«Царство Небесное восхищают не беспечные, а усиленные искатели его»

Архиепископ Феодор (Поздеевский † 1937)

Архиепископ Феодор (Поздеевский) об аскетических воззрениях преподобного Иоанна Кассиана Римлянина и значении аскетизма в жизни каждого христианина

Архиепископ Феодор (Поздеевский) – один из самых известных архиереев времен гонений на Церковь 20–30-х годов прошлого века. В 1909–1917 годах он был ректором Московской Духовной Академии, в 1917-м стал настоятелем Московского Данилова монастыря, расстрелян в 1937-м. Тема аскетизма интересовала владыку уже в студенческие годы, причем не как отвлеченная богословская идея, не как делание немногих монахов-подвижников, а как непременное условие спасения души каждого христианина. Труды владыки Феодора не теряют своей злободневности и заставляют задумываться всех, чающих жизни будущаго века.

Архиепископ Феодор, по воспоминаниям современников, «считался в те времена оплотом церковного консерватизма и строгого православия. <…> Строгий монах и безупречный аскет, знаток святоотеческого богословия и канонического права, владыка пользовался большим уважением его бывших учеников – архиереев, в числе которых было много ревнителей церковного благочестия» [1].

В Академии владыка читал курс Пастырского богословия, в котором теме аскетики уделялось особое место. Но интерес к теме аскетизма вообще и аскетики как науки будущий владыка проявил еще во время учебы в Казанской Духовной Академии. Академию владыка окончил в 1900 году со степенью кандидата богословия первого разряда, магистранта, и как один из самых даровитых студентов курса был оставлен в Академии в качестве профессорского стипендиата при кафедре Патристики для подготовки магистерской диссертации. Тема диссертации – «Аскетические воззрения преподобного Иоанна Кассиана Римлянина (пресвитера Массилийского)».

В своей речи перед защитой, 13 октября 1902 года, иеромонах Феодор сообщил, что главной целью его работы было раскрыть смысл и значение аскетизма в христианстве, и объяснил свой интерес к этой теме тем, что в последнее время в современной печати слишком много высказывалось отрицательных мнений по этому вопросу [2].

В диссертации, посвященной преподобному Иоанну Кассиану Римлянину – исследователю аскетической идеи православного Востока и создателю наиболее полной теории подвижничества, будущий владыка впервые формулирует свои богословские воззрения, которые позже, значительно развив и систематизировав, он положил в основу академического курса христианской аскетики.

«Задачу настоящего сочинения, – как заявлено в диссертации, – составляет выяснение и характеристика аскетических воззрений преподобного Иоанна Kaccиaнa» [3].

В богословской литературе того времени изучение наследия преподобного сводилось, в основном, к его учению о свободе и благодати, то есть к выяснению вопроса об участии в деле спасения человека двух факторов – божественного и человеческого. Иеромонах Феодор отметил, что основным содержанием деятельности и личной жизни преподобного Иоанна Kaccиaнa, то, чему он «посвятил всю свою жизнь от ранней юности, и главным предметом наиболее значительных его литературных трудов является духовное подвижничество – аскетизм» [4].

Главным объектом исследований в диссертации иеромонаха Феодора является также тема подвижничества, которая, видимо, наиболее интересовала автора. Причем это явно не только богословское исследование трудов преподобного Иоанна Кассиана, а выяснение для себя – как монаха и как христианина – темы духовного подвижничества во всей ее полноте.

В диссертации рассматривается целый ряд вопросов: понятие подвижничества у преподобного Иоанна Kaccианa, ближайшая задача подвижника и его конечная цель, основы христианского подвижничества, основная идея подвижнической жизни и ее выражение в сознании подвижника и его настроении, подвижничество во внутренней и внешней жизни человека.

«В качестве руководящей предпосылки к определению общего взгляда Иоанна Kaccиaнa на подвижничество, – пишет иеромонах Феодор, – может служить его мысль, неоднократно им высказываемая, что нравственное развитие человека и всякая добродетель достигаются только путем усиленного труда, подвига и сокрушения духа!.. Поэтому, кто решается служить Господу и желает достигнуть царства небесного, тот должен приготовить свою душу не к покою и бездействию, а к искушениям и огорчениям, „ибо царство небесное, говорит преп. Кассиан, восхищают не беспечные, не распущенные, не избалованные, а усиленные искатели его“» [5].

Подвижничество не прерогатива только монашества. Диссертант подчеркивает, что, по мнению преподобного Иоанна Кассиана, «подвижничество есть искусство или наука, имеющая своею конечной целью (telos) получение царства небесного, а ближайшею задачею (scopon) достижение чистоты сердца, без которой невозможно получить царство небесное» [6]. А получение Царства Небесного – это стремление каждого христианина, и только подвижничество способно привести человека к этой цели.

Подвижничество, в форме монашества или любой другой, «есть только искусство для осуществления христианского совершенства, а не само оно... Подвижничество не составляет христианского совершенства, а только ведет к нему» [7]. Таким образом, подвижничество не самоцель, продолжает исследовать мысль преподобного Кассиана иеромонах Феодор, потому что «место Бога в душе человека „не в смятении сражения и борьбе с пороками, а в мире целомудрия и в постоянном спокойствии сердца“… „Итак, продолжает он (преп. Иоанн Кассиан. – Т.П.), если кто удостоится завладеть этим местом мира по подавлении плотских страстей, то будет зрителем Бога и обителью Его. Ибо не в подвиге воздержания, а в постоянном наблюдении добродетелей Господь пребывает... и место Господне не в подвиге воздержания, но в мире целомудрия, и обитание Его в наблюдении и созерцании добродетелей“… К этому-то именно и ведет подвижничество, как своего рода наука и искусство» [8].

При этом «христианская нравственность должна быть рассматриваема, по мысли преп. Kaccианa, не как совокупность только правил, требующих механического исполнения (такое понимание христианской нравственности по Kaccианy очень несовершенно), а как субъективное внутреннее настроение… Поэтому христианство, как проповедь о спасении человека, призывающая людей совлечься ветхого и облечься в нового… есть уже для человека духовное подвижничество…» [9]. Таким образом, взгляды на подвижничество преподобного Иоанна Кассиана, – продолжает иеромонах Феодор, – «дают право понимать слово подвижник в смысле человека упражняющегося, борющегося… ради спасения во Христе или просто человека спасающегося» [10].

Выделяет будущий владыка Феодор мысль преподобного о том, что «монах… постольку является оправдывающим свое звание, поскольку он – человек, содевающий свое спасение» [11]. И только тогда монаха можно назвать воином Христовым, когда он «путем усиленных и особенных подвигов достигает чистоты сердца, а чрез это и царства небесного» [12].

Утверждение о необходимости подвижничества, причем каждого христианина, преподобный Кассиан выводит из состояния природы падшего человека. Далее иеромонах Феодор пишет: «Две воли, существующие в падшем человеке, действуют в нем как два закона: один закон „греха и смерти“, а другой – „жизни и свободы“, и сила первого настолько велика, что человек, ставший на путь спасительный, решившийся идти к нравственному совершенству путем подвижничества, совершенно бессилен сам побороть в себе закон греха и смерти и необходимо должен прибегать для этого к помощи благодати Божией… Учение о благодати, как силе, помогающей человеку в деле нравственного совершенствования, и является у преп. Kaccианa… в качестве основания для возможности осуществления подвижничества. Убеждение в том, что пройти путь подвижничества и достичь нравственного совершенства можно только при помощи Божией должно по мысли преп. Kaccианa входить живым звеном в сознание подвижника» [13].

Внутренним исходным началом подвижничества, поддерживающим подвижника на пути добродетели в начальное время жизни, является чувство страха Божия – «в смысле сознания своей виновности пред Богом и страха за свою участь», – продолжает иеромонах Феодор. – «По мере нравственного совершенствования этот страх сменяется более совершенными побуждениями: надеждой и любовью или страхом благоговения. Но так как страх Божий в деле исполнения воли Божией ставит человека в рабское положение, при котором доброго настроения, составляющего главное достояние человека, может и не быть, то у св. отцов восточных в качестве высших побуждений к добродетельной жизни указываются надежда и любовь, особенно последняя. Любовь уже ручается за твердость человека в добре, ибо он тогда исполняет волю Божию не по страху, не в надежде на награды, а единственно в силу сердечного расположения и услаждения добром, отсюда-то человек и должен от страха непременно восходить на степень любви» [14].

Аскетизм необходим каждому христианину, потому что «аскетизм, понимаемый как известного рода совокупность приемов в осуществлении идеала нравственно-христианского совершенства, в своем причинном бытии вполне обусловливается состоянием природы падшего человека, которая делает человека неспособным жить прямо тем содержанием жизни, которое предлагает нравственное христианское учение» [15].

В отзыве на диссертацию профессор Казанской Духовной Академии Л.И. Писарев определил основную мысль этого труда:

«Так как святость, которой обусловливается получение Царства Небесного, может быть достигнута только путем постепенной выработки нравственно-религиозного настроения, в процессе усиленной борьбы человека со своими низменными пожеланиями и страстями, то отсюда – по аргументации автора – прямой переход к признанию того положения, что “подвижничество”, при помощи которого может быть достигнута святость, “составляет необходимый элемент христианской нравственности в её жизненном осуществлении” и само “христианство, переводимое в жизнь, является с необходимыми элементами подвижничества”. Таким образом, автор, в конце концов, устанавливает то общее положение, что вся христианская мораль по своей цели, задачам и средствам есть собственно мораль по преимуществу аскетическая, обязывающая всякого истинного христианина если не к специально-монашескому, то по крайней мере к духовному нравственно-религиозному подвижничеству» [16].

10 января 1903 года иеромонах Феодор (Поздеевский) был удостоен степени магистра богословия [17], а по предложению ректора Академии епископа Алексия диссертация была выдвинута на соискание премии имени Митрополита Макария, и в конце года эта премия ей была присуждена [18].

Темы, затронутые в диссертации, не просто богословские изыскания ученого монаха, желающего показать свои теоретические знания. Это глубокие и очень личные размышления о смысле жизни христианина, о необходимости и даже обязательности аскетизма для каждого, кто ищет Царства Небесного. Будущий владыка никогда не был только теоретиком, все его статьи, проповеди – это попытка приблизить творения святых отцов и учителей Церкви к современной жизни, к личному опыту, своему духовному пути. Во всей его деятельности чувствовалась твердая решимость воплотить принципы аскетики в своей жизни.

Татьяна Петрова,
специалист Научно-исследовательского отдела новейшей истории РПЦ ПСТГУ

_______________________________________________________________________________

1. Левитин-Краснов А., Шавров В. Очерки по истории русской церковной смуты. – М.: Крутицкое патриаршее подворье, 1996. С. 314.
2. Эта речь под заглавием «К вопросу о христианском аскетизме» была напечатана брошюрой при журнале «Православный собеседник» за 1902 год.
3. Феодор (Поздеевский), иеромонах. Аскетические воззрения преподобного Иоанна Кассиана Римлянина (пресвитера Массилийского). – Казань, 1902. – 336 с.
4. Там же. С. 5.
5. Там же. С. 77.
6. Там же. С. 77–78.
7. Там же. С. 80.
8. Там же. С. 80.
9. Там же. С. 80.
10. Там же. С. 81.
11. Там же. С. 82.
12. Там же. С. 82.
13. Там же. С. 304.
14. Там же. С.308.
15. Там же. С. 118.
16. Отзыв проф. Л.И. Писарева о сочинении иеромонаха Феодора (Поздеевского) // Православный собеседник. 1906. Июль – авг. Критика и библиография. С. 3, 9.
17. Отчет о состоянии Казанской Духовной Академии за 1902 – 1903 учеб. год. Казань. 1903. С. 25.
18. Протоколы заседаний Совета КазДА за 1903 г. // Православный собеседник. 1906. Июль – авг. С. 161.

Материалы по теме

Публикации

Воспоминания участников Рождественских чтений об архимандрите Кирилле (Павлове)
Воспоминания Л. В. Пьянковой
Любовь Владимировна Пьянкова
Данилов ставропигиальный монастырь
Воспоминания участников Рождественских чтений об архимандрите Кирилле (Павлове)
Воспоминания Л. В. Пьянковой
Любовь Владимировна Пьянкова
Данилов ставропигиальный монастырь

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ