Антонина Новикова

7 / 20 Марта
3 / 16 Мая (28-й день после Пасхи) Собор новомучеников, в Бутове пострадавших

Преподобномученицы Антонина Новикова и Надежда Круглова

Пре­по­доб­но­му­че­ни­ца Ан­то­ни­на ро­ди­лась в 1880 го­ду в се­ле Гор­ки За­рай­ско­го уез­да Ря­зан­ской гу­бер­нии в се­мье Ан­дрея Но­ви­ко­ва, вла­дель­ца кир­пич­но­го за­во­да, имев­ше­го в сво­ей соб­ствен­но­сти зем­лю и че­тыр­на­дцать дач, ко­то­рые сда­ва­лись вна­ем. С вось­ми лет Ан­то­ни­на жи­ла у тет­ки в мо­на­сты­ре в Ря­за­ни, где и на­учи­лась гра­мо­те; она рос­ла де­воч­кой ре­ли­ги­оз­ной и впо­след­ствии по­сту­пи­ла в Тро­и­це-Ма­ри­ин­ский мо­на­стырь в го­ро­де Его­рьев­ске.Этот мо­на­стырь был об­ра­зо­ван в 1900 го­ду ста­ра­ни­я­ми и по­жерт­во­ва­ни­я­ми Ни­ки­фо­ра Ми­хай­ло­ви­ча Барды­ги­на, ко­то­рый, бу­дучи сы­ном бу­лоч­ни­ка, тру­дом, упор­ным и вдум­чи­вым чте­ни­ем при­об­рел зна­ния в са­мых раз­ных об­ла­стях и впо­след­ствии стал вла­дель­цем фаб­рик в Его­рьев­ске. Вос­пи­тан­ный в пра­ви­лах глу­бо­ко­го бла­го­че­стия, он при пер­вом уда­ре ко­ло­ко­ла был уже в хра­ме, от­ста­и­вал ли­тур­гию, за бо­го­слу­же­ни­я­ми чи­тал Апо­стол и пел на кли­ро­се. Во­круг него по­сте­пен­но ста­ли груп­пи­ро­вать­ся лю­би­те­ли ста­рин­но­го цер­ков­но­го пе­ния, и об­ра­зо­вал­ся пре­крас­ный хор, ко­то­рый впо­след­ствии пел в Успен­ском со­бо­ре Его­рьев­ска. С 1872-го по 1901 год Ни­ки­фор Ми­хай­ло­вич из­би­рал­ся го­род­ским го­ло­вой, и ему го­род был обя­зан по­чти всем сво­им бла­го­устрой­ством. Он устро­ил в го­ро­де во­до­про­вод, мо­сто­вые, улич­ное осве­ще­ние, по­жар­ную ко­ман­ду, во­ин­ские ка­зар­мы, гим­на­зию, жен­ское учи­ли­ще, го­род­ской сад и дом тру­до­лю­бия. Бла­го­да­ря в зна­чи­тель­ной ча­сти его лич­ным сред­ствам, бы­ла вы­стро­е­на цер­ковь ве­ли­ко­му­че­ни­ка Ге­ор­гия По­бе­до­нос­ца, и пол­но­стью на его сред­ства по­стро­ен Тро­и­це-Ма­ри­ин­ский жен­ский мо­на­стырь, ко­то­рый с са­мо­го дня об­ра­зо­ва­ния при­влек к се­бе мно­гих же­ла­ю­щих спа­се­ния де­ву­шек.

Пре­по­доб­но­му­че­ни­ца На­деж­да ро­ди­лась в 1891 го­ду в де­ревне Де­ни­со­во По­чин­ков­ской во­ло­сти Его­рьев­ско­го уез­да Мос­ков­ской гу­бер­нии в се­мье кре­стья­ни­на Ге­ор­гия Круг­ло­ва. С де­вя­ти лет ро­ди­те­ли от­да­ли ее в цер­ков­но­при­ход­скую шко­лу, где она учи­лась три го­да, а за­тем ра­бо­та­ла вме­сте с ро­ди­те­ля­ми в кре­стьян­ском хо­зяй­стве. Ко­гда На­деж­де ис­пол­ни­лось два­дцать лет, она по­сту­пи­ла по­слуш­ни­цей в Тро­и­це-Ма­ри­ин­ский мо­на­стырь в Его­рьев­ске.Обе по­слуш­ни­цы, Ан­то­ни­на и На­деж­да, по­сту­пив в мо­на­стырь вско­ре по­сле его ос­но­ва­ния, под­ви­за­лись в нем до его за­кры­тия без­бож­ны­ми вла­стя­ми в 1918 го­ду, по­сле че­го они по­се­ли­лись в Его­рьев­ске и, за­ра­ба­ты­вая ру­ко­де­ли­ем, по­мо­га­ли по хра­му, со­хра­няя все мо­на­ше­ские пра­ви­ла, о чем впо­след­ствии, при их аре­сте, по­ка­за­ли сви­де­те­ли и что ОГПУ и бы­ло по­став­ле­но по­слуш­ни­цам в ос­нов­ную ви­ну.По­слуш­ни­цы бы­ли аре­сто­ва­ны 19 мая 1931 го­да и за­клю­че­ны в его­рьев­скую тюрь­му. Все­го то­гда по это­му де­лу бы­ло аре­сто­ва­но трид­цать мо­на­хинь и по­слуш­ниц. Их об­ви­ни­ли в том, что они «по­сле за­кры­тия в 1918 го­ду Тро­иц­ко­го мо­на­сты­ря оста­лись в го­ро­де Его­рьев­ске на по­сто­ян­ное жи­тель­ство, мо­на­ше­ство­ва­ли и мо­на­стыр­ские пра­ви­ла про­дол­жа­ли до по­след­не­го вре­ме­ни; часть мо­на­шек ку­пи­ли се­бе соб­ствен­ные до­ма, ко­то­рые и яв­ля­лись ме­стом по­сто­ян­ных сбо­рищ и вы­пол­не­ния мо­на­стыр­ских пра­вил...В 1930 го­ду об­щим со­бра­ни­ем граж­дан де­ре­вень Са­ви­но и По­ми­но­во бы­ло по­ста­нов­ле­но: ста­рое клад­би­ще за­крыть, име­ю­ще­е­ся по­ме­ще­ние ис­поль­зо­вать под клуб, от­крыть но­вое клад­би­ще; то­гда мо­наш­ки сре­ди кре­стьян по­ве­ли аги­та­цию про­тив за­кры­тия клад­би­ща, в ре­зуль­та­те об­щим же со­бра­ни­ем по­ста­нов­ле­ние о за­кры­тии клад­би­ща бы­ло от­ме­не­но. В по­след­нее вре­мя сре­ди кре­стьян под­ня­лась ре­ли­ги­оз­ность — уве­ли­чи­лось ко­ли­че­ство ве­ру­ю­щих.До­про­шен­ные мо­наш­ки ви­нов­ны­ми се­бя в ан­ти­со­вет­ской аги­та­ции не при­зна­ли. При­зна­лись лишь в том, что они по вы­хо­де из мо­на­сты­ря до на­сто­я­ще­го вре­ме­ни про­дол­жа­ли мо­на­ше­ство­вать»[1].29 мая 1931 го­да трой­ка ОГПУ при­го­во­ри­ла по­слуш­ниц к пя­ти го­дам ссыл­ки в Ка­зах­стан. Вер­нув­шись в 1935 го­ду из ссыл­ки в Его­рьевск, они по­се­лись в од­ной квар­ти­ре, и по­слуш­ни­ца На­деж­да, как бо­лее мо­ло­дая, взя­ла Ан­то­ни­ну на свое со­дер­жа­ние. Ра­бо­тать На­деж­да устро­и­лась убор­щи­цей в шко­ле. Жи­ли они це­ли­ком по­свя­щая се­бя слу­же­нию Бо­гу, ис­пол­няя все мо­на­ше­ские пра­ви­ла, но по­сле ссыл­ки дер­жа­лись осто­рож­но и с людь­ми неве­ру­ю­щи­ми ста­ра­лись от­но­ше­ний не за­во­дить. В ис­пол­не­нии же сво­их обя­зан­но­стей на ра­бо­те На­деж­да бы­ла по-хри­сти­ан­ски доб­ро­со­вест­на, и, ко­гда впо­след­ствии со­труд­ни­ки НКВД по­тре­бо­ва­ли от ди­рек­то­ра шко­лы, чтобы он дал на нее ха­рак­те­ри­сти­ку, тот на­пи­сал, что На­деж­да «хо­ро­шо от­но­сит­ся к сво­им обя­зан­но­стям — ра­бо­та­ет доб­ро­со­вест­но и за­ме­ча­ний по ра­бо­те не име­ет. В шко­ле ве­дет се­бя ти­хо и на­сто­ро­жен­но»[2]. Но в вос­при­я­тии вла­стей пре­ступ­ле­ни­ем бы­ло са­мо мо­на­ше­ство, и сек­ре­тарь Его­рьев­ско­го го­род­ско­го со­ве­та на­пи­сал в ха­рак­те­ри­сти­ке по­слуш­ни­цы На­деж­ды, что она ра­нее вы­сы­ла­лась за мо­на­ше­ство.1 мар­та 1938 го­да по­слуш­ни­цы бы­ли вновь аре­сто­ва­ны и на вре­мя до­про­сов за­клю­че­ны в тюрь­му в Его­рьев­ске.— Ор­га­нам след­ствия из­вест­но, что вы на­стро­е­ны про­тив со­вет­ской вла­сти и кле­ве­ще­те на со­вет­скую власть и кол­хо­зы! — за­явил сле­до­ва­тель, об­ра­ща­ясь к по­слуш­ни­це Ан­то­нине.— Про­тив со­вет­ской вла­сти я ни­ко­гда ни­че­го не го­во­ри­ла и кле­ве­той как на со­вет­скую власть, так и на кол­хо­зы не за­ни­ма­лась, — от­ве­ти­ла по­слуш­ни­ца Ан­то­ни­на.— Ска­жи­те, в 1937 го­ду сре­ди про­жи­ва­ю­щих в од­ном до­ме вы со­вер­ша­ли ан­ти­со­вет­ские дей­ствия про­тив со­вет­ской вла­сти?— Ни­ко­гда я ан­ти­со­вет­ской де­я­тель­но­стью не за­ни­ма­лась и про­тив со­вет­ской вла­сти не го­во­ри­ла.— Ска­жи­те, в ян­ва­ре 1938 го­да вы сре­ди от­ста­ло­го на­се­ле­ния кле­ве­та­ли на кол­хо­зы?— То же са­мое, ни­ка­ких раз­го­во­ров, а тем бо­лее ни­ка­кой кле­ве­ты на кол­хо­зы я не ве­ла.— При­зна­е­те се­бя ви­нов­ной в том, что вы в 1937 го­ду кле­ве­та­ли на со­вет­скую власть, а в ян­ва­ре 1938 го­да кле­ве­та­ли на кол­хо­зы?— В предъ­яв­лен­ном мне об­ви­не­нии ви­нов­ной се­бя не при­знаю и по­яс­няю, что я это­го не про­из­но­си­ла.В те же дни бы­ла до­про­ше­на с те­ми же са­мы­ми об­ви­не­ни­я­ми и во­про­са­ми по­слуш­ни­ца На­деж­да, ко­то­рая так­же от­верг­ла все воз­во­ди­мые на нее об­ви­не­ния.По­сле это­го бы­ли до­про­ше­ны де­жур­ные сви­де­те­ли — хо­зя­е­ва и со­се­ди до­ма, где жи­ли по­слуш­ни­цы, ко­то­рые и под­пи­са­ли лже­сви­де­тель­ства, со­став­лен­ные со­труд­ни­ка­ми НКВД.8 мар­та след­ствие бы­ло за­кон­че­но, и 11 мар­та трой­ка НКВД при­го­во­ри­ла по­слуш­ниц Ан­то­ни­ну и На­деж­ду к рас­стре­лу. По­сле ре­ше­ния трой­ки они бы­ли пе­ре­ве­зе­ны в Та­ган­скую тюрь­му в Москве. По­слуш­ни­цы Его­рьев­ско­го Тро­и­це-Ма­ри­ин­ско­го мо­на­сты­ря Ан­то­ни­на Но­ви­ко­ва и На­деж­да Круг­ло­ва бы­ли рас­стре­ля­ны 20 мар­та 1938 го­да и по­гре­бе­ны в об­щей без­вест­ной мо­ги­ле на по­ли­гоне Бу­то­во под Моск­вой.

Игу­мен Да­мас­кин (Ор­лов­ский)

«Жи­тия но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских ХХ ве­ка. Март».Тверь. 2006. С. 83-87

При­ме­ча­ния

[1] ГАРФ. Ф. 10035, д. П-76327, л. 143.

[2] Там же. Д. П-78607, л. 12.

Ис­точ­ник: http://www.fond.ru/

Почитание святого в Троицком Мариинском женском монастыре

Эта история не из тех, что принято рассказывать, ибо монашеский мир особый, он скрыт от человеческих глаз и таит в себе много тайн. Монашество - путь спасения. В этом мире он является островом чистоты и нравственности, труда и молитвы, безмолвия и самое главное — смирения. Совершая дело спасения, не принято говорить о том, что ты делаешь: постишься ли, молишься, главное - во всем прославлять Господа Бога. Живя в монастыре, не принято делиться своими скорбями, горем или притеснением, ибо во время монашеского пострига даются обеты, в которых постригаемый добровольно принимает на себя всякое лишение мирских благ, посвящая себя полностью спасению и вверяя всю свою жизнь только Господу.

Говорят, монашество - бескровное мученичество. История же эта про мученичество во всех его проявлениях.

Свято-Троицкий Мариинский монастырь был построен в Егорьевске в 1900 году Никифором Михайловичем Бардыгиным, городским Главой, купцом первой гильдии и очень набожным человеком.

Первой настоятельницей монастыря стала его родная сестра игумения Олимпиада, которая с детства подвизалась в древнем Коломенском Брусенском монастыре. Матушка Олимпиада управляла монастырем семь лет до самой своей смерти. За это время она смогла передать сестрам опыт, накопленный за свою монашескую жизнь. Сестры очень любили ее и сильно скорбели о ее кончине. После ее смерти настоятельницей была назначена игумения Вячеслава, ее преемница.

Троицкий монастырь славился на всю Рязанскую губернию. В начале 20-го века в монастыре проживало около ста человек монахинь, инокинь и послушниц. Кроме того, в монастыре находился приют для девочек, оставшихся без родителей, и богадельня для престарелых. Хор монахинь был известен во всей епархии. Рязанские архиереи, посещая егорьевские храмы, просили непременно петь за богослужением монашеский хор. Троицкий храм всегда восхищал современников своим богатым убранством и красотой. Монастырский устав заслуживал особого внимания. В обители сложились и свои традиции. Например, невесты перед свадьбой заказывали подвенечное убранство только в монастыре, так как рукоделие сестер славилось во всей округе и считалось, что заказанное в монастыре украшение принесет счастье. Из года в год монастырь набирал силу.

Так было до 1917 года.

После революции начались гонения на Церковь. Сестры монастыря находились в смятении от происходящих событий. Сначала городские власти закрыли детский приют, а затем и богадельню. Бедные старушки были буквально выброшены на улицу, не имея своего крова и пропитания. Приютских девочек брали к себе на проживание добрые прихожане.

В 1918 году по указу Совнаркома «об изъятии церковных ценностей» в монастырь явилась комиссия. После многочасового обыска не нашли ничего ценного. Но бесследно исчезли дорогие венки с могилы Бардыгина и многое другое. Монахинь обвинили в хищении ценностей и завели уголовное дело, затянувшееся на многие месяцы. В то время в Егорьевске жил адвокат Александр Николин. Он происходил из династии адвокатов. Его отец состоял на службе у Никифора Бардыгина. Александр Александрович был человеком верующим и честным. В судебном процессе против монахинь он сумел доказать их невиновность.

Но все доказательства невиновности ничего не принесли. Было вынесено решение монастырь закрыть. Так, просуществовав всего 18 лет, святая обитель была закрыта. Гонимые монахини вынуждены были селиться у своих родственников и знакомых в квартирах и домах.

Горожанам удалось отстоять закрытие Троицкой церкви, так как за монастырем находилось городское кладбище, и верующие просили оставить церковь как кладбищенскую. Троицкая церковь осталась для сестер островком монашеского счастья. Здесь, в стенах родного храма, они ежедневно совершали монашеское правило. За радость считали они оставаться на дежурство в храме: это была возможность, чтобы как можно дольше продлить время радости в родной обители. В то время участились грабежи в храмах. Разбойники, чувствуя слабость голоса церковных служителей и свою безнаказанность, стали делать набеги на храмы.

Принимая монашеский постриг, человек от входных дверей храма ползет до алтаря, накрываемый мантиями монашествующих. Какой великий смысл кроется в этом действии! Наставники говорят, что оно кроет в себе тайну смысла монашества — всю жизнь претерпевать уничижение и, тем самым, сораспинаться Христу.

Ободряемые своей игуменией, матушкой Вячеславой, сестры продолжали монашеский путь в течение 11 лет. В 1929 году вышло постановление о закрытии Троицкого храма. Новое испытание выпало на долю монахинь. Выгнанные из монастыря, а теперь и лишенные храма, сестры оказались в рассеянии и скитании. Некоторые остались в городских, не закрывшихся еще храмах, а некоторые, не имея жилья, разъехались по сельским храмам, поселившись в церковных сторожках.

Удел монашествующих — смирение, но верность Богу и Церкви хранить до конца, где бы ты ни был, и куда бы ты ни пошел. Принимая монашеский постриг, человек дает обет пребывать в монастыре или в другом месте, где будет дано послушание. Главное- хранить данные Богу обеты.

Рассеянные по разным храмам, монахини приступили к своим послушаниям: кто пел на клиросе, кто выпекал просфоры, кто дежурил. В городском Успенском соборе осталась большая часть сестер Мариинского монастыря.

19 мая 1931 года сестры молились в соборе. В этот день совершалась память праведного Иова Многострадального. На литургии дьякон читал Евангелие от Иоанна: «Сие заповедаю вам, да любите друг друга. Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел. Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир» (Ин 15, 17-19). Эти пророческие слова Спасителя стали ободряющими для сестер в предстоящей для них судьбе. В этот день тридцать монахинь и послушниц вместе с игуменией Вячеславой были арестованы и заключены в егорьевскую тюрьму. Среди арестованных были две послушницы закрытого Свято- Троицкого Мариинского монастыря Антонина и Надежда.

Антонина Новикова родилась в 1880 году, в селе Горки Зарайского уезда Рязанской губернии в семье владельца кирпичного завода Андрея Новикова. У Антонины было четыре брата и три сестры. Когда Антонине исполнилось 8 лет, она переехала к своей родной тетке — монахине в Рязанский монастырь. За годы, прожитые в монастыре, Антонина выучилась грамоте, письму и рукоделию. Здесь, в святой обители, Антонина решила посвятить всю свою жизнь Богу. Читая ли книги, вышивая ли на пяльцах, все свои мысли она устремляла к Всевышнему. Окончательно избрав монашеский путь спасения, Антонина переехала в Егорьевский Троицкий монастырь. Основным послушанием для Антонины в монастыре было выпечка просфор, а в свободное время она занималась шитьем. Когда монастырь был закрыт, Антонина осталась при Троицком храме сторожем. Будучи в монастыре, она сильно сдружилась с послушницей Надеждой, которая была близка ей по духу. Надежда родилась в 1887 году в семье Егора Круглова, крестьянина деревни Денисиха Егорьевского уезда. В монастырь Надежда пришла, когда ей исполнилось 20 лет. Когда закрыли Троицкий храм, обеим послушницам негде стало жить, и они с благословения матушки- игуменьи ушли в Знаменский храм близлежащей деревни Алешино. В Знаменской церкви Надежда пела на клиросе, а Антонина убирала храм и была церковным сторожем. Обе они проживали в церковной сторожке. Сестры часто ободряли себя словами Спасителя: «Где двое или трое соберутся во имя Мое там и Я посреди них». Двое — это уже монастырь.

Заключенные в тюрьму инокини подверглись допросу. На следующий день после ареста 20 мая была допрошена послушница Антонина. «С 8 лет,- показала она о себе,- была у тетки в монастыре в городе Рязани, училась грамоте один год, тетка была в монастыре монахиней. Я часто ездила к ней в гости, была отдана вере всей душой». На следующий день была допрошена послушница Надежда.«С 9 лет я пошла в школу,- рассказала Надежда о себе,- проучилась три года, после чего пошла помогать родителям по хозяйству. С 20 лет ушла в монастырь, родители этому не препятствовали, там я и жила».

26 мая 1931 года, допросив всех монахинь, следователь составил обвинительное заключение, так изложив вину сестер:

«Монашки, после закрытия в 1918 году Троицкого монастыря, остались в нем на постоянное жительство, монашествовали и монашеские правила соблюдали до последнего времени. Некоторые монашки купили собственные дома, которые и являлись местом постоянных сборищ для выполнения монастырских правил — молитв. В церковной сторожке при соборе (Успенском) из монашек до последнего времени существовал церковный хор.

В 1930 году общим собранием граждан деревень Саввино и Поминово было постановлено закрыть старое кладбище. Имеющееся помещение церкви использовать под клуб и открыть новое кладбище. Тогда монашки среди местных крестьян повели агитационную работу против закрытия кладбища. В результате, общим собранием крестьян было отменено постановление о закрытии старого кладбища.

В последнее время среди крестьян поднялась религиозность, увеличилось число верующих. Допрошенные монашки вину свою в антисоветской агитации не признали. Признались лишь в том, что они по выходе из монастыря до настоящего времени продолжали монашествовать».

Через три дня, 29 мая, тройка ОГПУ СССР по Московской области по статье 58-10 УК РСФСР (антисоветская агитация) приговорила тридцать монахинь и послушниц вместе с игуменьей к 5 годам исправительно — трудового лагеря, но по некоторым обстоятельствам приговор заменили пятилетней ссылкой в Казахстан.

При пострижении первой одеждой монаха становится власяница, являющаяся хитоном вольной нищеты и терпения бед и притеснений.

Долгие годы тяжелой работы и непосильного труда. Изнуряющая жара летом и сильные заморозки зимой. Некоторые из сестер умирали от холода и голода. Что можем мы знать о скорбях наших монахинь? Кто теперь поведает нам о перенесенном горе и страданиях? Мир монашества закрыт от человеческого взора.

По прошествии трех лет, в 1934 году, оставшиеся в живых монахини вернулись в родной Егорьевск. Вернулись из ссылки послушницы Антонина и Надежда. Все сестры в скором времени восстановили связь с матушкой- игуменьей. Успенский собор к тому времени был закрыт, и сестры стали собираться в храме святителя Алексия митрополита Московского на Нечаевской улице.

После ссылки послушница Надежда полгода не могла найти работу, но затем все-таки устроилась. Сначала на фабрику, затем уборщицей в школу. Послушница Антонина вернулась из ссылки нетрудоспособной и еле живой. Памятуя слова апостола «Друг друга тяготы носите и так исполните закон Христов», Надежда взяла к себе свою духовную сестру послушницу Антонину на содержание. Обе послушницы поселились у знакомых на улице Футбольной, расположенной недалеко от Алексиевской церкви.

Снова небольшой луч солнца проскользнул в отягощенную скорбями жизнь сестер. Теперь они, как и прежде, собирались в храме и вместе совершали монашеское правило.

Несмотря на подорванное здоровье, сестры радовались, что они снова вместе со своей матерью.

Монашествующие носят на себе мантию, чтобы всегда в своем уме держать память о смерти. Если обычного человека страшит смерть, то для монашествующих это радость. Свою земную жизнь они посвятили Небесному Жениху — Христу. В течение своего земного жизненного пути они служат Ему, читают Его Писание, ежеминутно разговаривают с Ним в молитве и вот, наконец, приходит время встречи с Ним. Что может быть радостней?

Даже после ссылки монахинь часто вызывали на допросы и вели за ними пристальное наблюдение. Однажды, после допроса в НКВД игумения Вячеслава не вернулась домой. Ее сестра, обеспокоенная долгим отсутствием, собрав несколько монахинь, отправилась на поиски. Матушку Вячеслову они нашли недалеко от речки Гуслянки в котловане, выкопанном для стройки и заполненном водой. Несмотря на то, что на месте ее гибели виднелись мужские следы, расследовать причины ее смерти не стали. Так сестры лишились своей матери.

При постриге — новопостриженная вручается настоятельнице для духовного руководства в жизни. Матушка дает послушание, она наказывает за непослушание, она направляет на путь и ведет по монашескому пути ко спасению. В тяжелую минуту утешит, в трудный час подскажет. Вся монашеская жизнь — только с ней. Потеря матушки большая утрата. Но главное — не потерять веру, все, ради чего ты живешь.

2 марта 1938 года послушницы Антонина и Надежда были арестованы и заключены в егорьевскую тюрьму, а затем переведены в Таганскую тюрьму в Москве. Следователь добивался от них лжесвидетельств, требовал оговорить друг друга, а также священника, недавно вернувшегося из ссылки и поселившегося по соседству с ними, и других людей. На все требования послушницы отвечали отказом. Не добившись ложных показаний, 11 марта этого же года их приговорили к расстрелу за «антисоветскую пропаганду и высказывание пораженческих настроений».

20 марта 1938 года послушницы Егорьевского Свято — Троицкого Мариинского монастыря были расстреляны на полигоне Бутово под Москвой и погребены в общей безвестной могиле. Вся вина их заключалась в том, что были они тверды в вере, чисты душой и не смогли лжесвидетельствовать, оговаривая друг друга и священников.

История эта заканчивается торжеством. Каким? Ведь погубив бездумно этих святых дев, злодеи не ведали, что род человеческий обретает небесных молитвенниц у Престола Всевышнего. Последними словами преподобномучениц, сказанными на земле, были слова: «Прости им Господи, ибо не ведают, что творят».

Мир монашества полон тайн и главная из них — любовь и всепрощенье.

составлено игуменом Никодимом (Лунёвым)