О качестве аргументации в меморандуме двух Синодальных комиссий ЭПЦ в пользу признания «украинской автокефалии»

Сергей Михеев

На заседании синода Элладской Православной Церкви 12 октября 2019 года был представлен доклад Афинского архиепископа Иеронима II [1] по вопросу признания автокефального статуса новосозданной раскольнической организации «Православная церковь Украины», учрежденной незадолго до этого Константинопольским Патриархатом. Из доклада видно, что в марте 2019 г. было поручено исследовать данный вопрос двум Синодальным комиссиям ЭПЦ (которые возглавили митрополит Дидимотихийский, Орестиадский и Суфлийский Дамаскин и митрополит Димитриадский и Алмирский Игнатий).

Судя по докладу архиепископа Иеронима, две Комиссии предоставили в августе 2019 года следующие выводы:

а) никогда Вселенский Патриархат не уступал Московскому Патриархату юрисдикцию над Киевской митрополией. Дано было Московскому Патриарху по-опекунски Деянием 1686 г., «чтобы имел тот позволение» [2] и лишь право рукополагать и поставлять на престол предварительно избранного собранием клириков и мирян митрополита Киевского, который должен был в первых поминать имя Вселенского Патриарха (правило 120 Карфагенского собора) [3];

б) Вселенский Патриархат имеет привилегию «рассмотрения апелляции» также и от архиереев другой юрисдикции при условии, если жалующийся архиерей пожелал подать соответствующий запрос (см. Филарет, Макарий) (правила 9 и 17 Четвертого Вселенского Собора) [4];

в) Вселенский Патриарх всегда имел и имеет непререкаемое каноническое право <…> заботиться о поддержке Православных Церквей <…> [5];

г) Вселенский Патриархат имеет каноническую привилегию самостоятельно провозглашать автокефалию Поместных Православных Церквей (например, Грузии – 1990 г.; Чехии – 1998 г., Польши – 1924 г., Албании – 1937 г., Греции – 1850 г., Сербии – 1878 г., Румынии – 1835 г., Болгарии – 1945 г. и др.) [6].

В середине ноября был обнародован меморандум (в интернете распространен как «Το Υπόμνημα των Συνοδικών Επιτροπών προς την Ιερά Σύνοδο της Εκκλησίας της Ελλάδος, σχετικά με την Ουκρανική Αυτοκεφαλία») двух Синодальных комиссий [7], который до этого послужил основанием для доклада архиепископа Иероима.

Заинтересованная общественность с нетерпением ждала появления данного документа в открытом доступе. Надо заметить, что он был обнародован только после соответствующего запроса протопресвитера Иоанна Диотиса, который пожаловался главе ЭПЦ на недоступность его текста для широкого обсуждения [8].

Однако после опубликования этого документа многим при ознакомлении с ним пришлось глубоко разочароваться: в нем отсутствовало самое главное – аргументация, на основании которой были сделаны выводы двух Синодальных комиссий. В тексте меморандума нет собственной доказательной базы, анализа документов, на что многие рассчитывали. В нем лишь отмечается, что члены двух Синодальных комиссий в церковно-правовых вопросах опираются на некий доклад профессора Власия Фидаса: «Профессор Власий Фидас подготовил пояснительную записку с освещением канонической стороны данного вопроса. На второй сессии Синодальная комиссия подробно остановилась на этом докладе профессора Власия Фидаса и положила его в основу меморандума» [9]. По всей видимости, упомянутый доклад Власия Фидаса, который, по словам авторов меморандума, положен в основу их текста, был опубликован в июне 2019 г. на ресурсах ЭПЦ (под названием «Το Ουκρανικό Ζήτημα όπως το αναλύει ο έγκριτος καθηγητής κ. Βλάσιος Φειδάς» [10]).

Однако отсутствие собственной аргументации и анализа документов в меморандуме оказалось не единственным его серьезным недостатком. Этот текст двух Синодальных комиссий также поражает небрежностью обращения с историческими данными и систематической грубой некорректностью при интерпретации тех или иных исторических документов.

Приведем некоторые примеры. Авторы рассматриваемого документа утверждают, что в 1448 г. «Московская митрополия отделилась» якобы «от Киевской» [11]. По-видимому, авторы меморандума полагают, что вынужденное введение в 1448 г. автокефального управления в Русской Церкви следует рассматривать как отделение ее от воображаемой и несуществующей на тот момент некой альтернативной иерархии в тогдашней Киевской митрополии. При этом известно, что никакой другой церковной иерархии, кроме Московской, на территории общерусской митрополии в 1448 г. не было. Иерархия Григория Болгарина в Литве (причем униатская) появилась лишь в 1458 г., т. е. 10 лет спустя. Соответственно возникает вопрос: как в 1448 г. «Московская митрополия» могла отделиться от «Киевской митрополии» (следует, по-видимому, полагать: от униатской иерархии Григория Болгарина), которой на тот момент еще не существовало? Московская митрополия и была единственной законной Киевской митрополией, сохранявшей православие в отличие не только от будущей незаконной греко-католической «митрополии» Григория, но и от отпавшего от православия задолго до 1448 г. (в 1439 г.) униатского Константинопольского Патриархата.

Далее, говоря о грамотах Патриарха Дионисия 1686 г., авторы меморандума приписывают им определения, согласно которым якобы Московскому Патриарху Киевская митрополия передавалась на опекунских началах (если буквально: авторы меморандума утверждают, что Деяние 1686 г. предоставило Московскому Патриарху право «по-опекунски/наместнически рукополагать и возводить на престол <…> Киевского митрополита», «επιτροπικώς την χειροτονίαν και ενθρόνισιν του <…> Μητροπολίτου Κιέβου») [12], тогда как сами грамоты Дионисия 1686 г. нигде на самом деле не говорят о каких-либо «наместнических» («опекунских») правах или функциях Московского Патриарха. К сожалению, авторы меморандума крайне невнимательно читали данные исторические документы (если читали вообще [13]), доверчиво полагаясь относительно их содержания на выводы В. Фидаса [14].

В тексте обсуждаемого документа ниже говорится, что в 1700 г. (так в тексте) в связи с учреждением Священного Синода был ликвидирован Московский Патриархат [15]. К сожалению, и здесь авторы меморандума (вслед за Власием Фидасом [16]) невнимательно читают документы. На самом деле, в 1721 г., (а не в 1700 г., как грубо ошибаются авторы меморандума) Петр I совершил не ликвидацию Московского Патриархата, а реформирование церковного управления Русской Церкви: на правах Московского Патриарха («со властию равно Патриаршескою» [17]) учреждался Священный Синод, коллегиальный орган, который, в свою очередь, Восточные Патриархи признали в 1723 г.: «Мерность наша <...> узаконяет, и утверждает, и провозглашает от благочествиейшаго и тишайшаго самодержца, святаго царя всея Московии <…> в Российском святом великом царстве учрежденный Синод. Есть и называется он: наша во Христе сестра (ἀδελφή), святой и священный Синод <…> и имеет право (ἄδειαν) творить и совершать то же, что и четыре апостольские Святейшие Патриаршие престолы» [18]. Соответственно Петр I вовсе не упразднял Московский Патриархат в 1721 г., никто также не отменял и грамоту 1593 г. [19] – речь шла только о смене формы церковного управления. Восточные же Патриархи реформу Петра I не просто одобрили (как о том просил их российский император), но также решили от себя еще и утвердить [20].

Среди событий истории в меморандуме упоминается «Самовольное провозглашение церковной автокефалии на Украине» в 1919 г. [21], при этом не уточняются следующие важные моменты: а) вся законная церковная иерархия, возглавляемая тогда Киевским митрополитом Антонием (Храповицким), оказывала этому решительное сопротивление; б) провозглашение «Украинской автокефальной церкви» было делом рук исключительно интеллигенции и светских властей существовавшей тогда Украинской Народной Республики; в) иерархия данной церковной организации, образованной на «соборе духовенства и мирян» в 1921 г. (из числа епископов никто в этом мероприятии не участвовал), имела антиканоническое (самосвятское) происхождение.

Затем в меморандуме делается упоминание об установлении в 1921 г. власти большевиков на Украине и гонениях на Церковь [22]. Но авторы обсуждаемого документа при этом не уточняют, что гонениям в то время со стороны большевиков подвергалась именно каноническая («тихоновская») Церковь, что советская власть в начале 20-х годов XX в. поддерживала раскольнические движения внутри РПЦ – обновленцев и автокефалистов. Именно при большевиках в 1921 г. (в Софийском соборе) состоялось образование самосвятской иерархии УАПЦ и появление приходов этой организации на всей территории УССР [23].

Другие события истории и их интерпретация носят в меморандуме схожий весьма приблизительный и свободный характер: при упоминании о провозглашении в 1925 г. «автокефалии» Польской Православной Церкви авторы меморандума умалчивают о состоявшемся тогда вторжении Константинопольского Патриархата на каноническую территорию Русской Православной Церкви [24], в 1939 г., по словам авторов меморандума, Германия оккупировала Западную Украину («1939- Κατάληψις δυτικού Τμήματος της Ουκρανίας από τα γερμανικά στρατεύματα κατοχής»), в 1990 г. распался Советский Союз и т. д. Официальный церковный документ вряд ли является подходящим местом для подобных досадных упущений и ошибок (да еще в таком количестве!).

В меморандуме приводятся те же выводы, которые мы уже читали в докладе архиепископа Афинского Иеронима 12 октября 2019 г. Следует отметить, что в последнем документе (докладе арх. Иеронима) признание «украинской автокефалии», главным образом, аргументируется не какими-либо данными исторических документов, а признанием главой ЭПЦ за Константинопольским престолом особых привилегий, что связано, по-видимому, с распространением в греческой церковной среде своеобразных и чуждых православию интерпретаций канонического права [25]. Согласно этим интерпретациям, в частности, роль высшего арбитра в судебных спорах может отводиться не Вселенскому Собору, а Вселенскому престолу; право созыва Вселенского/Всеправославного Собора, которое всегда принадлежало византийским императорам, странным образом оказалось теперь принадлежащим исключительно Константинопольскому Патриарху [26]; право провозглашения автокефалии Вселенским Собором или кириархальной поместной Церковью выдается здесь за эксклюзивную привилегию Константинополя. Все эти интерпретации, по нашему мнению, направлены на строительство культа всеправославного поклонения Константинопольской кафедре, что, с одной стороны, является плодом застарелых властных комплексов, поскольку начало заметного развития восточного папизма наблюдается где-то со второй половины IX в., если не ранее. Но с другой стороны, идея примата Константинопольского престола не имеет твердых канонических оснований: несмотря на факт многовекового культивирования данной идеи, она не подтверждается правилами Вселенских Соборов, а является продуктом развития определенного направления в поздней византийской номоканонической традиции (особенно в условиях прекращения общения с Римом). Правила Вселенских Соборов, если обращаться к их тексту, не содержат прямых и недвусмысленных определений относительно привилегий Константинопольской кафедры, что вынуждало и вынуждает апологетов «восточного папства» постоянно прибегать к перетолкованиям этих правил и различным уловкам. Подобное нечистоплотное обращение с каноническим преданием Церкви получало отпор и в самой греческой церковной среде, ярким примером чему служит «Пидалион» преподобного Никодима Святогорца. Это указывает на отсутствие надежных и бесспорных оснований у претензий Вселенского престола на те исключительные права, которые сегодня представители Фанара слишком настойчиво пытаются усвоить своей кафедре для утверждения идеи первенства и узурпации церковного власти на уровне мирового православия.

Нельзя оставить без внимания свежую исследовательскую деятельность по украинскому вопросу В. Фидаса, доклад которого авторы меморандума двух Синодальных комиссий положили в основу своего документа. Последние статьи профессора Афинского университета [27] могут потребовать отдельного обсуждения, и в настоящей публикации мы не планируем останавливаться на них подробно (иначе мы рискуем превратить нашу краткую публикацию из обсуждения меморандума в обширный обзор бесконечного множества различных сумбурных утверждений и умозаключений В. Фидаса). Хотелось бы в настоящий момент только кратко отметить, что при знакомстве с этими публикациями профессора Афинского университета бросаются в глаза крайне свободные интерпретации, которые он придает различным историческим фактам и событиям.

К примеру, Киевскую митрополию в 1686 г. В. Фидас рассматривает как «Экзархат Вселенского Патриархата» [28], несмотря на то, что Киевская митрополия таким «экзархатом» до 1686 г. никогда не числилась, а назначение ряда ее митрополитов «экзархами Константинопольского престола» еще не превращает митрополию в «экзархат». Более того, после смерти в 1675 г. Иосифа (Нелюбовча-Тукальского) назначенных Константинополем экзархов на кафедре Киевского митрополита история больше не знает [29]. Также В. Фидас усматривает в попытках гетмана Самойловича сохранить за Киевским митрополитом титул «экзарха» заботу о правах Вселенского Патриарха. На самом деле хорошо известно, что права Вселенского престола гетмана вовсе не интересовали. Гетман считал, что с помощью данного титула Киевскому митрополиту будет легче удерживать контроль над западной частью митрополии, лежащей в пределах Польского-Литовского государства.

Еще одной странностью для специалиста такого уровня является утверждение о том, что в 1685 г. российские цари направили в Константинополь просьбу якобы о переподчинении лишь восточной части Киевской митрополии (ἀνατολικῶν ἐπαρχιῶν τῆς Οὐκρανίας), по-видимому, представляя себе, что в российско-константинопольской переписке речь шла только о той части Киевской митрополии, которая с 1654 г. была включена в состав Российского государства [30]. При этом в посланиях российских монархов [31] и гетмана Самойловича [32] к Константинопольскому Патриарху высказывались особые просьбы о подтверждении поставленного в Москве митрополита Гедеона для православного населения именно в Польско-Литовском государстве, звучала также просьба не принимать из Польши прошений о поставлении каких-либо иных кандидатов на Киевский престол, что было связано с распространением духовной власти Киевского митрополита на территории всей Киевской митрополии (включая и западные ее части), т. е. и за пределами Российского государства.

Подобными серьезными искажениями фактов истории страдают практически все свежие одиозные публикации по украинской церковной тематике В. Фидаса. Мы привели пару примеров только для наглядной демонстрации той крайне свободной манеры обращения с историческими данными, которая оказалась весьма свойственной (без преувеличения) данному автору на всем протяжении текстов упомянутых его публикаций. К сожалению, именно на материалах такого качества авторы меморандума посчитали возможным построить свой отчет, не распознав сомнительную научную ценность упомянутых последних публикаций В. Фидаса, с которыми на их месте стоило бы обращаться с крайней осторожностью.

Ознакомление с текстом меморандума двух Синодальных комиссий ЭПЦ, равно как и с докладом архиепископа Иеронима II, оставляет глубоко негативное впечатление: больше всего поражает низкий уровень научного анализа (в данном случае корректнее говорить о его отсутствии) и крайне безалаберное обращение с историческими данными и источниками. Авторы даже как-либо не позаботились о корректном изложении сведений исторического плана в своем материале, допуская в тексте меморандума (официальном церковном документе!) огромную массу различного рода несоответствий и грубых ошибок (этих ошибок не одна и не две, а более десятка) [33].

Неудовлетворительный уровень качества работы двух Синодальных комиссий, который мы увидели в тексте меморандума, является, скорее всего, результатом безответственного отношения ее членов к возложенным на себя обязанностям. Надеемся, что опубликованный в интернете текст меморандума привлечет внимание компетентных специалистов и работа двух Синодальных комиссий будет подвергнута достойной справедливой критике.

[1] https://s.kathimerini.gr/resources/article-files/eishghsh-makariwtatoy.pdf

[2] Современные апологеты Константинопольского Патриархата предлагают понимать термин ἄδεια в том значении, которое он устойчиво приобрел за последние два столетия в новогреческом языке, игнорируя разнообразие его архаичных значений, в которых он употребляется в документах XVII в.

[3] «Ουδέποτε το Οικουμενικόν Πατριαρχείον παρεχώρησεν εις το Πατριαρχείον Μόσχας την δικαιοδοσίαν του επί της Μητροπόλεως Κιέβου. Ανέθετο εις τον Μόσχας επιτροπικώς διά Πράξεως του 1686 «ίνα έχη επ ́αδείας» και μόνον το δικαίωμα του χειροτονείν και ενθρονίζειν τον εκάστοτε υπό Κληρικολαϊκής Συνελεύσεως, εκλεγόμενον Μητροπολίτην Κιέβου, ο οποίος οφείλει να μνημονεύη πρωτίστως του ονόματος του Οικουμενικού Πατριάρχου (Κανών 120 Καρθαγένης)».

[4] «Το Οικουμενικόν Πατριαρχείον έχει το προνόμιον της «εκκλήτου προσφυγής» και παρά Αρχιερέων ετέρου κλίματος, εάν και εφ΄ όσον ο εκκαλών Αρχιερεύς ήθελε υποβάλη σχετικόν αίτημα (βλ. Φιλάρετος-Μακάριος) (Κανόνες 9 και 17 Δ΄ Οικουμενικής Συνόδου)».

[5] «Ο Οικουμενικός Πατριάρχης είχε και έχει πάντοτε απαραμείωτον το κανονικόν δικαίωμα ουχί μόνον όπως μεριμνά οφειλετικώς δια την υποστήριξιν των εμπεριστάτων ή δοκιμαζομένων Ορθοδόξων Εκκλησιών…».

[6] «Το Οικουμενικόν Πατριαρχείον έχει το κανονικόν προνόμιον αυτό μόνον να ανακηρύσσει το αυτοκέφαλον των κατά τόπους Ορθοδόξων Εκκλησιών (βλ. Γεωργίας 1990, Τσεχίας 1998, Πολωνίας 1925, Αλβανίας 1937, Ελλάδος 1850, Σερβίας 1879, Ρουμανίας 1885, Βουλγαρίας 1945 κλπ)».

[7] https://www.romfea.gr/images/article-images/2019/11/romfea3/Ypomnima_synodikon_epitropon.pdf

[8] http://orthodoxostypos.gr/συνοδικη-επιπολαιοτησ-και-ανευθυνοτ/

[9] «Καθηγητής κ. Βλάσιος Φειδάς εκπονήση Εισηγητικόν Σημείωμα, εξ΄ επόψεως νομοκανονικής θεωρήσεως του θέματος. Κατά την δευτέραν Συνεδρίαν η Συνοδική Επιτροπή επεξηργάσθη την υποβληθείσαν Αυτή Εισήγησιν του Καθηγητού κ. Βλασίου Φειδά και κατέληξεν εις Υπόμνημα».

[10] https://orthodoxia.info/news/το-ουκρανικό-ζήτημα-όπως-το-αναλύει-ο-έ/

[11] «1448- Διαχωρισμός της Μητροπόλεως Μόσχας από αυτήν του Κιέβου».

[12] «1686- Έκδοσις Πατριαρχικής και Συνοδικής Πράξεως Οικουμενικού Πατριάρχου Διονυσίου του Δ΄, δι ής ανατίθεται εις τον Μόσχας, «Ίνα έχη επ΄ αδεία», επιτροπικώς την χειροτονίαν και ενθρόνισιν του υπό Κληρικολαϊκής Συνελεύσεως εκλεγομένου εκάστοτε Μητροπολίτου Κιέβου, ο οποίος αφειλετικώς μνημονεύει πρωτίστως του ονόματος του Οικουμενικού Πατριάρχου». Здесь авторы меморандума повторяют за В. Фидасом: в его упомянутой выше статье мы находим точно такой же извод («Ὑπό τήν ἔννοια αὐτή, κατανοεῖται τόσο τό αἴτημα τῶν τσάρων Ἰβάν καί Πέτρου πρός τόν Οἰκουμενικό πατριάρχη Διονύσιο Δ’, ὅσο καί ἀπό τό σχετικό περιεχόμενο τῆς περίφημης πλέον Πατριαρχικῆς καί Συνοδικῆς Πράξεως (1686) γιά τήν ἐπιτροπική παραχώρηση στόν πατριάρχη Μόσχας Ἰωακείμ «ἵνα ἔχῃ ἐπ’ἀδείας» μόνο νά ἐνθρονίζη ἤ νά χειροτονῆ μόνο τόν ἐκλεγόμενο ἀπό τήν Κληρικολαϊκή συνέλευση τῆς Μητροπόλεως Κιέβου Μητροπολίτη»).

[13] Учитывая безалаберность составленного текста меморандума, мы вынуждены не исключать и такое.

[14] Возможно, авторы меморандума или В. Фидас, на которого они полагаются, по невнимательности спутали с грамотами Дионисия рекомендательные послания Иерусалимского Патриарха Досифея к российским царям и Патриарху Иоакиму. В последних действительно Московскому Патриарху предлагается принять управление Киевской митрополией на правах наместника Константинопольского Патриарха («καὶ νὰ εἶναι ἐπαρχία μὲν τοῦ Κωνσταντινουπόλεως ἐπιτροπευομένη δὲ παρὰ τοῦ ἁγιωτάτου πατριάρχου Μοσχοβίας», Воссоединение Киевской митрополии с РПЦ, М.: 2019, С. 655; «ἔφθανε τὴν ἀδελφικήν σου ἀγάπην νὰ εἶσαι ἐπίτροπος τοῦ πατριάρχου Κωνσταντινουπόλεως, νὰ τὸν ἐξετάζῃς τὸν Κυέβου, νὰ τὸν προστάζῃς, νὰ τὸν κρίνῃς, καὶ νὰ τὸν ἀνακρίνῃς ὡς ἴδιος οἰκοκύρης». (Там же. С. 674)). Однако в итоговых синодальных и Патриарших документах Дионисия IV данное предложение Досифея не нашло воплощения.

[15] «1700- Διάλυσις του Πατριαρχείου Μόσχας υπό του Μ. Πέτρου. Η Εκκλησία της Ρωσίας διοικείται υπό Ιεράς Συνόδου».

[16] Причем В. Фидас в одной из недавних своих публикаций говорит о реформе Петра I 1721 г. в контексте возможности отмены любых соборных исторических документов, приводя этот случай в качестве примера такой «отмены» (!): «Εἶναι ὅμως εὐνόητο ὅτι ὁ «Τόμος» τῆς ἀνακηρύξεως τοῦ Πατριαρχείου Μόσχας (1590) δέν ἦταν ὁριστικός καί ἀμετάβλητος, ἤτοι μέχρι τήν ἐπικύρωσή του ἀπό μία Οἰκουμενική σύνοδο, γι’αὐτό καταργήθηκε, μέ τήν ἐπίμονη μάλιστα ἀξίωση τοῦ τσάρου Μ. Πέτρου» … «ὁ τσάρος ἀπευθύνθηκε ὀφειλετικῶς μέ Ἐπιστολή του (30 Σεπτ. 1721) πρός τόν Οἰκουμενικό πατριάρχη Ἱερεμία Γ’ (1716-26, 1732-33) καί ζήτησε τήν κανονικῶς ἀπαραίτητη ἄλλωστε Πατριαρχική ἔγκριση, ἀφ᾽ ἑνός μέν γιά τήν κατάργηση τοῦ Πατριαρχείου Μόσχας, ἀφ᾽ ἑτέρου δέ γιά τή σύσταση τῆς «Ἱερᾶς Διοικούσης Συνόδου». См.: https://orthodoxia.info/news/h-συνοδική-πράξη-του-οικουμενικού-πατρ/

[17] «...по многому здравому разсуждению и совету как с духовными, так и мирскими чинами Государства Нашего заблагоразсудили уставить со властию равно патриаршескою Духовный Синод, то есть, высшее духовное Соборное Правительство, для управления Всероссийския Государства Нашего Церкви <…> и определили об оном указом Нашим всем нашим подданным всякаго чина, как духовнаго, так и мирскаго, иметь за важное и сильное Правительство и повиноватися во всех духовных делах оному Синоду, како то чинили прежде бывшим Всероссийским Патриархом». Сборник памятников по истории церковного права (сост. Бенешевич В. Н.). Вып. 2. Петроград, 1914. – С. 207–208.

[18] Там же. С. 250; Δελικάνης Καλλίνικος, Τὰ ἐν τοῖς κώδιξι τοῦ Πατριαρχικοῦ Ἀρχειοφυλακείου σωζόμενα ἐπίσημα ἐκκλησιαστικὰ ἔγγραφα. τ. 3, 1905, Σ. 235.

[19] Дополнительным подтверждением того, что Московский Патриарший престол не был упразднен в 1720–1723 гг. может служить порядок возвращения патриархального управления Поместным Собором РПЦ в 1917 г. Поскольку документы об учреждении Московского Патриархата на самом деле никогда никем не отменялись, решение вопроса о возобновлении Патриаршества в РПЦ оказалось полностью в компетенции Поместного Собора и необходимости в привлечении Восточных Патриархов для данной процедуры не возникло (см.: Определения и постановления Поместного Собора Православной Российской Церкви 1917–1918 годов / подг. прот. В. Цыпин // Богословский вестник, 1993. – Т. 1. – № 1. – С. 114–118; Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917–1918 гг. М., 1994. – Вып. 1. Приложение к «Деяниям» второе. – С. 3 и далее).

[20] Утверждение Священного Синода Русской Церкви Восточными Патриархами, о чем Петр I вовсе не просил (из текста грамоты российского императора хорошо видно, что он вообще не видел необходимости в таком утверждении со стороны Восточных Патриархов – его интересовало только их согласие), оказалось чистой самодеятельностью греческих церковных властей. Они, наверное, полагали, что без их утверждения Священный Синод едва ли не был до того утвержден на самом деле. Скорее всего, решение утвердить от себя Священный Синод в России Восточные Патриархи приняли с целью реанимировать свою былую значимость в глазах российских светских и духовных властей («Без нас не освятится!» – говорит подтекст их грамот), здесь они воспользовались возможностью косвенно заявить о своей воображаемой важности в Церкви.

[21] «1919- Αυθαίρετος ανακήρυξις της αυτοκεφαλίας της Εκκλησίας εν Ουκρανία».

[22] «1921- Επικράτησις εν Ουκρανία μπολσεβικικού καθεστώτος και διωγμοί κατά της Εκκλησίας».

[23] Марчуков А. В. Украинское Национальное движение в УССР. 1920–1930-е годы. М., 2006. – С. 296–297.

[24] Также в сводке событий, которую составили авторы меморандума, нет упоминания о том, что Польская Церковь в 1948 г. отказалась от этой неканонической автокефалии 1924 г., чтобы обрести каноническую от своей Матери-Церкви, т. е. от Московского Патриарха: «Польская Автономная Церковь признает неканонической и недействительной автокефалию Польской Церкви, провозглашенную томосом Константинопольского Патриарха Григория VII от 13.ХI 1924 г. (№ 4588) и испрашивает благословение Матери-Русской Церкви на каноническую автокефалию» (Ведерников А. Внутреннее дело Польской Православной Церкви / Журнал Московской Патриархии. – 1950. – № 8. – С. 43; http://archive.e-vestnik.ru/page/index/195008509.html)

[25] ἡ Διαρκής Ἱερά Σύνοδος μετά ἀπό ἐκτενῆ συζήτηση ἀνεγνώρισε «τό κανονικό δικαίομα τοῦ Οἰκουμενικοῦ Πατριαρχείου γιά τήν παραχώρηση τοῦ Αὐτοκεφάλου...» (это утверждение в докладе Иеронима связано, судя по всему, с одним из выводов автором меморандума: «Το Οικουμενικόν Πατριαρχείον έχει το κανονικόν προνόμιον αυτό μόνον να ανακηρύσσει το αυτοκέφαλον των κατά τόπους Ορθοδόξων Εκκλησιών»).

[26] П. Ермилов. Дискуссии конца XIX – первой половины XX вв. о праве созыва Всеправославного Собора // Государство, Религия, Церковь в России и за рубежом. М., 2016. – № 1 (34). – С. 318-320. Дополнительным подтверждением признания этого права только за Константинопольским Патриархом со стороны ЭПЦ может служить реакция архиепископа Иеронима Афинского на инициативу Иерусалимского Патриарха Феофила III провести Всеправославное совещание в Аммане.

[27] Ссылки на две из них мы уже приводили выше (в сносках 10 и 16), к публикациям этой же серии относится также еще одна статья данного автора: https://orthodoxia.info/news/το-ζήτημα-της-αυτοκεφαλίας-της-ορθοδό/

[28] По представлениям В. Фидаса, Киевский митрополит даже находился с Вселенским Патриархом в некой «экзархальной связи» («ἐξαρχική σχέση»). Эта «экзархальная связь», по мнению профессора, исключает любую возможность переподчинения Киевской митрополии и указывает на непременную принадлежность Киева к юрисдикции Константинополя. Вот как далеко заводит логика профессора, несмотря на неопределенность понятия «экзархальной связи» и непостоянство в отношениях Константинопольского Патриарха с Киевской кафедрой, которая не один раз оставлялась на длительное время вакантной во второй половине XVII в.

[29] Мы не можем здесь признать корректным примером упоминаемый В. Фидасом случай с Антонием (Храповицким), который, будучи архиепископом Волынским, ради осуществления деятельности в Галиции, находившейся тогда в пределах Австро-Венгрии, получил в 1910 г. титул экзарха Константинопольского престола от Патриарха Иоакима III (Grigorič V. Pravoslavná Církev v Republice Československé. Praha, 1926. – S. 37). Это произошло из-за непростых политических отношений России с Австро-Венгрией с санкции Св. Синода РПЦ. Напомним, что митрополитом Киевским Антоний (Храповицкий) был избран только в 1918 г. (см.: А. Стародуб. Невідомий лист Київського митрополита Антонія (Храповицького) в справі канонічного статусу Православної Церкви у Галичині / Ковчег. Науковий збірник з церковної історії // за ред. о. Б. Ґудзяка, І. Скочиляса, О. Турія. Вип. 2. Львов, 2000. – С. 400–402).

[30] На самом деле в посланиях царей и гетмана Самойловича шла речь о переподчинении всей Киевской митрополии Московскому Патриаршему престолу, т. е. вне перспективы какого-либо разделения этой митрополии на западную и восточную части. На это, в частности, может указывать присвоенный Киевскому митрополиту Гедеону титул в Ставленой грамоте, выданной ему Московским Патриархом в 1685 г.: «Малыя России митрополит Киевский и Галицкий» (Воссоединение Киевской митрополии с РПЦ. М, 2019. – Док. №№ 182, 183. – С. 583, 587). Упоминание Галича здесь подразумевает распространение власти Киевского митрополита на западные части Киевской митрополии, расположенные на территории Речи Посполитой.

[31] «Да вашему ж архипастырству по отпустителном своем о Киевской митрополии благословении изволит от себя писати ко всем тоя Киевские митрополии из давных времен бывшим во благочестии живущим греко-росийским исповедником как к духовным, так и мирским, которые ныне хотя и не в державе нас, великих государей, нашего царского величества, обретаются, дабы оные по древнему своему обыкновению и чину сь епископии, архимандрии, братствы, игуменствы, монастырями были под благословением и рукоположением тое ж Киевской митрополии в таковом же благочестии при своих стародавных правах и волностях непременно, а иного б себе митрополита, кроме Киевского, имети б не хотели» (Воссоединение <…> – С. 607).

[32] «А к тому аще бы ис той Полской Державы кто из епископов или ыных властей чрез писание или чрез посылщиков и отзывался к вашему святителскому архипастырскому Констянтинуполскому престолу, прося себе патриаршеской грамоты на митрополии сан престолу Киевскому, не даждь, святейший отче, таковому веры, лукавое бо сие будет моление, но вящее розвращение той Киевской Митрополии» (Воссоединение <…> – С. 647).

[33] Не потому ли его стеснялись публиковать целый месяц после Синода 12 октября 2019 г.?

Материалы по теме

Новости:

Публикации:

Монашество:

Доклады:

Николо-Вяжищский ставропигиальный женский монастырь
Воскресенский Новодевичий монастырь
Свято-Богородице-Казанский Жадовский мужской монастырь.
Макарьева пустынь
Свято-Троицкая Александро-Невская Лавра
Иоанно-Богословский женский монастырь, дер. Ершовка
Казанская Амвросиевская женская пустынь
Монашеская женская община Ризоположения Божией Матери с. Люк
Мужской монастырь иконы Пресвятой Богородицы «Всех скорбящих Радость»
Суздальский Свято-Покровский женский монастырь