В Иоанно-Предтеченском монастыре состоялся третий семинар цикла «История чинов монашеского пострига»

24 апреля в Иоанно-Предтеченском ставропигиальном женском монастыре в рамках проекта «Монашество в истории» состоялся третий семинар священника Михаила Желтова из цикла «История чинов монашеского пострига в восточной традиции».

На встрече был рассмотрен вопрос о происхождении чина малой схимы. Прежде чем приступить к рассмотрению структуры данного чина, содержащегося в современных богослужебных книгах Православной Церкви, отец Михаил напомнил об основных составляющих чина великой схимы, который на протяжении столетий претерпевал лишь небольшие и несущественные изменения. Оглашение, входящее в состав этого чина, как уже говорилось на втором семинаре цикла, текстуально восходит ко крещальному Оглашению Великой Пятницы, зачитывавшемуся в Византии патриархом. В целом же в чине великой схимы может быть выделено три пары молитв, каковые и составляют его структурную основу.

Отец Михаил также отметил, что при обращении к русским богослужебным книгам следует помнить, что Большой Требник, исправленный (не всегда последовательно и удачно) в 1651 году, с тех пор не подвергался каким-либо изменениям. В то же время в отдельных изданиях чинов пострига XIX–XXI веков можно встретить незначительные изменения, в частности, добавление слова «вторицею» при принесении обетов в чине великой схимы, что призвано было (с точки зрения «справщиков») как-то объяснить тождество обетов, приносимых при постриге в малую и в великую схиму.

Завершив этим разъяснением экскурс в историю чина великой схимы, который детально рассматривался на втором семинаре, отец Михаил перешел к структуре чина малой схимы, содержащегося в современных богослужебных книгах. Было отмечено, что во многом этот чин представляет собой значительное сокращение чина великой схимы, однако содержит и элементы, в чине великой схимы отсутствующие. Огласительное слово здесь – то же, что и в чине великой схимы, но в более краткой редакции. В связи с тем, что, несмотря на наличие ряда деталей, не имеющих параллелей в чине великой схимы, чин малой схимы явно зависим от последнего и во многом его попросту повторяет, с давних пор исследователи задаются вопросом: почему он возник? Как сложилось, что в Православной Церкви появились «две схимы»? Этот вопрос волновал и поздневизантийских церковных писателей.

Обратившись к рассмотрению причин возникновения чина малой схимы, ведущий семинара напомнил присутствующим, что на самом первом этапе истории монашества не существовало никаких чинов пострига (этот вопрос был детально рассмотрен на первом семинаре цикла). В дальнейшем монахи поставлялись по чину хиротесии, молитвы которого сохранялись в Евхологиях и в ту эпоху, когда повсеместно распространился известный нам чин великой схимы; по-видимому, писцы при копировании рукописей подчас воспроизводили их содержание без каких-либо изменений, несмотря на то, что отдельные чины не соответствовали уже актуальной практике. Именно этим объясняется, что и в Евхологии Barberini 336, и в Евхологии Coisl. 213, и даже в рукописях XIII века имеются молитвы поставления монаха и монахини по чину хиротесии, а чин великой схимы (пришедший в Константинополь в 1-й период иконоборчества, в VIII веке) находится в приложении.

Во времена прп. Феодора Студита этот чин пострига становится общепринятым и любимым, причем он не только структурно представляет собой осознанную параллель чину Крещения, но и совершался накануне или сразу после Пасхи (в Великий Вторник или на Светлой Седмице), т. е. тогда, когда, согласно древней традиции, совершалось крещение оглашенных. Готовившиеся к постригу ходили в некой «предварительной» одежде, которая, однако, не была собственно монашеской. Таким образом, ни об отдельном чине, напоминающем современную «малую схиму», ни о чем-то похожем на современный «рясофор» в IX веке речи не идет. Тем не менее, известно, что в своем Завещании прп. Феодор Студит говорит о том, что не должно быть «двух схим», так как схима – одна, как и Крещение. Это заставляло многих исследователей в прошлом предполагать наличие чина малой схимы уже в IX веке. В то же время, согласно рукописным свидетельствам, начало его формирования относится к XІІ веку, а фиксация в рукописях – к XІІІ.

Отец Михаил Желтов, уже касавшийся кратко этой проблемы на втором семинаре цикла, предпринял более детальное рассмотрение данных рукописных Евхологиев и других источников и убедительно показал, что студийская традиция ІX века предполагала ношение «одежды покаяния» в период подготовки к постригу, за которой следовал собственно постриг в великую схиму, однако существовала и иная традиция, по происхождению –  иерусалимская, согласно которой совершалась первая половина чина до пострига включительно, а оставшаяся часть чинопоследования совершалась позднее, против чего и выступал прп. Феодор. Таким образом, речь идет о практике, имевшей место в ІX веке, а не о современном чине малой схимы.

В этом последнем, отметил отец Михаил, содержатся две молитвы (после оглашения), которые ранее входили в чин поставления монахов. Это позволяет оценить чин малой схимы как сокращение чина великой схимы с интерполяциями другого материала.

Отец Михаил обратил внимание участников семинара на то, что в константинопольском Евхологии Coisl. 213 XІ века в числе прочих монашеских чинов содержатся и молитвы «над хотящим принять мантию» и над «хотящей принять мантию», и это именно те молитвы хиротесии, посредством которых и осуществлялось когда-то поставление в монахи. Кроме того, за этими молитвами следует чин προσχήματος, т. е. «просхимы», но уже в значении некоего приуготовления к схиме. Наличие всего этого материала в одном Евхологии позволяет говорить о том, что здесь вместе приведены различные традиции монашеского посвящения.

Монастырская реформа в Византии XІ века привела к тому, что какие-то формы отмирали, в то же время возникали новые, и формировалась единая традиция, которая включила в себя и чины так называемой малой схимы. Этих чинов существовало довольно много, причем материал в них комбинировался по-разному. В древнерусских рукописях также наблюдается определенное своеобразие: там соединяются три текста – молитвы «над хотящим принять мантию», чин «просхимы» и оглашение великой схимы. Тем не менее, в итоге в печатных книгах нашел свое отражение лишь тот чин, который представлял собой сокращение «великосхимнического», в котором, однако, после оглашения помещаются две молитвы «над хотящим принять мантию», в чине великой схимы отсутствующие.

В заключение встречи отец Михаил коснулся проблемы возникновения рясофора. Чин рясофора появляется в греческих рукописях в XIV веке, а в славянских – лишь в XV веку. Введен он был, вероятно, в качестве начальной ступени монашества и представляет собой настоящий подготовительный чин, не являющийся сокращением чина малой или великой схимы. Появление рясофора постепенно привело к тому, что в греческой традиции исчезает необходимость в малой схиме, которая мыслилась также как подготовительная ступень, и все большее распространение получает постриг в великую схиму после рясофора; чин малой схимы сохраняется в греческих богослужебных книгах, но на практике почти исчезает. Однако в русской традиции сохраняются все три чина: рясофор, малая схима и великая схима.

Следующий семинар цикла «История чинов монашеского пострига» состоится 15 мая. Тема семинара – «Древние чины пострижения инокинь и монахинь на православном Востоке».

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ