Блаженная Екатерина (Малков-Панина), Христа ради юродивая

22 Апреля / 5 Мая

Матушка Екатерина родилась 15 мая 1889 года в Финляндии, в крепости Свеаборг, в семье военного инженера Василия Васильевича Малков-Панина. Василий Васильевич являлся выдающимся военным инженером, одним из непосредственных создателей (автором проектов наряду с известными профессорами Буйницким и Величко) фортификационных сооружений крупнейших военных укреплений России. Мать Екатерины, Екатерина Константиновна, была дочерью купца 1 гильдии, владельца Красносельской писчебумажной фабрики Константина Петровича Печаткина.

В семье было шестеро детей. Екатерина Константиновна готовила детей к светской жизни и её пугала «чрезмерная религиозность» старшей дочери. Екатерина очень любила посещать святую обитель, находивщуюся недалеко от их усадьбы. Девочка отличалась добротой и отзывчивостью, часто заступалась за прислугу, ей приходилось быть посредником между матерью и работниками, случалось, что выслушивала долгие упрёки, прежде чем получала просимое.

Семья военного инженера сначала жила в крепости Свеаборг, а затем переехала в Гельсингфорс (Хельсинки). В 1898 году Василий Васильевич Малков-Панин получил назначение в Главное инженерное управление, которое находилось в Петербурге, и семья покинула Финляндию. Спустя некоторое время семья перебралась в Гатчину, где в это время открылось Реальное училище.

Катя с сестрой ходила в гимназию, а братья – в реальное училище. Из воспоминаний брата Екатерины, Георгия: «Гатчина была выбрана моими родителями по ряду причин. Наша семья привыкла жить в небольшом городе, где дети могли заниматься спортом. Гатчина со своими замечательными парками была в этом отношении очень подходящей. Квартиру с садом и всеми службами сняли на Багоутовской улице — гатчинском «Невском проспекте»... Жилье располагалось недалеко от вокзала Варшавской железной дороги. Моему отцу на поездку в Главное инженерное управление в Инженерном замке требовалось меньше времени, чем на поездку туда с любой окраины Петербурга. Мне до Реального училища... нужно было 20 минут». (В мае 1904 года Георгий Васильевич Малков – ¬Панин закончил Гатчинское реальное училище первым учеником первого выпуска. В награду он получил роскошно изданное сочинение князя Ухтомского «Путешествие в Японию Цесаревича Николая». Книгу он получал лично из рук императрицы Марии Федоровны в Гатчинском дворце...)

В начале двадцатого века Екатерина училась на естественном факультете Бестужевских курсов, по окончании курсов в 1912 – 1913 годах работала в Энтомологическом обществе. В 1914 году Екатерина поступила на курсы сестер милосердия и одновременно стала работать в бесплатных городских больницах, позже работала в тыловом госпитале, затем перевелась в летучий отряд Георгиевской общины, сестры милосердия которого оказывали помощь раненым бойцам, которых выносили с поля боя.

Из воспоминаний схимонахини Серафимы (Демор): «Еще молодой девушкой во время Первой мировой войны она отправилась медсестрой на фронт, где ухаживала за ранеными, вынесенными прямо с поля боя. Здесь лицом к лицу она увидела человеческие страдания и смерть. Всё это окончательно отторгнуло её от светского образа жизни.

В 1919 году с семьей она отправилась в Нарву (Эстония была тогда уж самостоятельной страной), где нанялась к состоятельным людям в служанки и на работу в огороде, специально, чтобы приучить себя к физическому труду и подготовить себя к жизни в обители.

Недалеко от города Нарвы находится и город Йыхви, где в посёлке Куремяэ устроена на Святой горе обитель – Пюхтица. Сюда-то и направилась молодая 33-летняя послушница. У ворот монастыря ей повстречалась группа послушниц, идущих на полевые работы. Одна из них посмеялась над Катей, что она в шляпке, тогда Катя подошла к этой незадачливой послушнице и надела ей свою шляпку со словами: «Мне она больше не нужна, а вот тебе пригодится!». Что и сбылось в дальнейшем – послушница, не выдержав испытания, вернулась в мир.

Так, с первого своего шага в Пюхтицкой обители проявился чудесный дар блаженной матери Екатерины. В дальнейшем она усердно трудилась на всех послушаниях, исключая неожиданно некоторые (например, не хотела косить траву, вероятно из жалости к живой природе, к созданию Божию). Но во всех своих делах и поступках часто она казалась очень странной и сопровождала свои действия тирадой загадочных, несвязанных слов, из которых часть была обращена к конкретному лицу и событию. Что в точности сбывалось по её намёкам и предсказаниям...»

В число послушниц Пюхтицкого монастыря Екатерина была принята 5 июля 1922 года. С первых дней своей жизни в монастыре Екатерина стала вести себя необычно, странно, по временам юродствовала, но не совсем еще явно. Вскоре ее перевели в Гефсиманский скит. Она любила трудиться, добросовестно старалась исполнять послушания, но у нее все получалось необычно. Часто ходила босая, или в чулках, чаще всего в тапках, сшитых из сукна. В монастыре ей давали сапоги, но блаженная Екатерина дарила их верующим. Зимой блаженная надевала валенки, но не обшитые кожей.

Однажды в суровую погоду она шла в тапках по двору монастыря. Одна сестра, увидев ее в таком виде и сжалившись над ней, предложила: «Мать Екатерина, можно, я вам валенки дам?» Та остановилась, посмотрела на нее пристально. «Ну что ж, можно, – сказала, подумав, и, отойдя немного, обернулась и спросила: – А они не обшиты кожей?» – «Задники обшиты». – «Не возьму!» – «Почему, мать Екатерина?» «Потому что надо подставлять свою кожу, а не чужую», – сказала она.

Часто блаженная исчезала и подолгу не возвращалась. Так, однажды она отправилась в лес за грибами и несколько дней не возвращалась. За ней послали сестер, они нашли ослабленную многодневном постом подвижницу в шалаше на Красной горке, недалеко от деревни Яама. (Маленький, сплетенный из ветвей шалаш был наполнен грибами, они поместились в нескольких корзинах.)

Однажды блаженная Екатерина семь дней строго постилась (не ела и не пила), свидетельницей этого подвига была одна из монахинь, в её келье жила блаженная старица все эти дни.

Надолго запомнился насельницам монастыря поход блаженной Екатерины в поисках «старого стиля». После этого «похода» ей пришлось просить прощение у всех сестер. Это случилось тогда, когда Церковь в Эстонии перешла на новый календарь, в это время Эстония ещё не была присоединена к Советскому Союзу, и между государствами существовала граница. Пограничники задержали монахиню на советской территории, они требовали уплатить штраф, в противном случае грозили тюрьмой. Такой крупной суммы в монастыре не было, пришлось написать письмо брату блаженной Екатерины, он и выслал деньги. Пока шло расследование, подвижница томилась в заключении. ( Как знать, может быть, горячая молитва блаженной приблизила время «возвращения старого стиля» в монастырь).

В начале Отечественной войны Гефсиманский скит был ликвидирован. Все скитянки вернулись в монастырь, а матушка Екатерина в 1942 году была отпущена домой ухаживать за больными престарелыми родителями, которые жили в Таллинне. (Родители Екатерины переехали в Эстонию в 1919 году.) В 1942 году она похоронила мать и осталась жить со своим отцом. В Таллинне блаженная Екатерина посещала подворье Пюхтицкого монастыря и предсказала (почти за 20 лет) его закрытие. В 1947 году подвижница похоронила своего отца и вернулась в монастырь. (Родители монахини Екатерины – Екатерина Константиновна и Василий Васильевич похоронены на Таллиннском Александро-Невском кладбище.)

10 ноября 1947 года скончалась Пюхтицкая блаженная старица Елена, и блаженная Екатерина стала ее преемницей: взяв на себя самый тяжелый подвиг, начала открыто юродствовать.

Избранница Божия, водимая Духом Святым знала, что вся её дальней жизнь будет сопряжена с большими скорбями, но она верила, что Господь не оставит её, ведь без Божией помощи нести этот крест невозможно. Святые Отцы говорили, что не было бы скорбей, не было бы и спасения. Преподобный Никон Оптинский говорил: «В скорбях и искушениях Господь помогает нам. Он не освобождает нас от них, а подает силу легко переносить, даже не замечать их».

Одевалась матушка Екатерина своеобразно: летом ходила в черном хитоне, в белом апостольнике, поверх которого надевала черную шапочку или черный платок. Зимой на хитон надевала какую-либо кацавеечку легкую, иногда подпоясывалась белым платком. Теплой одежды (пальто и платков) не носила. По ночам блаженная всегда молилась.

Блаженная старица Екатерина советовала послушницам: жить просто, не осуждать других. Говорила, что причина осуждения – невнимательная духовная жизнь. Всех призывала бороться с гордыней, смиряться. Говорила, что гордость – поглотитель всех добродетелей. Учила старица и бережливости, сама относилась с благоговением ко всему, что даровал Господь, она в частности так говорила о воде: «За каждую каплю ответите».

Монахини вспоминали, что матушка Екатерина иногда налагала на себя особый пост, объясняя это тем, что собирается умирать, и обычно это было к смерти одной из сестер. Сестры заметили, что если блаженная говорила, что строго постится, потому что готовится к постригу в мантию, значит, вскоре должен был состояться чей-то постриг.

Из воспоминаний монахини Г.: «Один раз весь пост она лишь святую воду да частицы просфор вкушала, а в Страстную пятницу при всем народе яичко выпила. Кто же после этого поверит, что она постилась! Так она и делала, чтобы не замечали ее подвигов и считали просто глупой».

О приезжих богомольцах она говорила: «Странники Божии – к Матери Божией приехали!» Народ шел к матери Екатерине нескончаемым потоком. Многие приезжали в обитель специально, чтобы повидаться с ней. С каждым годом их число возрастало. На имя настоятельницы монастыря поступало много писем с вопросами к матери Екатерине и с просьбами помолиться. С приходящими к ней мать Екатерина вела себя по-разному: с одним говорила иносказательно, а кое с кем – и просто; с некоторыми подолгу беседовала, а других сразу же с гневом выпроваживала. Души людские были открыты ей. Приносимое ей почитателями тут же раздавала. Денег у себя не держала ни копейки, но раздавала с большим рассуждением».

По словам Иоанна Лествичника: «Кротость состоит в том, чтобы при оскорблениях от ближнего, без смущения и искренно о нем молиться». Блаженная Екатерина была кроткой и милостивой, она прощала всех, кто недоброжелательно относился к ней. Она молилась за тех, кто её недолюбливал, понимая, что Господь попустил это ради того, чтобы она молилась о спасении душ заблуждающихся, чтобы духи злобы отошли от обидчиков, сердца наполнились любовью к ближним, и вернулась к ним благодать Божия.

Когда одна из недоброжелательниц (монахиня средних лет) умирала в больнице от гнойного аппендицита, и врачи не в силах ей были помочь, блаженная горячо молилась о спасении её души. Она призывала молиться и других сестёр: «Молитесь! Молитесь! Мать Н. умирает! Она не готова! Молитесь...» По молитвам подвижницы монахиня Н., к удивлению врачей, выздоровела.

Преподобный Никон Оптинский говорил: «Гонения и притеснения полезны нам, ибо они укрепляют веру». Преподобный Симеон (Желнин) отмечал: «Желающий спасти свою душу должен помнить, что спастись невозможно без скорби и искушений, а посему и должен благодарить Бога за всё скорбное... Скорби есть по преимуществу удел спасающихся последнего времени: «многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие» (Деян.14, 22)».

По свидетельству схимонахини Серафимы, не все сестры любили мать Екатерину за её прямоту. Часть сестёр настояла на том, чтобы блаженную Екатерину отправили в психиатрическую больницу. Врачи не признали её больной, но в палате её сильно избили больные, научаемые бесовской силой. («И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более того, кто может и душу и тело погубить в геенне» (Мф. 10,28).)

Вернувшись из больницы, матушка Екатерина поселилась в богадельне. Вспоминает одна из старейших насельниц монахиня Н.: «Когда я замещала старшую в богадельне матушку Капитолину, часто видела, как мать Екатерина уходила ночью молиться в поле. Придёт под утро вся мокрая. Почти никогда по ночам не спала, молилась. Или встанет ночью в 12 часов, помолится в углу, а потом к каждой кроватке подходит и поёт: «Се, Жених грядет в полунощи» – тихо так поёт вполголоса.

Монастырский сторож послушница А. рассказывала, что видела, как однажды подвижница холодной январской ночью, постелив на снег одеяло, всю ночь молилась.

Рассказывая о подвижнице, сестры вспоминали её замечательные большие серые глаза – иногда по-детски чистые, спокойные, ласковые, улыбающиеся, иногда серьёзные, строгие. Проникающие в самую глубь человеческих душ.

Духовник монастыря иеромонах Пётр (Серёгин) говорил: «...Отрешись от страстного омрачения своего ума и сердца и увидишь свет Божественный в себе, и на ближних твоих. Не забывай слова Апостольского: «Храм Божий вы и Дух Божий живёт в вас...» Именно этим и руководствовалась блаженная старица.

Имеется множество свидетельств о случаях исцеления по молитвам подвижницы. Мы приведем лишь несколько свидетельств из книги «Блаженные старицы Пюхтицкого монастыря»: «Сестра М. с тяжёлым заболеванием попала в больницу на длительный срок. Там она во сне увидела мать Екатерину, которая пришла к ней в больницу, благословила её крестом и сказала: «Я знаю, что тебе тяжело». Сестра М. проснулась и ощутила в душе благодатный мир. По истечении срока лечения в благополучном состоянии здоровья сестра М. вернулась домой. Спустя некоторое время сестра Г. рассказала ей: «Пришла я однажды к матери Екатерине, а она вдруг так строго и требовательно стала мне говорить: «Молись за М., ей тяжело в больнице. Ты должна за неё молиться!»»

По свидетельству сестёр, матушка Екатерина не благословляла обращаться к врачам. Вспомним слова святых отцов о том, что немощи подвигают нас к добру, и те, кто терпит их безропотно, просит Бога простить грехи и славит имя Его, помилован будет.

Рассказывает Мария из Кронштадта: «У меня болела нога, на ней были струпья, сыпь, нарывы – вроде экземы. Я поехала к матери Екатерине. Она велела снять чулок, посмотрела ногу и сказала: «Бог даст и пройдет!» Сняла с головы платок и повязала им мою ногу. Когда я приехала домой, нога стала чистой.

У мужа моего долго болело горло. Лечили его в Кронштадте, потом врачи направили его в Ленинград..., но и там ему не помогли. Поехала я в Пюхтицы. Вхожу к матери Екатерине, ещё не успела ничего сказать, а она спрашивает: «Как твой Иван там болеет?» «Горло у него болит», – отвечаю. – «Он ходит лечиться током?» «Да», – говорю. Тогда мать Екатерина послала к отцу Петру, чтобы он отслужил молебен. Возвращаюсь домой и говорю мужу: «Мать Екатерина не разрешила тебе лечиться током». А он отвечает: «А у меня ничего не болит, всё прошло уже!» А болел он долго, даже впал в уныние. И вот по молитвам матери Екатерины получил исцеление».

Из дневниковых записей духовника старицы иеромонаха Петра (Серёгина): «Юродство Христа ради или умышленная глупость. Этот вопрос хорошо разъяснила мать Екатерина. «Глупость есть грех, – сказала она, потому что человек не пользуется даром Божиим, закопав свой талант в землю, как ленивый раб». А о себе она сказала: «Я отказалась от своего разума, разумеется, для славы Божией, покорив Ему всю свою волю. Принесла жизнь свою в дар Богу. А Бог дарует человеку благодатный дар высшего рассуждения и прозрения. Откровение же Божие получается через молитву».

Позже духовник блаженной запишет в своём дневнике: «Ведение о мире и человеке надо искать, не в человеческих суждениях, а в откровении Божием, через чистую совесть. Ибо всё человеческое страстно, а совершенное получаем от Благодати Божией!»

Подвижница сумела очиститься от страстей. Можно предположить, что именно за великое смирение, детскую веру, простоту и незлобие она удостоилась даров Святого Духа – прозорливости и дара исцеления.

Иоанн Лествичник говорил: «Незлобие есть тихое устроение души, свободной от всякого ухищрения. Правота есть незрительная мысль, искренний нрав, непритворное и неподготовленное слово».

В письме одной своей духовной дочери блаженная Екатерина писала: «Когда я отдала свой ум Господу – у меня сердце стало широким-широким...»

Отец Пётр, почитая великую подвижницу, принявшую на себя подвиг юродства Христа ради, говорил, что по силе молитвы она ему мать.

В заупокойном синодике митрополита Мануила (Лемешевского) (1884 – 1968) над именем матери Екатерины было написано: «Из тех, кто не желал быть прославленными».

О скромности блаженной старицы свидетельствует следующий случай. Одна из насельниц монастыря при встрече с блаженной Екатериной не могла сдержать покаянных слёз. Матушка сразу же стала серьёзной и сказала ей: «Перед иконой надо плакать!»

В пятидесятые годы будущая матушка Глафира пришла к блаженной Екатерине вместе со своей подругой, которая, как и она, мечтала остаться в монастыре на всю жизнь. Этой девушке блаженная сказала, что в монастыре она не останется, и прибавила странные слова: «Иди в матушки!» – «Матушки-то ведь – это монахини», – подумали девушки и остались в недоумении. Но спустя короткое время не принятая в обитель девушка поехала на богомолье в Троице-Сергиеву Лавру, встретила там семинариста, который стал ее супругом, принял священство, – так она стала матушкой. А Глафире вскоре суждено было стать послушницей Пюхтицкого монастыря.

Однажды у одной женщины, которая была очень предана блаженной Екатерине, случилось несчастие: ее маленький сын упал с пятого этажа. Хотя мальчик дышал, врачи сказали, что вряд ли он выживет. Женщина стала кричать: «Мать Екатерина, помоги! Помоги, мать Екатерина!» – к удивлению врачей, мальчик выжил.

В начале 50-х годов служил в обители один иеромонах. Блаженная Екатерина носила цветной расшитый пояс, как у этого иеромонаха, и все не давала ему проходу: встанет во время службы напротив, у амвона, ругается и чудит. Вскоре этот иеромонах уехал в мир и женился, сняв с себя сан.

За много лет вперед прозорливая старица знала, кто станет Святейшим Патриархом. И владыке Пимену (Извекову), и владыке Алексию (Ридигеру) она предсказала Патриаршество.

Из рассказа схимонахини Серафимы (Демор): «Мать Екатерина могла предсказать дальнейшую судьбу человека. Так, например, когда в приходской церкви города Йыхви служил молодой, никому не известный иерей Алексий, она, входя в храм после службы, начинала петь: «Высокопреосвященнейший Владыко, благослови!» А батюшка, улыбаясь, с радостью выходил благословить блаженную. Всем это казалось шуткой. Но через много-много лет имя Первоиерарха нашей Церкви стало известно всем...

Мать Екатерина имела обыкновение утешать в скорбях. Раз она пришла в баню, где трудилась молодая послушница Валентина (в будущем – схимонахиня Валерия). И начала... рассказывать о чём-то, часто повторяя, как у неё закружилась голова, как она упала, и как много было крови... Когда наконец-то она ушла, Валя затопила печь в бане, и угорела от неё. Шатаясь, вышла на улицу, потеряла сознание и упала ничком на камень, сильно поранив лицо...

Мать Екатерину отличала удивительная любовь к сёстрам. Жизнь в обители тогда была суровая, и не всегда сёстры даже были сыты. Мать Екатерина выберется потихоньку в Йыхви, на деньги благодетелей накупит баранок, оденет их связками на шею... и затемно отправится из обители на покос. Косили сёстры далеко от монастыря, на покос ездили лошадями. Поэтому добираться до этого места надо было почти всю ночь. Рано утром сёстры выходят в поле косить, и вдруг видят, что через покос из леса мокрая по пояс от росы, вся унизанная баранками, улыбающаяся и искрящаяся любовью, идёт к ним мать Екатерина. То-то было радости от этих проделавших такой нелёгкий путь баранок!

Мать Екатерина могла предотвратить беду и оградить человека от опасности. Её слову доверяли и слушались совета. Так одну женщину (паломницу) мать Екатерина отговорила уезжать в назначенное время. И спасла тем самым её жизнь от аварии, так как автобус, на котором она собиралась ехать, разбился, и многие пассажиры пострадали...

Мать Екатерина несла непомерные подвиги поста и молитвы и отказывала себе во всём необходимом. Часто ночью её можно было встретить или около собора, или около источника Божией Матери, творящую молитву и умерщвляющую даже естественные телесные потребности. Подчас непонятно было где она жила, скитаясь по сестринским кельям, предсказывая своим появлением или переход в другую келью, или новые испытания.

Мать Екатерину очень почитали паломники и все миряне. Благодаря ей монастырь стал известен, так как многие ехали не просто в Пюхтицы, а к блаженной матери Екатерине».

В конце 1961 года, когда над обителью нависла угроза закрытия, блаженная Екатерина перед началом Великого поста 1962 года ушла в затвор, пребывала в посте и молитве до Пасхи... По её молитвам монастырь не закрыли.

Из воспоминаний монахини Е.: «Мать Екатерина спросила:
– Ты видишь, как святые идут в храм?
– Нет.
– А я вижу. Они приходят раньше людей. Идут, идут, друг за другом... Иди, иди скорей в храм, пока служба не началась.

Как-то зимой 1968 года я зашла к матери Екатерине, она меня спрашивает:
– Кто у нас игумен?
– Не знаю.
– Как же ты не знаешь, кто игумен? Кто помогает матушке?
Молчу.
– Вот кто игумен! – сказала она, указывая на портрет дорогого батюшки Иоанна Кронштадтского».

Однажды блаженной старице Екатерине было открыто, что во время службы сам святой праведный Иоанн Кронштадтский служил вместе с отцом Петром.

В апреле 1966 года архиепископом Таллиннским и Эстонским Алексием, будущим – Святейшим Патриархом, в Пюхтицком монастыре, келейно, в игуменских покоях был совершен постриг в мантию послушницы монастыря Екатерины с оставлением прежнего имени.

Последние годы своей жизни блаженная старица редко выходила из дому, больше лежала. Если вставала и где-либо неожиданно появлялась, то это было большим событием и значило, что в этом доме должно произойти что-то значительное.

Из воспоминаний монахини Г.: «...Это было в 1958 году. Много мне тогда доводилось быть с блаженной старицей. У неё была Иисусова молитва. Приду к ней – принесу обед или зайду спросить что-либо, а она лежит потихоньку, почти про себя: «Господи, Иисусе Христе...» Сколько раз так её заставала. Или слышу: «Господи, прости меня – прости всё!» С большим чувством это говорила и так учила. Апостол, Евангелие и Псалтырь всегда у неё были, и она часто их читала. Придёт кто-либо – вслух почитает, а одна – про себя читала... Часто слышала я от матушки в назидание: «Таково было сердце моё – всех утешать, а себя не жалеть!»

«Святые просили Бога не о том, чтобы Он отнял мучения и скорби, но о том, чтобы Он дал им терпение перенести их безропотно... Скорби... и мучения – это средства, это автомобили.. которые привезут нас в рай...» (Старец Ефрем Катунакский)

По рассказам монахинь, у блаженной старицы Екатерины постоянно было воспаление слизистой рта, она страдала хроническим насморком, в носу у нее были полипы, ей приходилось дышать ртом. Некоторые признаки говорили о болезни желудка, а почти постоянный приглушенный кашель – о болезни легких. Один Господь знал ее страдания, внешне она ничем их не выражала. В одном из последних писем блаженная написала: «Как легко взять на себя подвиг и как трудно его докончить…»

5 мая 1968 года, на празднование жен-мироносиц, матушку Екатерину приобщили Святых Христовых Тайн в последний раз. В этот день около умирающей старицы находились игумения Варвара, игумения Ангелина и благочинная монахиня Нектария.

«Мать Екатерина лежала на правом боку, покрытая мантией... В изголовье были положены Казанский образ Божией Матери, постригальный крест и свеча. По благословению настоятельницы из собора принесли чудотворный образ Успения Божией Матери, и им осенили умирающую.

По очереди стали подходить прощаться... Дважды прочли отходную, после чего сестра Е. стала читать акафист Казанской иконе Божией Матери... При чтении 13 кондака «О Всепетая Мати!» монахиня Екатерина тихо скончалась... Было 2 часа 19 минут по полудни...

После необходимого приготовления тела для положения его в гроб 12 уставных ударов большого монастырского колокола возвестили о кончине блаженной старицы. В 5 часов вечера гроб с телом почившей перенесли в собор, и сразу же была совершена первая панихида, после чего началась торжественное всенощное бдение на праздник святого великомученика Георгия Победоносца. После всенощного бдения снова была отслужена панихида, затем у гроба почившей началось неусыпное чтение псалтыри, которое прерывалось только службами и панихидами.

На другой день за литургией заметно прибавилось народу, а к вечернему богослужению храм был полон людей. После вечерней службы... многие остались у гроба на всю ночь и молились при чтении Псалтыри. На «славах» кафизм всенародно пели: «Со святыми упокой, Христе, душу рабы Твоея...»

Во вторник 7 мая после Божественной Литургии состоялся чин отпевания почившей старицы...

Погребена мать Екатерина у алтарной части Николо-Арсениевской кладбищенской церкви, с южной стороны». (Отрывок из книги «Блаженные старицы Пюхтицкого Успенского монастыря»)

По сей день монахини и паломники приходят на могилку блаженной Екатерины, чтобы испросить её молитвенного предстательства перед Господом. Имеются многочисленные свидетельства помощи подвижницы и после её блаженной кончины.

20 марта 2018 года, в день памяти 40 Севастийских мучеников, в Успенском Пюхтицком ставропигиальном женском монастыре в Эстонии состоялось прославление блаженной старицы монахини Екатерины (Малков-Паниной).