Мощи святителя Тихона Задонского и немощь атеистической пропаганды

Священник Владимир Русин

В день памяти святителя Тихона, епископа Воронежского предлагаем вниманию читателей «Монастырского вестника» небольшое исследование священника Владимира Русина, председателя Историко-архивной комиссии Курской епархии об участи мощей Задонского чудотворца, постигшей святыню в советский период. Исповедников веры не оставляли своей помощью в годы гонений чтимые нашим народом святые. Те, кто изучает новейшую историю России, знают, как много усилий было потрачено безбожной властью на борьбу с Церковью, но Русская Православная Церковь лишь просияла новыми именами святости. Мощи святителя Тихона Задонского в 1988 году были возвращены из музея в Задонск, а те, кто защищал святыню от поругания, сегодня прославлены в лике святых или почитаются нашим народом как подвижники веры и благочестия. Их судьбы и биографии достойны самого пристального изучения, ведь эти светильники веры призваны стать примером для нового поколения христиан.


Приговорён к заключению в музее

Первый раз мощи святителя Тихона Задонского были вскрыты в январе 1919 года по постановлению Задонского Уездного Исполкома. Через десять лет большевики изъяли мощи святого у верующих и передали безбожникам. Можно сказать, что святитель посмертно был приговорён к заключению. «Срок» он отбывал сначала в Задонском краеведческом музее. Затем в Елецком атеистическом музее. А в 1937 году многострадальные мощи перевезли в Орёл, ставший тогда областным центром. В том же году в здании закрытого властями Богоявленского собора обосновался Орловский антирелигиозный музей, в котором мощи святителя Тихона и были выставлены на всеобщее обозрение, став главным музейным экспонатом.

В годы Великой Отечественной войны «проповедники» атеизма лишились мощной поддержки государства, и многие безбожные проекты им пришлось свернуть. Так в 1941 году прекратил своё существование и Орловский антирелигиозный музей. В период оккупации в Богоявленском соборе возобновились богослужения, и мощи владыки Тихона были открыты для поклонения. Музейные работники не претендовали на них и после освобождения города от немцев. Но в период так называемых хрущёвских антирелигиозных гонений святителя Тихона ожидал новый «срок» заключения в музее. Очередное изъятие мощей из церкви сопровождала шумная печатная кампания.


Свидетели святости

С 19 июня по 2 июля 1959 года состоялось освидетельствование мощей святителя Тихона Задонского. По благословению епископа Орловского и Брянского Иеронима (Захарова) мощи осматривала специальная комиссия. В её состав входили настоятель Богоявленского кафедрального собора протоиерей Николай Карасёв, ключарь собора протоиерей Алексий Беляев, известный и уважаемый в Орле доктор Владимир Иванович Турбин и настоятель Афанасьевской церкви священник Владимир Отт. Им помогали две монахини: Августа и Ефросиния.

Комиссия удостоверилась, что в раке находятся именно мощи святого и сохранность их нельзя назвать плохой. «Кости черепа целы все без утраты. Небольшая утрата в костях носа. Нижняя челюсть цела. В кисти левой руки отсутствует большой палец…»[1].

В православной традиции нетленность не является обязательным условием для благоговейного почитания останков угодников Божиих. До революции в России (не без влияния католического Запада) наблюдалась тенденция придавать видимость целостности телам святых. Недостающие части восполнялись картоном и ватой. Против подобных имитаций слышались голоса и в Синодальную эпоху. А Святейший Патриарх Московский Тихон (Беллавин) уже в феврале 1919 вынужден был издать указ епархиальным архиереям «Об устранении поводов к глумлению и соблазну в отношении святых мощей». Он напомнил, что Православная Церковь почитает не только мощи святых, которых Господь прославил нетлением, но и тех, чьи мощи имеют вид «костей, не облечённых плотью»[2].

Известно, что, когда в 1846 году при строительстве нового храма в Задонском монастыре возникла необходимость потревожить склеп епископа Тихона, тело Преосвященного было «найдено целым и мало изменившимся в цвете»[3]. И это несмотря на то, что оно 63 года находилось в сыром месте. Впоследствии мощи архиерея были переложены из разрушающегося гроба в новую гробницу и перенесены в тёплый храм. Однако к торжественному открытию мощей святителя, состоявшемуся 13 августа 1861 года, были уже замечены первые признаки естественного процесса распада. И за последующие полвека процесс этот только усилился.

«В течение 1919-1920 гг. было совершено по одним сведениям 57, по другим – 65 вскрытий мощей. Нередко вскрытия сопровождались кощунствами»[4]. К примеру, мощи преподобного Феодосия Тотемского ходили по рукам всех желающих, а затем были выставлены на всеобщее обозрение в обнажённом виде. Таким способом безбожники «разоблачали обман» о нетленности мощей.


Священномученик Александр (Трапицын), в ту пору епископ Вологодский, разъяснял в письме местному губисполкому: «Наша Православная Церковь никогда не смотрела на мощи святых угодников Божиих как на непременно и совершенно целые нетленные тела, ибо это было бы не согласно со словом Божиим, по которому только один Богочеловек наш Иисус Христос не увидел тления… все же люди, в силу определения Божия «земля еси, и в землю отъидеши», должны подвергаться и подвергаются тлению…»[5].

Подвергались тлению и мощи святителя Тихона. Однако эмоциональный «Протокол вскрытия мощей», произведённого в январе 1919 года, и фото-кинофиксацию этого события нельзя считать достоверными документами. Задонский краевед Морев категорически заявляет: «То, что в раке на момент вскрытия находился именно тот хлам, который был выставлен поутру на всеобщее обозрение – это может быть и должно быть опровергнуто»[6]. А известная киносъёмка московского оператора Новицкого, якобы зафиксировавшего момент вскрытия мощей, и вовсе является «не слишком продуманной инсценировкой»[7]. В протоколе указано, что мощи вскрывали в храме, а за спинами у собравшихся видны деревья.

Словом, эта история не стала последней главой в истории почитания святителя Тихона. Его мощи по-прежнему оставались в Задонском монастыре, привлекали паломников и раздражали представителей советской власти.

20 июля 1920 года Совет Народных Комиссаров принял постановление «О ликвидации мощей во всероссийском масштабе». Было решено повсеместно покончить с «культом мёртвых тел». Но в Задонске мощи святителя чудесным образом остались на своём месте. Уцелели они в ходе шумной кампании по изъятию церковных ценностей, затеянной властями в 1922 году под предлогом борьбы с голодом, а на деле превратившейся в очередное ограбление храмов. Тут уж большевиков интересовали не столько святые мощи, сколько привлекала внимание серебряная рака, устроенная к открытию мощей святого в 1861 году.

А затем мощи святителя попали в плен к обновленцам, после которого их ожидало «музейное пленение».

Орловская церковная комиссия в июле 1959 года предельно честно описала то, что увидела. Сам факт освидетельствования и его результаты стали известны в народе. Верующие радовались. Атеисты скрежетали зубами и готовились к наступлению. Вскоре все участники освидетельствования стали мишенью для травли в печати.

«Церковники мешают строить коммунизм»

Настоятель Богоявленского собора протоиерей Николай Карасёв скончался через месяц после проведения освидетельствования мощей, когда новая «антимощейная» кампания только набирала обороты. Говорят, не выдержало сердце. Ему хватило и первых раскатов грома.

В полной мере антирелигиозная стихия разгулялась по Орлу в 1960 году. Ключарь собора протоиерей Алексий Беляев попал в эпицентр сразу двух скандалов. 1 мая во время Крещения полуторамесячного младенца, которое совершал отец Алексий, случилась трагедия. Крещаемый (Серёжа Сиротин) умер. Газета «Орловская правда» откликнулась на это событие разгромной публикацией «Убийство во имя бога». Но ни правоохранительные органы, ни священноначалие не нашли вины священника. Однако после раскрутки истории с мощами святителя Тихона и новых публикаций в прессе протоиерею Алексию Беляеву пришлось покинуть Орловскую епархию и искать места во Владимирской области. Он не был запрещён в служении и, тем более, не снял сана.

В эпоху хрущёвских гонений на Церковь наблюдалось такое явление, которое метко назвали «парадом ренегатов». Были свои ренегаты и в Орле. Василий Околович, прослуживший в Богоявленском соборе с 1942 по 1959 года, заявил, что в храме есть просто кости и «нет никакой гарантии, что кости эти принадлежат именно скелету Тихона. Такие кости можно найти в любой могиле»[8]. И вообще, по словам бывшего священника, «эта бутафория была сделана лишь в целях личного обогащения духовных лиц»[9].

Корреспонденты «Орловской правды» В. Бакаев и И. Михайлов написали большую статью «Ложь, шитая белыми нитками». Они призывали вспомнить распоряжение рабоче-крестьянского правительства от 1920 года и «на основании настойчивого требования трудящихся» предложили передать мощи в музей.

Статья орловских авторов была перепечатана в задонской районной газете «За победу коммунизма». Подобные статьи появились в центральной прессе: газете «Советская Россия» и журнале «Крокодил». Не заставили себя ждать и «требования трудящихся».

Бригада коммунистического труда завода тракторных запчастей обратилась с гневным письмом к председателю исполкома Орловского облсовета депутатов. В письме выражен протест против «новых жульнических методов церковных служителей» [10]. «Эти церковники мешают нам работать, строить коммунизм, бороться за мир, – возмущалась бригада, как один человек. – Новая возня с «нетленными» костяшками какого-то Тихона – это злобная попытка церковников дать нам, советским людям, строителям нового общества, бой… Не место этим церковным штучкам в славном, боевом городе Орле! ...Вон их из Орла и Орловщины!»[11].

Отреагировал на публикацию в газете и уполномоченный Совета по делам русской православной церкви по Орловской области Н. Зверев. 4 августа 1960 года он просил у московского начальства «указаний о мерах, которые следует применить для ликвидации «мощей»»[12]. Из Москвы ответили: «Вопрос о ликвидации «мощей» Тихона Задонского должны рассматривать местные органы власти. Мы в это дело вмешиваться не должны»[13].

Интерес к мощам проявили работники Орловского краеведческого музея, обратившись к местным светским и церковным властям с просьбой вернуть им этот «экспонат». 23 сентября того же года Н. Зверев, исполняя распоряжение Исполкома Орловского облсовета депутатов трудящихся, передал мощи святителя Тихона директору музея «тов. Кореневой»[14]. О чём и отчитался прокурору Орловской области. В письме же Орловскому епископу Иерониму Зверев напомнил, что разрешения органов советской власти на возвращение мощей из музея в церковь не было.

Таким образом, мощи Задонского святителя, вопреки требованиям бригады коммунистического труда, остались в Орле. Но этот город пришлось покинуть третьему участнику освидетельствования мощей – иерею Владимиру Отту.

Один из общины старца Алексия Московского

Владимир Васильевич Отт принял священный сан в 1953 году. За его спиной было незаконченное высшее образование и два срока заключения (в общей сложности – на 13 лет), которые он полностью отбыл в суровом северном краю. Родившийся в Москве на заре XX века в семье немцев-лютеран будущий исповедник и митрофорный протоиерей Владимир Отт обрел веру и всей душой принял православие уже после разразившейся революции. То есть в то время, когда многие русские люди малодушно отступали от Церкви и испуганно отрекались от Христа.

Владимир Отт духовно возрастал в общине известного московского старца протоиерея Алексия Мечёва, служившего в храме святителя Николая на Маросейке и ныне прославленного в лике святых. После смерти святого праведного Алексия Московского Владимир, нёсший послушание чтеца, окормлялся у сына батюшки – протоиерея Сергия Мечёва. Имя священномученика Сергия так же в наших святцах. В 1929 году власти всерьёз взялись за Маросейскую общину. Арестовали настоятеля. Был арестован и чтец.

Между двумя сроками (с 1933 по 1937 годы) Владимир Отт с супругой Анной и новорождённым сыном жил в Орле. Сюда же он вернулся из лагеря в 1947 году, но поселиться в городе ему запретили. Как бывший заключённый Владимир Васильевич проживал в сельской местности. В 1952 году он потерял горячо любимую жену. А через год – работу, поскольку контора, в которой он трудился, была ликвидирована. Как ни было тяжело отцу Владимиру, но первая потеря не сломила его, а вторая – не опечалила. Лишение гражданской работы он воспринял, как знак того, что наступила пора поработать Господу.

Пока с отца Владимира не была снята судимость, действовал запрет на проживание в областном центре. 30 ноября 1954 года священник дерзнул написать заявление на имя К.Е. Ворошилова, бывшего в тот момент Председателем Президиума Верховного Совета СССР. И 8 октября следующего года Орловский областной суд отменил решение Тройки при НКВД по Орловской области, по приговору которой отец Владимир отсидел в лагерях 10 лет.

В 1958 году епископ перевёл иерея Владимира Отта из села Шахово в Орёл, назначив его настоятелем Афанасьевской церкви. Этот деревянный храм, сгоревший в 1990-е годы, находился на кладбище неподалёку от бывшего Введенского женского монастыря. По мнению насельниц возрождённой обители, священник Владимир Отт был в те годы хранителем местночтимой святыни – Балыкинской иконы Божией Матери.

После истории с мощами святителя Тихона Задонского отец Владимир был отправлен в отпуск с целью поиска нового места служения. Вероятно, вдовый священник размышлял о монашеском постриге, почему и отправился в Глинскую пустынь. Но этот монастырь власти готовили к закрытию, и постриг не состоялся.

Гонимого священника принял в свою епархию Курский архиерей Леонид (Поляков). Владыка предупредил, что не сможет пока дать отцу Владимиру место в городском храме, и вынужден спрятать его в село. Так в 1960 году батюшка оказался настоятелем храма Знаменской иконы Божией Матери в селе Жуково близ Старого Оскола. А через год, когда слегка утихли страсти, священник Владимир Отт стал настоятелем Ильинского храма слободы Ездоцкой, которая вскоре вошла в черту города Старый Оскол. Здесь батюшка и упокоился через 30 лет «в старости мастите», встретив свой 91-й день рождения.

Тайный иеромонах

Четвёртый участник освидетельствования мощей святителя Тихона Задонского – доктор орловской инфекционной больницы Владимир Иванович Турбин при ближайшем рассмотрении оказался… иеромонахом Никоном. В монашество он был пострижен ещё 21 марта 1934 года священномучеником Александром (Щукиным). А в послевоенное время, 10 декабря 1947 года Орловский архиепископ Фотий рукоположил его тайно в священный сан. Эта тайна перестала быть тайной в июне 1960 года, когда епископ Орловский Иероним обратился к уполномоченному Совета по делам русской православной церкви Н. Звереву с просьбой назначить иеромонаха Никона (Турбина) в один из храмов епархии. Уполномоченный ответил отказом, переговорил с Турбиным и дал понять, что путь приходского священника для него закрыт. Отец Никон был вынужден вернуться в медицину, не отрекаясь в то же время от сана. Рассказывают, что монашеское облачение ему тайком положили в гроб. Умер иеромонах Никон (Турбин) 22 апреля 1972 года.

История с мощами святителя Тихона имела для иеромонаха Никона и ещё одно последствие. Когда шум поднялся до верхов, кто-то из власть имущих заметил, что это в сатирических статьях упоминается тот самый доктор Турбин, который в период оккупации спас в Орле около тысячи наших раненых солдат и офицеров. Поначалу «наградой» для доктора и его помощников стал арест. А медаль его нашла лишь в 1960-е годы после фельетона «Удивительная, но правдивая история мощей Тихона Задонского…», опубликованного в «Крокодиле».

Корреспондент сатирического журнала Евгений Шатров в 1967 году раздул свой фельетон до небольшой книжки «Дважды разоблачённые». Книга эта вышла в серии «Художественная атеистическая библиотека» тиражом 100 тыс. экземпляров. 

История с мощами святителя не прошла безболезненно и для орловского уполномоченного по делам русской православной церкви Н. Зверева. К концу года он ушёл на длительный больничный, и отчёт о его работе за 1960 год пришлось составлять коллеге – уполномоченному Совета по делам религиозных культов при Орловской области И. Медведеву. В 1965 года оба эти органа слежения за верующими слились в одну структуру – Совет по делам религий. Но это уже другая история.

А мощи святителя Тихона Задонского были освобождены из музея летом 1988 года и через три года вернулись из Орла в Задонск.


[1] Цит. по Бакаев В., Михайлов И. «Ложь, шитая белыми нитками» // «Орловская правда», 1960.

[2] «В годину гнева Божия…»: Послания, слова и речи св. Патриарха Тихона /Сост., автор статьи Н.А. Кривошеева. М.: ПСТГУ, 2009. – С. 102.

[3] Указ Его Императорского Величества из Святейшего Синода о причислении Преосвященного Тихона к лику святых // Святитель Тихон Задонский: Избранные труды, письма, материалы. М.: ПСТГУ, 2004. – С.630.

[4] Кострюков А.А. Лекции по истории Русской Церкви (1917-2008). М.: ПСТГУ, 2017. – С. 39.

[5] Цит. по Жития новомучеников и исповедников Российских XX века, составленные игуменом Дамаскиным (Орловским). Январь. Тверь, 2005. – С. 29.

[6] Морев Л.А. Под перезвон колокольный… Задонск и Задонский Богородицкий мужской монастырь. Воронеж, 2007. – С. 171.

[7] Там же.

[8] Цит. по Бакаев В., Михайлов И. «Ложь, шитая белыми нитками» // «Орловская правда», 1960. 28 июля.

[9] Там же.

[10] Государственный архив Орловской обл. Фонд Р-3660. Оп. 1. Д.5. Л.25.

[11] Там же.

[12] ГАОО. Ф. Р-3660. Оп.1. Д.5. Л.22.

[13] Там же. Л.78.

[14] Там же. Л.23.

Материалы по теме

Новости

Публикации

О Георгии (Машурине), затворнике Задонском
Митрополит Липецкий и Задонский Никон
О Георгии (Машурине), затворнике Задонском
Митрополит Липецкий и Задонский Никон

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ