«Если бы не помощь Божия, то в монастыре не прожил бы и одного дня»

Игумен Иоанн (Лудищев), игумен Киприан (Партс)

8 сентября, в день Сретения Владимирской иконы Божией Матери, Сретенский ставропигиальный мужской монастырь в Москве празднует свое 625-летие. Дата великая и величественная, отсылающая нас к тому времени, когда Московскую землю спасла от «кровавого варвара» Тамерлана, отправившегося в карательный поход по Руси, Пресвятая Богородица. Крестным ходом была принесена из Владимира заступница Земли Русской Владимирская икона Божией Матери. Встречавшие ее люди горячо молились: «Матерь Божия, спаси Землю Русскую!» А дремавший в шатре завоеватель увидел Величественную Жену, грозно повелевшую ему оставить пределы Руси. На месте встречи («сретения» по-славянски) чудотворного образа Богородицы через два года был основан Сретенский монастырь...

Столько всяких событий произошло за минувшие шесть с лишним веков! Но если взять не столь долгий период новой церковной истории, что можно сказать о древней московской обители, начавшей возрождаться 27 лет назад? Главное – здесь возобновилась монашеская жизнь, и монастырь стал одним из мощных духовных центров Православия. Отреставрирован и дополнен новыми приделами храм Сретения Владимирской иконы Божией Матери. Возведен светлый и победительный, по словам его созидателя митрополита Тихона (Шевкунова), собор Воскресения Христова и Новомучеников и исповедников Церкви Русской (чье пятилетие отмечалось в мае этого года). Сретенская духовная семинария недавно получила статус академии. Монастырское издательство стало одним из крупнейших издательств современной России. Высока степень популярности и востребованности монастырского сайта monastery.ru. Верится, что юбилей монастыря будет широко освещен нашими СМИ, а мы предлагаем вниманию читателя беседу с наместником обители игуменом Иоанном и ее духовником игуменом Киприаном, посвященную некоторым их воспоминаниям о прошлом и размышлениям о настоящем.

Незабываемое было время!

Батюшка, изданный к 625-летию обители сборник воспоминаний «Жизнь моя – Сретенский монастырь», открывается Вашими заметками. Фотография, их иллюстрирующая, сразу приковывает к себе внимание. Вроде бы ничего особенного в ней нет – два монаха смотрят в кадр. Справа – Вы, недавний выпускник Московского медицинского стоматологического института и ординатуры, слева – архимандрит Тихон (Шевкунов), в свое время закончивший сценарный факультет ВГИКа. Но какие сияющие лица у обоих! Вероятно, оттого, что путь служения Богу осознанно и бесповоротно выбран, а труды по возрождению обители не страшат?

В этих заметках я называю отца Тихона, ныне митрополита Псковского и Порховского, священноархимандрита и игумена Псково-Печерского монастыря, самым важным человеком в своей жизни. И пишу, что он помог мне пережить немало трудных ситуаций и его большой пастырский опыт удержал меня от многих необдуманных поступков. Если оглянуться назад, то, конечно, прежде всего, вспоминается время становления монастыря. Я пришел сюда в 1999 году – и как раз в стенах обители открылась духовная семинария. Точнее, это было Сретенское высшее православное монастырское училище, в 2002 году преобразованное в духовную семинарию. Сегодня мы имеем замечательное, великолепно оснащенное всем необходимым для учебы студентов здание. И семинария стала духовной академией. А тогда был первый набор жаждущей духовных знаний братии (первый выпуск состоялся в 2004 году). Все мы ревностно взялись за учебу, просто впитывали в себя знания! Но поскольку шло интенсивное строительство братских корпусов, нас периодически «срывали» с занятий, к примеру, на разгрузку кирпичей с самосвалов. Учеба и возведение монастырских построек шли рука об руку. Да что говорить, время было незабываемое!

Это – из уже далекого нашего прошлого. А из не так отдаленного от нас временного отрезка вспоминается строительство храма Воскресения Христова и Новомучеников и исповедников Церкви Русской, начатое в 2014 году.


На возведение нового собора, прошла информация в СМИ, архимандрит Тихон направил все средства, вырученные от продажи его книги «Несвятые святые», переведенной на многие языки и завоевавшей многомиллионную аудиторию читателей.

Это так, но я хочу обратить внимание на другой момент, чрезвычайно значимый для братии. Шел серьезный подготовительный этап. На объявленный монастырем открытый конкурс присылали проекты храма – (около пятидесяти их пришло), и наш наместник всегда привлекал братию к обсуждению. Собирал нас, показывал, рассказывал, спрашивал. Он хотел, чтобы братия на сложном деле возведения этого величественного храмового комплекса (как потом высказывались специалисты, открывшего новую страницу истории искусства православного зодчества в России и в мире) училась. Чтобы она не оставалась в стороне. Да и не только по поводу строительства владыка Тихон с нами советовался. Какой церковный проект ни возьми (начиная, допустим, с организации православной выставки), братия в нем обязательно участвовала. Так крепло чувство духовного единства монашеской семьи.

Еще особенно вспоминаются монашеские постриги. И свой постриг вспоминаю, в котором я получил имя удивительного святого – праведного Иоанна Кронштадтского, и постриги последующих насельников Сретенского монастыря. Каждый постриг, соборное участие в нем монахов – это напоминание себе о данных тобой обетах и о той великой и прекрасной жизни во Христе, к которой ты призван. Радость наполняет меня и оттого, что у меня есть такой Небесный заступник, к которому я могу обратиться во всех своих бедах и нуждах или по каким-то монастырским и пастырским вопросам. Иногда приходится потерпеть, подождать, но помощь непременно приходит.

Отец Иоанн, хочется услышать от Вас как от проректора прежде семинарии, а теперь – духовной академии некоторые цифры и факты, касающиеся выпускников.


Цифры такие: на сегодняшний день у нас прошло около 18 выпусков, было выпущено около 600 человек. Большая их часть стала священниками. И что примечательно: кое-кто из первых выпусков не так давно избрал священнический путь, почувствовав спустя годы призвание к священству. Число братии в монастыре тоже растет через семинарию, а теперь академию... В продолжение темы добавлю: выйти на качественно новый уровень помогла и идея владыки Тихона, которую он и воплотил в жизнь: первокурсники должны учиться в скиту. Скит расположен в Михайловском районе Рязанской области, находится он на территории бывшего поместья генерала А.П. Ермолова. Этим своим решением владыка дал монастырскому скиту особую жизнь. Что, как мы вскоре увидели, стало особым образом влиять на наших воспитанников, особым образом их сплачивать. Они проживают там вместе с духовником, изучают Священное Писание, святоотеческие труды, английский язык. Большое внимание в программе уделяется изучению истории. Кроме того, за год обучения в скиту студенты переписывают от руки Евангелие.

Как интересно! Такой фундамент для последующих лет учебы!


К первокурсникам приезжают профессора, преподаватели, и владыка, когда был наместником Сретенского монастыря, тоже ездил, читал лекции по теме «Святоотеческое учение о спасении». В фокусе его внимания были такие книги, как «Лествица» преподобного Иоанна Лествичника, «Аскетические опыты» святителя Игнатия (Брянчанинова), труды аввы Дорофея. Долгим, растянувшимся на многие годы, оказался путь семинарии к отдельному зданию, но сегодня в этом здании есть всё: учебные аудитории, преподавательские комнаты, студенческие кельи, библиотека (настоящее книжное царство!), актовый зал (на его просторной крыше разбит настоящий сад; в центре сада – небольшой амфитеатр, служащий в теплое время года аудиторией на открытом воздухе, где проводятся занятия). Есть также спортивный сектор и студенческий архондарик. О чем еще следует сказать? Пожалуй, о том, что преподавательский состав у нас немаленький – 120 человек. Многие их них – ведущие специалисты в своей области... В целом, то всё, что сделано в Сретенском монастыре, сделано трудами владыки Тихона. Мы – соработники и продолжатели его трудов.

«В первую очередь мы шли к отцу Тихону»

Отец Киприан, известен Ваш путь к монашеству – через знакомство с «Законом Божиим» протоиерея Серафима Слободского, когда Вы, прочитав в этом классическом учебнике для наставления в православной вере строки о монашеской жизни, подумали: «Вот это мое, это мне надо». Через постоянные исповеди у иеромонаха Тихона (Шевкунова), подвизавшегося в ту пору в Донском монастыре в столице. А были в Вашей жизни случаи, когда Вы явно чувствовали: это – ни что иное как помощь Божия?


Далеко не всегда бывает явный какой-то знак, знамение, но Промыслом Божиим все устрояется. Поэтому, наблюдая за своей жизнью, Промысл ты можешь увидеть порой не сразу, а уже впоследствии. Ну, и когда какие-то серьезные испытания тебя настигают, тут помощь Божия бывает явной. Что касается жизни в Сретенской обители, скажу так: в первую очередь мы шли к отцу Тихону, то есть ядром монашеской жизни был для нас он, отец-наместник, исполнявший и послушание духовника. Конечно, это удивительный и, на мой взгляд, лучший вариант, какой только может быть. Возможно, прозвучит эгоистично, но мы жили, что называется, под крылышком у отца Тихона и, согласно устойчивому выражению русской речи, в ус не дули. Все проблемы решались с ним. Очень многое дал насельникам монастыря и приснопоминаемый отец Анастасий (Попов), наш келарь, в свое время приехавший из Псково-Печерского монастыря, впоследствии ставший схиархимандритом. Батюшка являлся для нас примером. Свое послушание он исполнял образцово. В чужое послушание не вмешивался – мог лишь тактично подсказать. Не выносил суеты, пустословия. Иными словами, просто жил по-монашески.

Если смотреть в целом, то на формирование монашеской общины на Лубянке огромное влияние оказывал Псково-Печерский монастырь, будучи для нас образцом. Собственно, всё формировалось какой-то вот такой причастностью к Псково-Печерской обители. Кто-то из нас успел съездить и к старцу Иоанну (Крестьянкину), застал его, спросил о сокровенном. Кто-то побывал в Печорах у других старцев. Отвечая на вопрос относительно особенной помощи Божией, приведу очень точные и емкие слова, услышанные мной от одного духовного человека: «Если бы не помощь Божия, то в монастыре не прожил бы и одного дня». Значит всё, что здесь происходит, вся наша жизнь в монастыре – каждый наш шаг, каждый наш день – во всем этом помощь Божия.

Духовник монастыря – это послушание с огромной степенью ответственности. Исходя из своего опыта, что Вы скажете: какими качествами должен обладать насельник обители, которому дают такое послушание?

Ответственность, конечно, всегда есть. Но могу заверить, что исповедовать братию гораздо легче, чем прихожан. Ведь все они сознательно пришли в монастырь и стремятся жить духовной жизнью, поэтому работать с ними легче.

Наверное, как и с сестрами? Настоятельница знаменитой Толги, Свято-Введенского Толгского женского монастыря Ярославской епархии, в интервью порталу «Монастырский вестник» – «Монашество расправило крылья» – выражала Вам сердечную признательность за то, что приезжаете к ним, исповедуете сестер.

Да, я бываю у сестер на Толге. Один трудник Толгской обители остроумно заметил: «Батюшка, вы громоотвод». А относительно насельников монастыря замечу: братию легче исповедовать еще и потому, что большая ее часть у нас уже в священном сане, уже иеромонахи. В то же время должен сказать: хотя принимать исповедь у мирян тяжелее, в принципе ответственности там не меньше. Что здесь души человеческие, в монастыре, что миряне – те же души человеческие. Неважно, что одни в монашеском облачении, другие без него... Какие качества должны быть у духовника обители? Полагаю, кротость и рассудительность. Да, несомненно, это выходит на первый план. Плюс умение (и, естественно, желание) помочь насельникам в каких-то затруднительных случаях. У духовника с братией должны быть доверительные отношения.

Могли бы Вы рассказать о тех из братии, кто духовно вырос на Ваших глазах, стал истинным монахом, и Вы чувствуете, что в какой-то степени помогали им возрастать?

Ну, духовником монастыря я являюсь не так уж много времени, чтобы кто-то при мне вырос в истинного монаха. К тому же вспомним слова преподобного Иоанна Лествичника, что внешнего монаха сделать легко, но трудно сделаться внутренним монахом. Такого рода глубинный процесс зачастую занимает годы и годы, и духовник не может жить за того или иного человека, жить вместо него. Каждый должен работать над собой, поэтому преувеличивать свое значение (мол, при мне – а, тем более, благодаря мне! – тот или иной брат сильно возмужал в духовном плане) никак нельзя. Подобные мысли были бы проявлением гордыни с моей стороны. И вообще монаха растит Сам Господь.

Благодарю Вас, батюшка, за ответ – предельно краткий и в то же время всё разъясняющий. А если сравнить первых насельников Сретенского монастыря и насельников нынешних, что, на Ваш взгляд «старожила», пришедшего в монастырь более четверти века назад, их объединяет и что отличает?

Дело в том, что приходящая сейчас братия и становящаяся послушниками, не составляет какого-то отдельного «государства в государстве». Новички вливаются в братию, живут с братией. Поэтому на ком благодати больше, на ком меньше, это только Господь знает. Да и в Евангелии говорится: «Многие же будут первые последними, и последние первыми» (Мф. 19:29). Во время жизни в монастыре не определяют, хороший монах или нет. Как тут не вспомнить пример из жития двух святых VI века – преподобного Досифея и его ученика преподобного Дорофея! Последний, юноша из знатного аристократического рода, услышавший наставление Матери Божией у иконы с изображением Страшного суда в Гефсимании, отправился ради спасения своей души в Палестинскую обитель близ города Газа. Став учеником аввы Досифея, он помогал наставнику на нелегком его послушании начальника монастырской больницы, и поистине безграничным было его повиновение авве. Великий старец Варсонофий, который долгое время провел в затворе, проводил пораженного смертельной болезнью Дорофея в последний путь словами: «Иди с миром, предстань пред Пресвятой Троицей и моли за нас пред престолом Вседержителя». Это вызвало у других иноков смущение и ропот: почему великий подвижник попросил молитв у послушника, трудившегося в монастыре всего пять лет и ничем особым не выделявшегося? Но Господь вскоре открыл загробную участь Дорофея – один опытный старец увидел его во сне в сонме святых.

Итак, повторюсь: сколько бы лет человек не жил в обители, в разный период он может быть в разном духовном состоянии. Вот когда раб Божий переселится в Вечность, тогда о нем можно что-то говорить. А пока мы совершаем наше краткое земное странствие, все переменчиво. Неизвестно, что человек выберет – мы все время выбираем...

***


Зная о становлении Сретенской обители, о ее дивном расцвете в наши дни, один эпизод из не такого уж и давнего прошлого кажется будто бы незначительным. И всё-таки его следует вспомнить как своего рода точку отсчета. Первым шажком на пути возрождения обители стал... успех в отвоевании иеромонахом Тихоном (Шевкуновым) маленькой комнатки (где можно было бы переночевать) у печально известных «кочетковцев», развернувших войну против монахов, «посягнувших» на Владимирский храм. Неисповедимы пути Господни! Что касается сегодняшнего дня, снова обращусь к вышеупомянутой книге «Жизнь моя – Сретенский монастырь», где помощник эконома и проректора духовной академии иеромонах Зосима (Мельник) пишет, что монастырь расположен не просто в Москве, а в центре московской пробки, которая гудит за его стенами почти 24 часа в сутки. (Можно только посочувствовать: каково братии нести послушания во всем этом шуме-гаме?!) Читаем дальше: «Как говорится, желающий ищет возможностей, а нежелающий – повода. Самооправдание для себя, конечно, всегда можно найти: что не совсем, мол, сподручно, быть монахом в городе, – но желающий имеет возможность вести монашескую жизнь даже в центре мегаполиса». К этому утверждению добавлю небольшой штрих: иеромонах Зосима (Мельник) приехал в Сретенский монастырь из украинского города Черкассы по благословению схиархимандрита Зосимы (Сокура). Того самого прозорливого старца, старца любимого нами, который всю свою жизнь ратовал за верность матери-Церкви под омофором Святейшего Патриарха Московского и всея Руси. И который, видя в монашестве соль земли, предрекал: «Будет стоять монашество войском против антихриста до скончания века. Сколько еще преподобномучеников будет монахов, сколько еще подвижников иноков будут, которые мужественно встанут, когда все поклонятся антихристу». Услышав, что в Москве возрождается древний монастырь и при нем открыто православное духовное училище, схиархимандрит Зосима сказал молодому человеку, расположенному к монашескому житию: «Да, тебе именно туда надо!» Добавил, что будет за него молиться. Вот так протянулась духовная ниточка от великого подвижника наших дней к московской обители, отмечающей ныне свое 625-летие.


Беседовали Нина Ставицкая и Владимир Ходаков
Фото: Владимир Ходаков.
Также снимки представлены Сретенским монастырем

Материалы по теме

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Воскресенский Ново-Иерусалимский ставропигиальный мужской монастырь
Живоначальной Троицы Антониев Сийский мужской монастырь
Алексеевский ставропигиальный женский монастырь
Саввино-Сторожевский ставропигиальный мужской монастырь
Спасо-Преображенский Соловецкий ставропигиальный мужской монастырь
Николо-Вяжищский ставропигиальный женский монастырь
Пензенский Троицкий женский монастырь
Свято-Богородице-Казанский Жадовский мужской монастырь.
Андреевский ставропигиальный мужской монастырь
Донской ставропигиальный мужской монастырь