенсацией за использование, однако трудовая теория стоимости (Д. Рикардо, К. Маркс) убеждает, что стоимость может быть создана только живым трудом. Следовательно, источником ренты является неоплаченный дополнительный труд наемных рабочих в сельском хозяйстве. Это та часть добавленной стоимости, которую обыкновенно получают предпринимателиарендаторы земельных участков, за которую арендаторы платят землевладельцам.

Таким образом, очевидно, что оброк необходимо квалифицировать как соответствие аренды, а, следовательно, мы имеем зарождение хозяйственных отношений между монастырем-землевладельцем и арендаторами. Чаще сельскохозяйственные угодья монастыри отдавали в аренду монастырским крестьянам. Обычно монастырское хозяйство было ориентировано на производство продукции для собственного потребления, однако часть продукции продавалась. Заметим, что для монастырей характерна некая товарность монастырского хозяйства. В пользу этого факта свидетельствуют и документальные данные (хозяйственные книги) об организации с начала XVII века летних ярмарок для продажи производимой монастырем продукции. Кроме того, у многих монастырей в собственности были городские дворы (подворья) для торговли и поддержания связей с институтами государственной власти[14]. Некоторые монастыри являлись владельцами крупных и развитых для своего времени промышленных предприятий. Даже иностранцы в своих упоминаниях свидетельствовали, что монахи владели имениями (достаточно значительными), были удачными купцами во всем государстве и торговали разными товарами[15].

Интересен для нашего исследования факт наличия целого слоя тягловых попов, то есть обложенных специальным налогом клириков. Тяглом называли налоговую обязанность более или менее оседлых, богатых хозяйств в отношении государства[16]. Физическое или юридическое лицо, подлежащее уплате тягла, должно было владеть хозяйством, которое делилось на главный центр и второстепенные части. Приходское духовенство в своем духовном ведомстве в Древней Руси было податным классом и несло финансовую повинность. Это обстоятельство также косвенно свидетельствует о том, что и древнерусское белое приходское духовенство занималось хозяйственной деятельностью, облагаемой государством налогами.

Итак, рассмотрев хозяйственную деятельность монастырей на одном из первых этапов их существования, мы пришли к следующим выводам:

  • с самого начала церковь существовала как институт с четко выстроенной иерархической системой;

  • уже в XI веке начало формироваться вотчинное монастырское хозяйство;

  • этот вид хозяйства особо интересен, поскольку именно в его пределах зарождалась хозяйственная деятельность древнейших крупных религиозных организациймонастырей;

  • монастыри, являясь крупнейшими землевладельцами страны с древнейших времен, отдавали пахотную землю в оброк;

  • оброк стоит квалифицировать как хозяйственные отношения, возникающие по поводу аренды земли;

  • монастырское хозяйство имеет признаки товарности;

  • уплата духовенством налогов в пользу государства свидетельствует о признании деятельности монастырей и приходов как хозяйственной;

  • для многих монастырей специфической чертой является торговый (коммерческий) характер монастырского хозяйства;

  • обложение духовенства специальным налогом косвенно свидетельствует об осуществлении им хозяйственной деятельности.

 

Список литературы

1137 г. Устав князя Святослава Ольговича // Памятники русского права / Под ред. С. В. Юшкова. Сост. А.А. Зимин. — М., 1953. — Вып. II: Памятники права феодально-раздробленной Руси XII–XV вв. вв. С. 116–123.

Бельский К. С. Финансы и финансово-правовые отношения в Московском царстве. Тяглый строй Московского царства // Государство и право. — М., 2020. — № 9. С. 123–135.

Кашеваров А.Н. Материальное положение православной Церкви в Советской России (1917–1920 гг.) // Российская история. — М., 2016. — № 5. С. 92–104.

Кашеваров А.Н. Государство и церковь: Из истории взаимоотношений Советской власти и Русской православной церкви. 1917–1945 гг. — СПб.: Изд-во СПбГТУ, 1995.

Кашеваров А.Н. Современное состояние Русской Православной Церкви // Научно-технические ведомости Санкт-Петербургского государственного политехнического университета, 2011. — № 1 (118). С. 168–177.

Кашеваров А.Н. Финансово-экономическое положение Русской Православной Церкви в условиях революционных потрясений и гражданской войны // XVII ежегодная богословская конференция Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета: (9–11 октября 2006 г. и 25–27 января 2007 г.: материалы). — Т. 1. Осенняя сессия (9–11 октября 2006 г.). — М., 2007. С. 213–218.

Кашеваров А.Н. Экономический аспект антицерковной кампании советского государства. 19581964 гг. // Новейшая история России / Modern history of Russia. — СПб., 2011. — № 1. С. 123–129.

Ключевский В.О. Древнерусские жития святых как исторический источник. — М.: Наука. 1988.

Лаговский П.Б. Экономический механизм деятельности религиозных организаций: на примере Русской Православной Церкви: Автореф. дисс. канд. эконом наук. — М., 2003.

Лаппо-Данилевский А.С. Организация прямого обложения в Московском государстве со времен Смуты до эпохи преобразований: исследование А. Лаппо-Данилевского. — Санкт-Петербург: тип. И. Н. Скороходова, 1890.

Милюков П.Н. Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII столетия и реформа Петра Великого. — СПб., 1892.

Митрохин Н.А. Русская православная церковь как субъект экономической деятельности // Вопросы экономики. — М, 2002. — № 8. С. 54–70.

Митрохин Н.А. Русская православная церковь: Современное состояние и актуальные проблемы. — М.: Новое литературное обозрение, 2006.

Смолич И.К. Русское монашество 988–1917. Жизнь и учение старцев. — М.: Православная энциклопедия, 1999. С. 127.

Устав князя Владимира Святославовича // Памятники русского права / Под ред. С. В. Юшкова. Сост. А.А. Зимин. — М., 1952. — Вып. I: Памятники права Киевского государства XXII вв. С. 233–254.

Устав князя Всеволода Мстиславовича // Памятники русского права / Под ред. С. В. Юшкова. Сост. А.А. Зимин. — М., 1953. — Вып. II: Памятники права феодально-раздробленной Руси XIIXV вв. вв. С. 160–173.

Флетчер Дж. О государстве русском / Пер. М.А. Оболенского. — М.: Захаровъ, 2002.

Шамина И.Н. Из истории вологодских монастырей XVIXVII века (состав насельников) // Отечественная история. — М., 2003. — № 1. С. 141–154.

Шмелев Г.И. Аграрная политика и аграрные отношения в России в XX веке. — М.: Наука, 2000.

Шмелев Г.И. Церковь, общество, государство и экономика // Россия и современный мир. — М., 2003. — № 2. С. 28–50.

 

[1] Шмелев Г.И. Аграрная политика и аграрные отношения в России в XX веке. М.: Наука, 2000; Шмелев Г.И. Церковь, общество, государство и экономика // Россия и современный мир. М., 2003. № 2. С. 28–50.

[2] Лаговский П.Б. Экономический механизм деятельности религиозных организаций: на примере Русской Православной Церкви: Автореф. дисс. канд. эконом наук. М., 2003.

[3] Митрохин Н.А. Русская православная церковь как субъект экономической деятельности // Вопросы экономики. М, 2002. № 8. С. 54–70; Митрохин Н.А. Русская православная церковь: Современное состояние и актуальные проблемы. М.: Новое литературное обозрение, 2006.

[4] Кашеваров А.Н. Государство и церковь: Из истории взаимоотношений Советской власти и Русской православной церкви. 1917–1945 гг. СПб.: Изд-во СПбГТУ, 1995; Кашеваров А.Н. Финансово-экономическое положение Русской Православной Церкви в условиях революционных потрясений и гражданской войны // XVII ежегодная богословская конференция Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета: (9–11 октября 2006 г. и 25–27 января 2007 г.: материалы). Т. 1. Осенняя сессия (9–11 октября 2006 г.). М., 2007. С. 213–218; Кашеваров А.Н. Современное состояние Русской Православной Церкви // Научно-технические ведомости Санкт-Петербургского государственного политехнического университета, 2011. № 1 (118). С. 168–177; Кашеваров А.Н. Экономический аспект антицерковной кампании советского государства. 19581964 гг. // Новейшая история России / Modern history of Russia. СПб., 2011. № 1. С. 123–129. Кашеваров А.Н. Материальное положение православной Церкви в Советской России (1917—1920 гг.) // Российская история. М., 2016. № 5. С. 92–104.

[5] Устав князя Владимира Святославовича // Памятники русского права / Под ред. С. В. Юшкова. Сост. А.А. Зимин. М., 1952. Вып. I: Памятники права Киевского государства X–XII вв. С. 233–254.

[6] Там же. С. 244.

[7] 1137 г. Устав князя Святослава Ольговича // Памятники русского права / Под ред. С. В. Юшкова. Сост. А.А. Зимин. М., 1953. Вып. II: Памятники права феодально-раздробленной Руси XII–XV вв. вв. С. 116–123.

[8] Устав князя Всеволода Мстиславовича // Памятники русского права / Под ред. С. В. Юшкова. Сост. А.А. Зимин. М., 1953. Вып. II: Памятники права феодально-раздробленной Руси XII–XV вв. вв. С. 160–173.

[9] Смолич И.К. Русское монашество 988-1917. Жизнь и учение старцев. М.: Православная энциклопедия, 1999. С. 127.

[10] Ключевский В.О. Древнерусские жития святых как исторический источник. М.: Наука. 1988.

[11] Лаппо-Данилевский А.С. Организация прямого обложения в Московском государстве со времен Смуты до эпохи преобразований: исследование А. Лаппо-Данилевского. Санкт-Петербург: тип. И. Н. Скороходова, 1890.

[12] Милюков П.Н. Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII столетия и реформа Петра Великого. СПб., 1892.

[13] Смолич И.К. Русское монашество 988–1917. Жизнь и учение старцев. М.: Православная энциклопедия, 1999.

[14] Шамина И.Н. Из истории вологодских монастырей XVI–XVII века (состав насельников) // Отечественная история. М., 2003. № 1. С. 141–154.

[15] См.: Флетчер Дж. О государстве русском / Пер. М. А. Оболенского. М.: Захаровъ, 2002.

[16] См.: Бельский К. С. Финансы и финансово-правовые отношения в Московском царстве. Тяглый строй Московского царства // Государство и право. М., 2020. № 9. С. 123–135.

  

Источник публикации: Бочков П.В., свящ. Историко-правовые основы деятельности религиозных организаций в контексте хозяйственно-правовых отношений в монастырских хозяйствах в Древнерусском государстве // Светское право и экономика в современной жизни Церкви». Сборник материалов. — Томск: Издательство Томской духовной семинарии, 2022. С. 149–161.


Зачатьевский ставропигиальный женский монастырь
Богородице-Рождественский ставропигиальный женский монастырь
Мужская монашеская община прихода храма Тихвинской иконы Божией Матери
Высоко-Петровский ставропигиальный мужской монастырь
Сретенский ставропигиальный мужской монастырь
Женский монастырь в честь иконы Божией Матери «Всецарица» г. Краснодара
Успенский нижнеломовский женский монастырь
Свято-Троицкая Александро-Невская Лавра
Николо-Вяжищский ставропигиальный женский монастырь
Пензенский Троицкий женский монастырь