Свято-Успенский монастырь в Новомосковске: «Город чувствует, что здесь находится его духовное сердце»

Игумен Агафангел (Болдин)

Город Новомосковск в Тульской области своим появлением в 1930 году обязан одной из крупнейших «ударных строек» тех лет: огромный химический комбинат превратил старинное село Бобрики (имение потомков графа Григория Орлова и Екатерины II) в Сталиногорск – промышленный центр мирового значения в области химии. Современное название город получил в 1961 году. Долгое время и речи не заходило о том, что здесь мог быть построен храм и тем более зародиться монашеская община. Однако уже более 30 лет в Новомосковске существует Свято-Успенский мужской монастырь. Его открытие в 1995 году казалось в то время удивительным явлением, а сейчас обитель можно назвать духовным сердцем города. Успенский монастырь был основан трудами и молитвами его первого игумена – архимандрита Лавра (Тимохина). Сегодня в обители освящен храм в честь святых мучеников Флора и Лавра, а также создан музей, посвященный отцу Лавру.

Мы беседуем с нынешним наместником Свято-Успенского мужского монастыря игуменом Агафангелом (Болдиным).

Отец Агафангел, расскажите с чего начиналась жизнь обители.

Изначально Сталиногорск (прежнее название Новомосковска) задумывался как город советских химиков. Градообразующим предприятием здесь был химический завод, на котором работали около 140 тысяч человек. Храма в те годы в городе быть не могло, верующие люди ездили на богослужения в Богородицк и Оболенки. В горисполкоме Новомосковска отцу Лавру, первому настоятелю нашего монастыря, прямо сказали: «Ни один горожанин никогда не увидит попа в рясе, никогда не услышит колокольного звона». Так и было до той поры, пока чаша народного терпения не переполнилась, и духовный запрос жителей Новомосковска оформился во вполне конкретное требование: мы хотим молиться в своем городе.

Местом соборной молитвы стал наш монастырь. В древности храмы часто строили на территории языческих капищ. Самый большой храм Новомосковска в честь иконы Божией Матери «Нечаянная Радость» (подворье монастыря) был основан в здании бывшего кинотеатра, а Иверский скит обители открыт на территории профессионально-технического училища в общежитии ПТУ, которое стало братским корпусом. В советское время там жили студенты, по словам местных жителей, не отличавшиеся доброй нравственностью, но в 90-е годы прошлого столетия, когда распался Советский Союз и в стране закрылись многие предприятия, ПТУ тоже перестало существовать. Здание отключили от инженерных коммуникаций, и оно потихоньку стало разрушаться. Тогда местной властью было принято решение передать его на нужды Церкви.

Приход начал зарождаться в 1993-м году. В 1995-м настоятелем храма был назначен архимандрит Лавр, и церковная община постепенно стала преобразовываться в монашескую. Особенностью нашего монастыря всегда была миссионерская направленность. В 1988 году после масштабного празднования 1000-летия Крещения Руси очень много людей пришло в Церковь, священников не хватало. Монастырь в те годы стал центром благочиния, а благочинием была вся Тульская область. Во многих деревнях находились храмы в руинированном состоянии, вокруг которых начали складываться церковные общины. Когда храмы передавали на баланс епархии, они оформлялись как наши подворья. Монастырь приводил их в надлежащий вид, подключал коммуникации, латал или ставил крыши, окна… Братия служили, а потом, когда уже начинал формироваться приход, священноначалие назначало настоятелем кого-то из белого духовенства, чтобы приходская жизнь становилась более регулярной, создавалась община со своим местным пастырем. На рубеже ХХ и XXI веков у нас было более 15 таких храмов. Иеромонахи ездили служить по всей Тульской области, потому что надо было поддерживать, людей, возрождавших церковную жизнь. Чтобы попасть к девяти часам на службу, отцам приходилось вставать иногда в три часа ночи. Утром иеромонах брал рюкзак, укладывал туда все необходимые для богослужения принадлежности, шел на автовокзал, садился в автобус и ехал в какой-нибудь отдаленный храм на службу. До некоторых деревень приходилось добираться несколько часов. Иногда батюшки оставались жить на приходах. В монастыре вся братия собиралась редко, многие даже не были знакомы друг с другом. Сейчас ситуация изменилась. Необходимость ездить по приходам отпала, и обитель обрела возможность жить своей жизнью, совершать богослужения, нести монастырские послушания, творить молитву, заниматься тем, ради чего они пришли в монастырь.

Сколько сейчас насельников в обители?

В постриге – 11 человек, в священном сане – восемь. Есть схиигумен, он несет послушание, связанное с исповедью. Для провинциального монастыря наш монастырь, можно сказать, большой.

Вы возглавляете обитель восьмой год. Монастырь находится в городе. Как братия относится к необходимости принимать многочисленных паломников, общаться с прихожанами?

Так исторически сложилось, хотим мы этого или нет, что монастырь является неотъемлемой частью городской жизни. Хотя я бы не противопоставлял отшельническое житие и служение ближним. Монахи хорошо понимают, что церковная дисциплина – это очень важная составляющая монастырской жизни. Мне самому на протяжении многих лет довелось нести послушание на приходе. Приходилось заниматься и информационной работой, и строительством храмов, и еще много чем. Но главным всегда оставалась необходимость исполнить послушание. Как я уже говорил, у нашего монастыря изначально была миссионерская направленность. В обители есть воскресная школа. Сегодня в ней обучается почти 100 человек. В настоящее время мы строим для нее новое здание. Монастырь реализует различные образовательные программы. У нас есть медийные проекты. Потребность в духовном образовании в нашем городе всегда присутствовала, и эту потребность мы обязаны удовлетворить. Монастырь занимается социальным служением. У нас есть группа, которая плетет маскировочные сети для фронта. Есть храм при детской больнице, есть часовня в городской центральной больнице, есть сестричество при этой часовне. Сестры посещают больных, занимаются с ними, готовят к участию в церковных таинствах.

Просветительской деятельностью и информационной работой монастырь занимается на высокопрофессиональном уровне. Расскажите, пожалуйста, о монастырских медиапроектах.

Наш канал называется «Обитель 71». 71 – это номер региона Тульская область. Этот ресурс мы используем для наших образовательных проектов, медийных, монастырских. На канале выходят такие программы как «Детский патерик», «Слово о Православии», «Детям о Православии», где мы рассказываем о Церкви, церковных таинствах и церковных праздниках. Отличительной его особенностью является то, что сами дети рассказывают обо всём этом своим сверстникам. Также есть проекты «Солдаты Победы», «Воины Христа». Сейчас уже мало осталось в живых ветеранов Великой Отечественной войны, но мы успели записать беседы с последними из них. Это были выдающиеся личности, жители Тулы, Новомосковска. Мы очень рады, что успели запечатлеть этих людей. Еще есть один интересный проект под названием «Ровесники века». Условие участия в нем такое: человек должен быть верующим, потому что разговор всегда идет о вере и еще о том, о чем так модно сегодня стало говорить, – о самореализации. Мы находим людей, среди которых есть и священники, которые рассказывают, чем они любят заниматься, и как сочетается в их жизни вера со всем тем, что они делают. Кто-то пишет картины, кто-то занимается художественной ковкой, спортом... Среди участников проекта были самые разные люди, в беседах с нашими корреспондентами они раскрываются, часто говорят о чем-то личном, и зрители получают возможность увидеть верующих людей, живущих интересной, насыщенной жизнью.

Отче, как бы Вы определили главную цель информационной работы, которую ведет монастырь?

Главная цель – познакомить зрителей с церковными людьми, с их жизнью, а значит, и с самой Церковью. Ведь часто бывает так, что, приходя в храм, человек чувствует себя чужим, ему всё незнакомо здесь. А видя людей, которые в общем-то такие же, как ты сам, только верующие, – они любят свою профессию, их жизнь наполнена смыслом и событиями, интересна, – человек перестает ощущать себя инородным телом среди православных людей. Отечественные телеканалы по какой-то причине перестали снимать кино и телепередачи об обычных людях. Разве увидишь сейчас, например, фильм о простом русском инженере или враче, о русской учительнице? И мы стараемся восполнять этот недостаток, но рассказываем при этом о православных людях, в чьей жизни вера и Церковь имеют определяющее значение.

Не раз было сказано о том, что язык, на котором говорят просветители, должен быть понятен людям. Легко или сложно, на Ваш взгляд, говорить с современным светским человеком о вере и Церкви?

Надо снисходить к людям. Войти в круг интересов той аудитории, к которой ты обращаешься. Народ действительно необходимо просвещать и подтягивать до своего духовного уровня, но прежде надо понять, с кем ты говоришь. Иначе между нами образуется пропасть, которую трудно будет преодолеть. Говорить надо на понятном языке…

Одним из моих послушаний является чтение лекций в интернате для детей с задержкой развития. В начале урока всегда пытаюсь настроить их на нужную волну, предлагаю вместе помолиться, потом спрашиваю: кто умеет креститься? Кто в храм ходит? У кого когда День Ангела? Потом начинаю лекцию и сразу предлагаю задавать вопросы, если что-то непонятно. Говорю ребятам: не стесняйтесь, сразу руку поднимайте, и мы остановим чтение. И Вы знаете, эти дети задают очень нетривиальные вопросы. Подчас я испытываю от этого даже, если так можно выразиться, «профессиональную радость». Помните, апостолам было сказано, что они будут «ловцами человеков», так вот, когда это происходит на практике, душа испытывает благодатное чувство, потому что от слов, которые вложил в твои уста Господь, подросток встает на правильный путь. И ты понимаешь, что в его жизни еще многое может произойти, возможно, он не станет глубоко церковным человеком, но этот разговор он запомнит навсегда. Но мы, конечно же, говорим с ребятами и о том, что им интересно. Разбираем фильмы, которые они смотрят, книги, которые они читают.

Не секрет, что сегодня педагогам, подвизающимся на церковной ниве, приходится восполнять недостаток воспитания и образования светской школы. При монастыре есть воскресная школа. Чему учат ребят педагоги?

Например, у нас есть специальный курс для юношей и девушек, посвященный военно-патриотическому воспитанию. Группа, в которой занимаются ребята, называется «Муромцы». Преподаем основы рукопашного боя и приемы защиты, оказания первой медицинской помощи при несчастных случаях, стихийных бедствиях и прочих неприятностях, а также стендовую стрельбу, конный спорт и многое другое. Когда мальчик вырастает, он становится мужчиной, воином, а девушка – его боевой подругой.

Как духовник читаю им лекции по истории Русской Церкви. Удалось даже разработать целый курс, в основе которого – жизнеописание и подвиги исторических личностей: благоверных князей, начиная со святого равноапостольного князя Владимира, Ярослава Мудрого, святых благоверных Александра Невского, Димитрия Донского, и так до новейшей истории. Ребятам это интересно, на занятиях они часто задают вопросы. В качестве аттестации пишут небольшие рефераты.

Ведь историю Руси невозможно представить без истории Церкви. Церковь – неотъемлемая часть Российского государства. Мы не сформировались бы как народ, если бы не находились в лоне Русской Православной Церкви. Ключевые исторические фигуры государственного масштаба прославлены в лике святых в нашем Отечестве. Святой благоверный князь Александр Невский, закончивший свои дни в схимническом постриге с именем Алексий, – при жизни был гением, наделенным стратегическим мышлением. В тот самый момент, когда необходимо было выбрать между Тевтонским орденом и Ордой: кому поклониться, а с кем держать меч, он смог предвидеть, каким должно быть дальнейшее развитие Руси. Но чем были вдохновлены его душа, его разум? Князь Александр был православным христианином. Водимый Духом Святым ответы на все свои вопросы он находил в Священном Писании. Зная это, можем ли мы рассматривать его лишь как политическую фигуру, не принимая в расчет его мировоззрение? Ответ очевиден, на мой взгляд.

Или потомок князя Александра – святой благоверный князь Димитрий Донской, одержавший победу на Куликовом поле. Воспитанник святителя Алексия Московского, получивший благословение на битву и заручившийся молитвенной поддержкой у игумена земли Русской, преподобного Сергия. А ведь что такое было в те времена восстать после многих десятилетий рабства против своих угнетателей? Какое мужество нужно было иметь! Ратники шли на бой в белых рубахах, были готовы умирать, но победили. Возможно ли это без веры в Христа, без понимания необходимости освободить свою землю от угнетателей-иноверцев?
И действительно не только недостаток образования, но и недостаток воспитания приходится восполнять, общаясь с молодежью. Беседуя с молодыми людьми о браке, приводим в пример святых благоверных Петра и Февронию Муромских. Повесть об их житии – это текст XIII века. О любви, в привычном для понимания современной молодежи значении, там, кажется, нет ни слова. Как ведет себя Феврония? «Я тебя исцелю, но ты должен на мне жениться», – говорит князю простая девушка. На первый взгляд, это чистой воды расчет. Но образ Февронии в этой повести – это образ врачующей благодати. Петр же являет собой пример ошибающегося, мечущегося духом мужчины, которому еще только предстоит дорасти до понимания высокого смысла христианской любви. Не сразу всё «вынь да положь». И его будущая супруга терпеливо помогает ему следовать этим непростым путем. Замечательный пример их союза, пример общения русской женщины со своим избранником необходим сегодня молодым девушкам, живущим в мире, где размыты понятия добра и зла, хорошего и плохого.

Как бы Вы определили, что значит монастырь для жителей Новомосковска сегодня?

Город чувствует, что здесь находится его духовное сердце. Приходя к нам, горожане (не прихожане, а именно светские люди) говорят, что им здесь хорошо. Людям нравится благоустройство обители, нравится атмосфера монастыря, сам благообразный вид монахов и монастырские службы. Возможно, неосознанно, но люди часто приходят к нам, когда им нужно поговорить о чем-то духовном. Они понимают, что монахи всегда живут здесь. Всё свое время проводят с Богом, и, думаю, что люди чувствуют это. Чувствуют, как облагораживается город при нашем участии. Рядом с монастырем находится хоккейная база, спортсмены ходят к нам на службы, причащаются. Команды благословляются на соревнования. Мы благословляем ребят, говорим, что мы – «за» честное спортивное состязание, что азарт – это грех, а вот взаимовыручка, чувство локтя и поддержка членов команды – это важные христианские качества. Разве можно от всего этого закрыться, сказав тем, кто в тебе нуждается: «Я – отшельник»? Нет. Ведь всё это – миссионерство, просвещение, работа с молодежью. Такова современная реальность жизни городского монастыря.