«О благостоянии святых Божиих церквей Господу помолимся». Беседа

Митрополит Афанасий Лимассольский

Мы продолжаем разбирать текст Божественной Литургии. В прошлый раз мы с вами рассмотрели первое прошение: "Миром Господу помолимся" и сказали о том, что Христос есть мир наших душ. Присутствие Христа в нашей жизни есть то единственное, что поистине необходимо нам, поскольку и молиться, и трудиться, и вообще жить мы можем лишь с помощью благодати Христовой.

В ответ на прошение диакона народ (сегодня это певчие) отвечает: "Господи, помилуй". Когда мы говорим: "Господи Иисусе Христе, помилуй мя" или "Господи, помилуй", то подразумеваем: "Господи, дай мне то, в чем я имею нужду", то есть "помоги мне", "спаси меня", "сжалься надо мной", "будь милосерд ко мне", "просвети меня", "наставь меня", "исцели меня". Все наши нужды и потребности заключаются в одной фразе: "Господи, помилуй". Два слова объемлют собою все. Помните, в Ветхом Завете повествуется о том, как еврейский народ, странствуя по пустыне, питался манной, которая для каждого становилась тем, в чем его организм имел нужду. Подобным образом и молитва "Господи, помилуй" становится для каждого человека выражением того, в чем он нуждается.

Для нас гораздо полезнее говорить: "Господи Иисусе Христе, помилуй мя", чем указывать Богу: "Слушай, дай мне то, дай мне это". Необходимо всецело предавать себя Богу и в жизни повседневной, и в наших отношениях с Богом. Конечно, мы можем попросить Бога о чем-то конкретном (подобное стремление вполне объяснимо по-человечески), но гораздо лучше иметь доверие Промыслу Божию и призывать Его милость. А Бог знает, в чем мы имеем нужду, чего нам не хватает, что нам требуется, когда и как нам это дать.

Далее диакон возглашает: "О свышнем мире и спасении душ наших Господу помолимся". Иными словами, «давайте попросим Господа, чтобы Он дал нам небесный мир и спасение наших душ». Как видите, второе прошение ектеньи продолжает первое, и оба они говорят нам о том, что миром для души человека является Сам Господь.

Причащаясь Божественной благодати, этой энергии Божества, исходящей напрямую от Бога, человек тотчас обретает мир. Ведь первое, что благодать приносит нашей душе, ― это мир. Поэтому отцы Церкви, когда желают определить, находится ли человек под воздействием Божественной благодати или под влиянием сатаны, смотрят прежде всего на следующее: имеет ли он в душе мир или пребывает в смятении. Мир души является одним из первых признаков того, что происходящее с человеком от благодати. Если же душа полна смятения и беспокойства, сразу можно утверждать, что здесь действует лукавый.

Богу невозможно пребывать в человеке, который полон смятения и тревожного беспокойства. В сердце такого человека Бог никогда не обретет для Себя покоя. Когда человек мятется, когда в его душе все вверх дном, благодать оставляет его. Бог не имеет ничего общего со смятением, тревогой и суетой.

«Свышний мир» нисходит от Самого Бога Отца и не зависит от обстоятельств и событий здешнего мира. Мир Божий не зависит от того, что происходит вокруг нас, в семье, в обществе, в целом мире ― где угодно. Конечно, «свышний мир» не имеет ничего общего с нирваной индуистов, которые стремятся обрести бесчувствие и равнодушие ко всему вокруг. Нет, человек Божий разделяет людскую боль, сопереживает, сострадает всему творению. Христианин отнюдь не бесчувственен. Невозможно пребывать якобы в мире и спокойствии, когда вокруг тебя столько боли. Это не христианское состояние.

Что, однако, происходит с человеком Божиим? Несмотря на то, что он сопереживает чужой скорби и разделяет чужую боль, несмотря на то, что он находится в том же состоянии страдания, что и весь мир, тем не менее в глубине его души и сердца царит мир Божий. Он исполнен доверия Богу, он не сомневается, что Бог в конечном счете сделает то, что нужно, не оставит никого. Из уверенности в том, что Бог с нами и что Он не оставит нас до последнего мига нашей жизни, проистекает мир присутствия Божия.

Во втором прошении, кроме мира, снисходящего от Бога Отца, диакон побуждает нас молить Господа и о спасении наших душ. На это народ опять отвечает: "Господи, помилуй". Далее следуют прошения, скажем так, более земные по своему содержанию, касающиеся нашей повседневной жизни.

Третье прошение ектении: <"О мире всего мира, благостоянии святых Божиих Церквей и соединении всех Господу помолимся". Иными словами, «давайте попросим Господа о мире во всем мире, о твердом стоянии святых Церквей Божиих и о единстве всех».

Мы молимся, во-первых, о том, чтобы на земле воцарился мир, под которым мы вместе с Церковью подразумеваем как внешний мир, так и внутренний — мир человеческих душ. Молясь о внешнем мире, мы просим, чтобы не было войн, катастроф, скорбных обстоятельств, трудностей — чего, конечно, в полной мере никогда не произойдет; что бы мы ни предпринимали, все равно в каком-нибудь уголке земли будет какое-нибудь зло, этого нам не избежать. И все-таки мы молимся о мире всего мира, просим у Бога, чтобы люди обрели мир, чтобы все у них было хорошо, чтобы они были счастливы, здоровы, спокойны, но главным образом — чтобы они имели благодать Божию.

Мир всего мира — это присутствие Христа в сердцах людей, в этом заключается мир мира. Этот мир Христос принес на землю, ибо Он Сам и есть Мир мира. Об этом пели ангелы в ночь Рождества Христова: "Слава в вышних Богу, и на земли мир". Пришел мир на землю. И, конечно, это был не внешний мир, потому что внешнего мира на земле не было никогда и, как показывают события, никогда не будет: всегда где-нибудь, к несчастью, будут войны. На землю пришел и явил Себя миру подлинный, истинный Мир — Христос.

Так что Церковь молится о мире во всех смыслах этого слова. И, обратите внимание, она молится о всем мире. Мы молимся не об одной какой-то группе людей, даже не за одних только православных или за одних лишь христиан, мы молимся за весь мир. Все люди — наши братья, все люди — чада Божии, все призваны в Царствие Божие, и мы должны молиться за всех людей, чтобы они имели мир Божий, присутствие Бога в своих сердцах.

Во-вторых, мы молимся о "благостоянии святых Божиих церквей", дабы святая Церковь Божия, рассеянная по лицу всей земли, стояла твердо, была крепка и непоколебима.

Церковь постоянно претерпевает разные нападки извне, испытывает брань и вражду от разнообразных соблазнов, скандалов, искушений ― чего угодно. Враждуют с Церковью и христиане изнутри, когда учиняют расколы и вводят ереси. Враждует с ней и сатана. Поэтому мы молимся, чтобы Церковь имела устойчивость, стойкость, чтобы она стояла крепко. К счастью, для самой Церкви нет опасности пасть и сокрушиться: Бог защищает ее, и она не будет сокрушена никогда. Но в человеческом плане, мы, люди, члены Церкви, имеем нужду крепко стоять на ногах и поддерживать наших братьев.

Знаете, какую большую ответственность несем все мы в этом отношении, хотя часто того вовсе не понимаем? Как члены Церкви Христовой мы несем отвественность за весь мир, за наших братьев, за наших детей, за наших ближних, за всех людей — и за тех, кто далек от Церкви, и за тех, кто близок к ней. И главным образом за тех, кто далек от Церкви. Ведь примером нашей жизни — если мы действительно с помощью Божией стали такими, какими Бог хочет видеть человека, — мы можем помочь этим людям в гораздо бо́льшей степени. К несчастью, наша немощь часто становится причиной духовной гибели других людей.

Нам необходимо осознать, что мы все составляем единое тело. Если здесь сейчас у нас все в порядке, это не означает, что происходящее в Церкви в целом не имеет к нам отношения. Церковь Божия рассеяна по всему миру, есть страны, где до сегодняшнего дня Церковь гонима. И непрестанно, вплоть до сегодняшнего дня, Церковь являет мучеников. Вчера, например, Синод Болгарской Церкви причислил к лику святых нескольких мучеников, пострадавших в годы гонений на Церковь. В России, Албании, Румынии, Сербии, Грузии ― тысячи новомучеников. Есть новомученики и в Китае, и в других странах. До сих пор есть страны, где Церковь гонима, где Христос гоним, где невозможно проповедовать о Христе, говорить о Нем. Одни христиане за принятое крещение заплатили своей жизнью, жизнь других находится в постоянной опасности, им приходится сталкиваться со множеством проблем. Равно как и сами Церкви в этих странах сталкиваются с неимоверными трудностями. Так, некогда в Индии существовала Православная Церковь, однако теперь православных там почти нет. Из Индии были изгнаны православные священники и миссионеры, осталось только несколько православных священников индийцев, которые тайно пытаются сохранить приходы, храмы. Сатана воюет против Церкви во всем мире. И потому мы молимся на Литургии о «благостоянии Божиих Церквей».

Некоторые спрашивают меня, чувствую ли я какую-либо разницу между моей жизнью на Святой Горе и моей нынешней жизнью на Кипре. Обычно я отвечаю так: когда я жил в пустыне на Святой Горе и был послушником у старца Иосифа, я на собственном примере знал, как дьявол борется с человеком. Я знал, что́ происходит со мной в этой борьбе. Когда я стал духовником, а впоследствии игуменом, то через исповедь узнал, какую борьбу дьявол ведет с другими людьми. Когда же я стал епископом на Кипре, то увидел, как дьявол воюет с Церковью. И свидетельствую перед вами, что самая жестокая брань дьявола — это брань против Церкви.

Всё, что мы планируем сделать для Церкви, по проискам сатаны выходит шиворот-навыворот. Самое простое дело, например, напечатать маленькую брошюру, невозможно исполнить так, чтобы было "раз, и готово". Непременно возникнут всякие препятствия и затруднения; брошюру напечатают вкривь-вкось, задом наперед. Все будет против этого дела. Чтобы что-то совершить, нужно преодолеть сильнейшее сопротивление. Или хотим мы построить храм. Вы и представить себе не можете, со сколькими трудностями и искушениями нам придется столкнуться! Так что когда храм все же будет построен, это будет восприниматься как чудо. Но пока его строят, проблемы и искушения всю душу из тебя вытянут.

Сколько дел решается в миру запросто, с легкостью, новые дома там как грибы растут! Сколько великолепных светских изданий выходит с типографского станка без малейших проблем! Тогда как в Церкви, за что ни возьмись ― исполняешь задуманное с пролитием пота и крови, преодолевая массу трудностей. Большая борьба, большое сопротивление — и от самого дьявола, и от людей с немощной душой. Требуется большой подвиг и большая молитва о Церкви Божией, дабы она имела силу, крепость, «благостояние», могла исполнять свою миссию и возвещать слово Божие по всему миру.

Далее диакон молится о единстве всех: "и соединении всех". В современном обществе слово "единство" в последнее время стало употребляться довольно часто. Но общество под единством подразумевает одно, а Церковь — другое. "Соединение всех" — это не какой-то салат оливье, когда все компоненты перемешаны в одной тарелке. "Соединение всех" означает обращение всех людей ко Христу и соединение с Ним в истинной вере. В этом заключается подлинное единство. Именно такого единства мы просим на Литургии: обращения всех людей ко Христу. Тогда как в обществе под единством часто понимают, скажем так, варку всех в общем котле. Но это не единство, а смешение, в котором люди и целые народы теряют свою индивидуальность. Возьмем, к примеру, пресловутый мультикультурализм [1]. Те, кто восхищались мультикультурализмом, в конечном счете поняли, что с этой политикой что-то не так, что каждому следует позаботиться немного и о своей собственной культурной индивидуальности.

В наше время часто можно слышать рассуждения экуменического характера о единстве Церквей. Но что значит единство Церквей? Прежде всего, нужно сказать, что единства Церквей не существует, поскольку Церковь Христова одна, и это — Святая Соборная Апостольская Церковь. Другой Церкви не существует. Что же тогда мы должны понимать под единством? — Возвращение в лоно Церкви тех, кто отпал от нее, называются ли отпавшие католиками, протестантами, иеговистами ― кем угодно. Все они должны вернуться в Церковь, соединиться с ней — вот о каком единстве всех молится Церковь. А вовсе не о том, чтобы нам объединиться в один "салат".

В тексте литургии святителя Василия Великого есть прекрасная молитва: "Прельщенныя обрати и совокупи Святей Твоей Соборней и Апостольстей Церкви". Церковь молится о своих чадах, которые отпали, отделились от нее, сбились с прямого пути, чтобы Господь вернул их обратно и они вновь соединились со Святой Божией Церковью. Вот о чем говорит святитель Василий, а не о том, чтобы Церковь потеряла свое лицо, став частью некоего безличного сборища, и пришла в состояние, которое губительно и для ее чад, и для нее самой. К счастью, Господь заверил нас в том, что и врата ада не одолеют Церковь.


[1] Мультикультурализм заключается в требовании параллельного существования культур в целях их взаимного проникновения и развития в общечеловеческом русле массовой культуры. В современной Европе мультикультурализм предполагает включение в ее культурное поле элементов культур иммигрантов из стран «третьего мира».

Перевод беседы выполнен сестрами монастыря.

24.10.2021


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Схиархимандрит Авраам (Рейдман)
Игумения Викторина (Перминова)
Игумения Домника (Коробейникова)
Игумения Викторина (Перминова)
Схиархимандрит Авраам (Рейдман)
Схиархимандрит Авраам (Рейдман)
Игумения Викторина (Перминова)
Игумения Домника (Коробейникова)
Игумения Викторина (Перминова)
Схиархимандрит Авраам (Рейдман)
Корецкий Свято-Троицкий ставропигиальный женский монастырь
Свято-Троицкий Александро-Невский ставропигиальный женский монастырь
Борисоглебский Аносин ставропигиальный женский монастырь
Донской ставропигиальный мужской монастырь
Свято-Троицкий Стефано-Махрищский ставропигиальный женский монастырь
Богоявленский Кожеезерский мужской монастырь
Иоанно-Богословский женский монастырь, дер. Ершовка
Саввино-Сторожевский ставропигиальный мужской монастырь
Богородицкий Пятогорский женский монастырь
Николо-Угрешский ставропигиальный мужской монастырь