В переводе с карельского название «Сяндема» означает «Святая Земля»

Игумения Варвара (Иванова)

Еще этот край называют Северной Фиваидой. Богомольцы, стремившиеся к отшельническому монашескому житию, уходили на север, совершали свои духовные подвиги и проповедовали христианство жившим на севере языческим народам. В каноне Всем святым, в земле Российстей просиявшим, есть такие слова: «…красуйтеся пустыни и дебри Олонецкие, Белозерские и Вологодские, возрастившия святое и славное отец множество, чудным житием всех наставляющее миру не прилеплятися, крест свой на рамена взяти и во след Христу шествовати».

В XVI веке преподобный Афанасий Сяндемский, который входит в сонм святых земли Карельской, основал Сяндемскую мужскую пустынь. Из немногочисленных сведений о святом чудотворце можно с достоверностью судить, как складывались у него отношения с местными жителями. Эти факты описаны в Тарханной грамоте от 1 марта 1577 года архиепископа Новгородского Александра. Преподобный Афанасий являлся бывшим игуменом Александро-Свирского монастыря, жил в одиночестве, в диком лесу за 20 верст от Олонца. Пустынь ему дали построить олончане, но потом оклеветали его и выгнали из устроенного уже монастыря, где подвижник поставил часовню Святой Троицы и восемь келий для пришедшей братии. Только через 20 лет после своего изгнания, в 1577 году, преподобный возвратился на прежнее место и стал возрождать обитель. А в наши дни здесь возрождается Сяндемский Успенский женский монастырь, с настоятельницей которого игуменией Варварой (Ивановой) мы беседуем о его прошлом и настоящем.

Чудесное возвращение иконы в монастырь

Матушка, в 2009 году владыка Мануил (Павлов), возглавлявший тогда Петрозаводскую и Карельскую кафедру, благословил Вас возрождать эту древнюю обитель, от которой не осталось ни храмов, ни строений, ни даже фундаментов. Что придавало силы на первом этапе становления?

Действительно, от многовекового монастыря не осталось никаких видимых признаков его бытия. Вся его территория заросла лесом и кустарником, которые на протяжении еще долгого времени предстояло пилить и вырубать, корчевать и убирать огромные пни. А силы придавало осознание того, что где-то здесь находятся мощи святого преподобного Афанасия Сяндемского, почивающие под спудом некогда стоявшего храма. Кроме того, последовал ряд событий, которые укрепили и знаково поддержали, указывая на явное присутствие Божие на этом месте и заступничество Пресвятой Богородицы.

В переводе с карельского название «Сяндема» означает «Святая Земля». Сразу же, буквально с первых дней, возникло горячее желание собрать как можно больше сведений о монастыре, в том числе и воспоминаний еще живых свидетелей, чтобы лучше себе представлять, куда благословил Господь. Помню, что тогда теплилась надежда увидеть хоть какие-нибудь видимые следы от былого монастыря, потому что вместо древней обители, как я уже говорила, стояла стена непроходимого леса и кустарника. В первые недели кто-то подсказал, что одна местная жительница (карелка) может поделиться воспоминаниями о послевоенных событиях, происходивших на территории монастыря. Мы с ней встретились. В своем рассказе женщина упомянула и о таком факте: после войны, будучи ребенком, она купалась в монастырском озере недалеко от храма и подняла со дна озера икону, которую принесла домой. Сколько времени икона пролежала под водой – неизвестно. В 1923 состоялось изъятие церковных ценностей, в 1939 году церковь закрыли, здание передали на культурные цели, дальше – война… Родители девочки дали обет вернуть икону только в том случае, если будет возрождаться монастырь. Прошли десятки лет, в семье уже стали забывать о самой этой истории и о своем обещании. Во время нашего разговора, имея слабую надежду на положительный результат, я всё же сказала, что около месяца живу на территории бывшего монастыря, а значит его возрождение началось.

И как отреагировала Ваша собеседница?

К моему большому удивлению, женщина с радостью отдала мне икону и благословила меня ею. Причем в тот момент больше всего радовалась я, ибо остро почувствовала при этом и свою сопричастность к многовековой обители, и ответственность за «дело начинаемое», и благословение от тех, кто молится уже не здесь, на земле, а в горних обителях пред Престолом Божиим. От дыма и копоти печки, обогревавшей маленький карельский деревенский домик этой семьи, икона так почернела, что ее невозможно было узнать. Я понимала, что она, как звено в общей цепи, соединяет времена, эпохи, и дело Божие продолжает жить. Будто вслух прозвучали тогда слова: «Созижду Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16,18). Несмотря на то, что икона, на первый взгляд, внешне выглядела почти утраченной, меня утешала мысль, что перед ней возносились молитвы и она особо почиталась в монастыре. Со временем святыня обновилась. А когда совсем открылась, стало понятно, что это образ Пресвятой Богородицы «Всех Скорбящих Радости». Именно это чудесное возвращение иконы в монастырь и придавало тогда силы, и укрепляло в вере.

«Пост сдан!» – «Пост принят!»

Можете, матушка, привести еще какие-то интересные события тех лет, которые Вам особо запомнились?

Да, расскажу про такой случай. Исторически территория монастыря располагалась и по другую сторону дороги. Но желание советской власти в послевоенный период уничтожить всё, что связано с монастырем, монастырским укладом и верой, оказалось настолько велико, что было принято решение: разместить на церковных землях садоводство. В памяти запечатлелось, как в мае 2009 года пришла женщина, которая в 1980 году расчищала некогда принадлежащий монастырю участок и нашла большой старинный ключ. Все эти годы она бережно хранила его, понимая, что ключ из монастыря. Узнав, что есть благословение правящего архиерея на возрождение обители, она принесла его и отдала мне. При этом пожилая женщина задорно, по-мальчишески, с огоньком в глазах, вытянулась, как солдат по стойке «смирно», приложила к виску ладошку и отрапортовала: «Пост сдан!» Я, не растерявшись, так же весело ответила ей: «Пост принят!» Таким образом, у меня в руках появился ключ от монастыря, в котором не осталось ни одного строения, только густые заросли непроходимого леса. Да и вообще тогда еще не было даже официального статуса монастыря. Однако надежда на то, что Господь не оставит, не покидала.

Первый год налаживания монастырской жизни особо запомнился. Стояли такие морозы, которые в данной местности встречаются раз в сто лет (в некоторые дни температура доходила до минус 45 градусов!). Но невозможное человекам – возможно Богу. Господь явил Свою милость. В августе 2009 года был отслужен первый молебен у Поклонного креста, воздвигнутого на месте предполагаемого строительства каменного храма. Вновь зазвучала молитва. Монашеская жизнь немыслима без участия в Таинствах Церкви, и для нас было важно побыстрее закончить строительство небольшого храма в честь Святой Живоначальной Троицы, внешне напоминающего часовню. Первая Божественная Литургия была отслужена в нем 31 января 2010 года, в день памяти преподобного Афанасия Сяндемского. С виду строение кажется крохотным, но желающих почтить память преподобного и помолиться там, где под спудом покоятся его мощи, было так много, что количество причастников достигло шестидесяти человек. Мы только удивлялись: как этот крохотный храм смог всех вместить?

А в настоящее время есть ли еще храмы на территории монастыря? Удалось ли сестрам что-то построить за эти годы?

Фотографии из финских военных архивов 1942-1943 годов, которыми поделились финны, помогли нам воссоздать внешний облик красивого и величественного храма 1865 года постройки, разрушенного в годы войны и затем разобранного по кирпичам местными жителями для собственных нужд. По этим снимкам был разработан проект, и в дальнейшем, в 2013 году, заложен наш главный престольный храм в честь Успения Пресвятой Богородицы. В августе 2017 года митрополит Петрозаводский и Карельский Константин совершил чин великого освящения храма. Важным этапом жизни обители стала недавно закончившаяся его роспись. При разработке проекта росписи владыка Константин принимал самое активное участие, следил за ходом работ. Роспись содержит сюжеты двунадесятых праздников, фрагменты жизни Пресвятой Богородицы, образа Карельских святых, на хорах изображены святые – творцы канонов, новомученики и исповедники Карельские. Также за минувшее время на территории монастыря были возведены часовня-купальня во имя святого пророка Иоанна Предтечи и Крестителя Господня, храм в честь Собора Двенадцати Апостолов, деревянные звонницы, трапезная, келейные корпуса для монашествующих, гостиница для паломников. Есть у нас библиотека, швейная мастерская.

Об Олонецком крае и некоторых его особенностях


Матушка, хотелось бы услышать Ваш рассказ о монашеской семье. Сколько сестер в монастыре, какого они возраста, из каких краев прибыли? Какие послушания выполняют? И имеются ли послушания, связанные чисто со спецификой Олонецкого края, который называют настоящей Карелией?

Монашеская семья небольшая. Нас двенадцать. Сестры – преимущественно из Карелии, Ленинградской области и Подмосковья. Возрастные границы – от 25 лет до 70. Вряд ли наши послушания отличаются чем-то от послушаний в других монастырях. Прежде всего, это храмовые послушания. Кроме того, у нас есть небольшой огород, сад, небольшое подсобное хозяйство (козы, куры, цесарки, гуси). Но я не могу даже назвать его подсобным хозяйством, потому что оно не носит таких размахов, как, допустим, в образцовых монастырях. Скорее всего, это в большей степени душевное занятие, которое приносит радость и позитивные эмоции. Этим послушаниям не уделяется (к счастью или к огорчению, пока не знаю) так много времени, чтобы пропадать на них сутки напролет. Сестры несут послушание в Детском доме и преподают там в воскресной школе. Иногда мы берем детей в монастырь на условиях гостевого варианта (на выходные дни и каникулы). Для нас именно эта правовая форма взаимодействия с Детским домом оказалась самой приемлемой. За тот короткий отрезок времени, что дети у нас находятся, мы стараемся их отогреть и показать им, что есть другая жизнь. Пытаемся найти в детских сердечках место Богу. Дети ходят на службы, участвуют в Таинствах Церкви. Очень многие из них таким образом пришли к вере и не мыслят свою жизнь без нее…


Специфика Олонецкого края, вероятно, диктует свои требования. Район многонациональный. Большую часть населения, около 70 процентов, составляют карелы-ливвики. Это народ со своими традициями, самобытной культурой, своими верованиями, со своим языком. Кроме того, в Олонце проживает большая по численности чеченская диаспора Карелии, которую к прихожанам не причислишь. Изначально наш монастырь был мужским. Лишь в 1909 году во исполнение постановления Видлицкого пастырско-миссионерского съезда Сяндемская мужская пустынь была преобразована в женскую обитель с возложением на нее миссионерско-просветительских задач. Этот съезд был организован по благословению епископа Финляндского и Выборгского Сергия (Страгородского) в виду надвигающейся с финляндской стороны опасности от протестантской и панфинской пропаганды среди православных карел трех епархий – Финляндской, Олонецкой и Архангельской. Наряду с прочно укоренявшейся идеологией движения по якобы «освобождению Восточной Карелии», финны предприняли самые активные действия, начав издавать и широко распространять среди русских карел специальную литературу на финском языке, имеющую пропагандистский характер, подрывающую единство русского народа и доверие к самодержавному Царю, дискредитирующую священноначалие, государственный строй и всячески поддерживающую революционные течения. Также ими создавались библиотеки и нелегальные финские школы, в том числе передвижные и ремесленные. То есть женская обитель с миссионерскими задачами, по мнению участников съезда, являлась в этом крае просто необходимой в целях усиления здесь миссионерско-просветительской работы. В таких условиях начинали сестры свое служение в 1909 году. И спустя столетие задачи, определенные тем форумом, не поменялись. Так что мы с радостью примем новых сестер, желающих потрудиться на этой спасительной и благодатной ниве Христовой.


На монастырском сайте в рубрике «Фото» представлены трогательные зимние виды монастыря. Вот сестры идут рядом по расчищенной дороге, ведущей к обители, а по бокам сияющий белизной покров приличной высоты. Кто так основательно расчищает путь к храму и на территории монастыря? Кто помогает, когда такая помощь необходима? Ведь самим-то не справиться с таким снежным покровом?

Согласна, что зимние монастырские пейзажи особенно красивы и трогательны. Они притягивают взгляды безупречной чистотой. Иногда расчищенные тропинки снега достигают роста человеческого. Этой неземной красотой можно долго восхищаться, но как у медали есть и вторая ее сторона. При сильном снегопаде (что частенько бывает) приходится штурмом брать дорогу к храму, потому что понимаешь: жизнь-то как раз там! Именно Божественная Литургия объединяет всех воедино, дарует радость, благодать, оживотворяет и питает дух. Поскольку сестры встают рано, то и право «пробиться первыми» появляется у них. Сначала тропинки выглядят маленькими ниточками, ведущими к храму, а затем к вечеру уже появляются большие дороги. Но чистить снег нам приходится самим. Во-первых, монастырь расположен далеко от трассы, и мы «изолированы от цивилизации». Во-вторых, у нас почти нет трудников. Если и появляются благочестивые и сердечные паломники, готовые оказать помощь, то сестры с благодарностью ее принимают. Но случается такое в зимнее время крайне редко.


«Испанская» тема в жизни русской обители

Не могу обойти вниманием и такой вопрос: как пришло и затем вызревало решение восстановить и сберечь историю испанских детей, которых когда-то вывезли в СССР с целью спасти от военных действий во время Гражданской войны в Испании, а они потом на своей второй Родине сражались с фашизмом, и кто-то погиб в этих краях? Я прочитала, что Вы с сестрами знали об этом еще до поисковых работ 2017 года – где-то начиная с 2010 года… Как прошла установка монумента и встреча с родственниками погибшего испанца, приехавшими из Испании в Карелию?

Это событие – установка памятника испанским воинам, погибшим на Карельской земле в годы Великой Отечественной войны, – для нас особое. И вообще сама «испанская» тема для сестер раскрылась до неожиданных, можно сказать, пределов. Конечно, в первую очередь, это сами испанские мальчишки, сражавшиеся здесь за свою вторую Родину. Но это и их родственники, это и ныне здравствующие «дети испанской гражданской войны», которые в свои 90 лет удивительно молоды душой! Это и наши друзья из Испанского центра в Москве и из гимназии имени Сервантеса в Санкт-Петербурге. Это и сама Испания, и многие-многие люди, которых в наше сложное время, когда так усиленно действуют всевозможные разделяющие факторы и когда с легкостью попираются, казалось бы, непреложные и непреходящие ценности, объединили в общем деле юные испанские добровольцы. А эти мальчишки своим искренним порывом души, своим подвигом и сегодня свидетельствуют об общечеловеческих ценностях и утверждают их в вечности.

Нам часто задают вопрос, зачем же православный монастырь занялся этим делом – тем более что те испанцы, вероятно, были крещены в католицизме. На что мы, почти оправдываясь, чтобы нас не сочли сторонниками какого-нибудь непопулярного движения, отвечаем: «Да они за нас жизни отдали!». Для меня и сестер это еще и страничка летописи монастыря, так как испанские юноши сражались и погибали в боях за 40-ю высоту, которая граничит с монастырской территорией. До сих пор при строительных и полевых работах мы находим снаряды, гранаты, патроны и другие артефакты времен Великой Отечественной войны. По воспоминаниям ополченцев, на территории монастыря проходили тяжелейшие бои, что, кстати, хорошо видно на финских снимках военных лет, где попавшие под обстрел и полуразрушенные монастырские постройки запечатлены с разных ракурсов, а монастырская земля вся изрыта воронками от снарядов. Имена испанских добровольцев были преданы забвению, мало кто о них помнил, при этом родственники некоторых из них долгие годы продолжали поиски «потерявшихся» где-то на просторах СССР своих сыновей и братьев…

И монастырь помог вернуть чьи-то имена из забвения? Имена защитников нашей Родины, уроженцев солнечной Испании?


Ко дню празднования освобождения города Олонца от фашистских захватчиков силами монастыря был изготовлен памятник с именами 23 испанских юношей-добровольцев. Эти имена высечены на камне на русском и испанском языках. Торжественная церемония открытия памятника «Памяти испанских юношей-добровольцев, павших на Карельском фронте 1941-1944» состоялась на мемориальном комплексе в деревне Сяндеба 24 июня 2018 года, спустя почти 77 лет после их героической гибели. В дальнейшем, в ходе изучения документов, были выявлены имена еще двух юных испанцев, погибших в Карелии, и монастырь подготовил дополнительную плиту. 30 июня 2019 года на торжественную церемонию открытия этой мемориальной плиты прибыла испанская делегация, в состав которой входили родственники погибших испанских ополченцев Мартина Онториа Пеньи и Игнасио Моро Дельгадо, испанские «дети войны» и их родственники. Зарубежные гости провели в монастыре несколько дней, познакомилась с жизнью обители и ее историей. Наши сестры с радостью осознавали, что среди «детей войны», которых мы у себя принимали, были те «девчонки», что жили в одном детском доме с испанцами-добровольцами, воевавшими в Карелии в годы Великой Отечественной войны.

Матушка, нельзя не поразиться: небольшая по сестринскому составу обитель, находящаяся в нашей северной глубинке, и вот сумела установить столь прочную живую связь с миром, «обросла» разными знакомствами!

Оглядываясь на весь этот путь по изучению «испанской» темы, начавшийся в 2010 году, я вспоминаю многие события и «случайные» встречи, из которых впоследствии сложилась целостная картина. Например, однажды к нам в монастырь заехала семья из Москвы – потомки оставшихся в СССР испанских «детей войны». Им нужно было совсем в другое место, которое они, как оказалось, случайно проехали. Путешественники заглянули к нам лишь для того, чтобы спросить дорогу. А наши сестры предложили им экскурсию по монастырю. Экскурсия шла своим чередом, пока речь не зашла об юных испанских добровольцах. Мне сложно описать реакцию этих людей, когда они услышали о своих соотечественниках! Они очень обрадовались, в том числе и тому, что чудом попали в наш монастырь. Обрадовались, а также поделились своей историей. Еще подсказали, где нам можно узнать дополнительную информацию об испанцах, сражавшихся в Карелии.

И вы узнали?

Да, много чего мы узнали. В довоенном СССР дети-сироты, «дети испанской гражданской войны», жили в определенных исторических условиях, воспитывались в совершенно конкретной идеологии, где, на первый взгляд, о вере и о Боге услышать что-либо было практически невозможно. Нам рассказывали очевидцы, что маленькие испанцы, находясь в детских домах, всё же интересовались религией, задавая неудобные вопросы. Но работников детского дома очень быстро увольняли (в лучшем случае) за инициативу пополнить знания и привить веру у испанских детей. Несмотря на это, как нам стало известно, в окружении детей, воспитывавшихся в одном из интернатов в городе на Неве, среди обслуживающего персонала была пожилая чета Соколовых – людей глубоко верующих. Дети их очень любили. Яков Соколов работал дворником при интернате: это был благообразный седой старик, очень начитанный и обладавший талантом рассказчика. По вечерам он часами просиживал с ребятами, пересказывая им русские народные сказки и разные истории. Его жена, Арина Соколова (и именем, и отношением к детям напоминавшая пушкинскую няню), тайком помазывала детей освященным маслом и приносила им из церкви куличи и просфоры. Супруги Соколовы оказали на испанских детей огромное влияние. Дети чувствовали всю глубину истинно русской души, а через это проникались любовью и к своей второй Родине. С первых же дней Великой Отечественной войны испанская молодежь, (15–18 лет), жившая в то время в Ленинграде, всеми силами пыталась попасть на фронт и участвовать в борьбе с фашизмом. Но являясь иностранцами, попасть в РККА обычным порядком молодые люди не могли, Поэтому они стали буквально штурмовать пункты формирования дивизий народного ополчения, приписывая себе возраст. В итоге 74 испанца попали в 3-ю Фрунзенскую дивизию ЛАНО, отправленную командованием на Карельский фронт… 

Наш правящий архиерей митрополит Петрозаводский и Карельский Константин в одном из своих трудов о Великой Отечественной войне пишет: «Это был искупительный, жертвенный подвиг, было совершено осознанное людское самопожертвование не только на фронте, но и в тылу, не только в физическом, но и в духовном измерениях. Весь народ сразу выучил наизусть слова песни гимна "Вставай, страна огромная", где была очевидна религиозная антитеза: священная война с фашистской силой темною». Владыка Константин проводит очень серьезную работу по изучению истории России в периоды революций и войн ХХ века. Все эти годы он с живым интересом относится и к «испанской» теме – он изучил целый ряд материалов о воевавших в наших краях испанцах. Отдельная полка в монастырской библиотеке отведена для его трудов. Из книг и публикаций владыки по истории удается узнать много нового о важных и значимых событиях и фактах из истории нашей страны, а зачастую посмотреть на некоторые из них под другим углом зрения, понять и отметить для себя причинно-следственные связи этих событий.


Беседовала Нина Ставицкая

Снимки представлены Сяндемским Успенским женским монастыре

Материалы по теме

Новости:

Публикации:

Участники круглого стола «Богослужение и молитва как средоточие жизни монашеского братства»
Участники круглого стола «Богослужение и молитва как средоточие жизни монашеского братства»