Святое место. 125 лет служения

Пюхтицкий Успенский ставропигиальный женский монастырь

«Пюхтица» в переводе с эстонского  «святое место». В 2016 году исполняется 125 лет со дня основания Пюхтицкого Успенского ставропигиального женского монастыря в Эстонии. Сегодня это один из наиболее известных монастырей Русской Православной Церкви, признанный центр Православия всего прибалтийского края, место, куда устремляются тысячи паломников со всех уголков света.

 Явление и обретение

Расположен монастырь на северо-востоке Эстонии, на склоне Пюхтицкой Богородицкой горы, в живописной местности между Чудским озером, овеянным славой святого благоверного князя Александра Невского, и Финским заливом. Хотя основан монастырь в 1891 году, его предыстория начинается в XVI веке.

По свидетельству Сыренецкой летописи, более четырех столетий назад на Святой горе было чудесное явление Божией Матери. Первым увидел Дивную Госпожу, освященную лучезарным сиянием, эстонец- пастух, а затем и приведенные им односельчане. Когда же они устремились на гору, видение скрылось. На том месте, где стояла Светозарная Госпожа, селяне обрели в расщелине огромного дуба икону древнего письма. Они передали ее русским православным крестьянам из соседней деревни Яама, подробно описав им чудесное явление.

Православные с радостью узнали в явленной иконе образ Успения Пресвятой Богородицы. В ознаменование явления Божией Матери они соорудили близ дуба небольшую деревянную часовню. С той поры часовня с чудесной иконой на Святой горе становится местом особого народного почитания. Святым почитается и источник с целебной водой, забивший у подножия холма.

Первое из дошедших до наших времен письменное упоминание о Пюхтицкой часовне относится к 1608 году. Оно содержится в визитационном протоколе Ре- вельской консистории, в котором лютеранский пастор сообщает, что живущие близ Исаакской капеллы русские крестьяне не желают участвовать в общей молитве и «дерзнули построить православную часовню».

В XIV веке в Эстляндии установилась власть Ливонского Ордена. Несмотря на насильственное обращение в католичество, часть населения сохраняла верность православию. Православие было первой христианской верой, которая пришла на эстонскую землю, и уже в XI веке в древнем Юрьеве (Тарту) имелись православные церкви, а в XV веке Господь воздвиг здесь сонм мучеников. Пресвитер Никольской церкви Исидор с 72 прихожанами были схвачены в 1472 году на реке Эмайыги в день крещенского водосвятия и заключены в темницу. На третий день за отказ принять чуждую веру они были брошены под лед в той самой Иордани, на которую выходили в праздник Крещения.

С введением в Эстляндии в первой половине XVI века лютеранства отношение власть имущих к православному населению не изменилось. Именно в это время в Пюхтицком крае и было чудесное знамение – явление Богоматери и обретение Ее иконы.

«Сказание о Пюхтицкой Чудотворной иконе Успения Божией Матери», изданное в Риге в 1892 году, повествует об этом так: «Видно, Она, Милостивая Ходатаица рода христианского, узрела с неба слезы наши и трудное житие... в этом отдаленном крае поморском, среди притеснений и постоянного страха от неправославных, и послала нам Свой Образ во знамение помощи Своей».

Поначалу Пюхтицкая икона хранилась в небольшой деревянной часовне на месте явления Богоматери. Когда же в 1818 году в ближайшем селе Сыренец, в двадцати пяти верстах от Пюхтицы, построили Ильинский храм, чудотворный образ был помещен в этой церкви. Во время пребывания иконы в Сыренце сложилась традиция: 15 августа, в праздник Успения, на один день приносить с крестным ходом икону в Пюхтицу на Богородицкую гору. С большими трудностями и препятствиями совершались эти крестные ходы, подчас занимавшие целые сутки. «Проезжих дорог от деревни Сыренец до Пюхтицы не было, шли через леса и болота, по узким тропкам, зачастую по колено в воде, икону несли поочередно, прижимая к груди», – записано в Сыренецкой летописи.

В XVIII и XIX веках вести о чудодейственной иконе разнеслись по всей России, и к 15 августа в Пюхтицу стекались богомольцы не только из Эстляндии, но и из других губерний, причем не только православные, но и лютеране.

Губернатор Эстляндский

В конце XIX столетия, в годы правления императора Александра III, для Православия Прибалтийского края наступили более благоприятные времена. В 1885 году по распоряжению Святейшего Синода, «дабы оградить Пюхтицкую святыню от инославных посягательств», здесь был открыт православный приход. К нему был назначен священник Иоанн Иогансон с причтом.

Особое значение для устроения монастыря имел праздник в Пюхтице 15 августа 1888 года. Его возглавил епископ Рижский и Митавский Арсений. Собралось до десяти тысяч человек.

«По окончании литургии вынесли из храма Чудотворную икону Богородицы и крестный ход спустился к живоносному источнику у подножья Богородицкой горы, где происходило водоосвящение... Зрелище это было красоты изумительной. Под лучами радостного солнца толпа сияла всеми переливами синего, белого, красного цветов праздничных своих одежд, и яркими искрами блестели среди этого потока людей золото, серебро и парча икон, крестов, хоругвей и риз священнослужителей», – так описывал Успенские праздники в Пюхтице Михаил Харузин, чиновник по особым поручениям при губернаторе.

В истории Пюхтицкой обители особая роль принадлежит Эстляндскому губернатору – князю Сергею Владимировичу Шаховскому. Он и его супруга, Елизавета Дмитриевна, вложили так много труда, забот и любви в дело созидания монастыря, что по праву считаются его основателями.

С.В. Шаховской одним из первых осознал необходимость создания на Богородицкой горе иноческой обители. С этой целью в 1887 году в местечке Иевве (ныне Йыхви) по его инициативе было открыто Отделение Православного Прибалтийского Братства (под председательством княгини Е.Д. Шаховской). Вскоре при Братстве были созданы приют для сирот, лечебница с аптекой, школа для детей бедных родителей и рукодельная. Все благотворительные учреждения, устроенные в Иевве, стали своего рода подготовкой к основанию Пюхтицкой женской обители на Богородицкой горе.

Важным шагом для основания монастыря явилось и приобретение земли Богородицкой горы под церковные постройки. Князь Шаховской исходатайствовал ее выкуп, и правительственным Указом от 29 апреля 1891 года вся земля перешла в собственность православного Духовного Ведомства. А следовательно, открылась возможность учредить здесь монастырь и перевести в него все благотворительные учреждения.

Князь так полюбил Пюхтицкую гору, что завещал похоронить его на ней. Он скоропостижно скончался 12 октября 1894 года, в возрасте 42 лет. За короткое время своего служения губернатором Эстляндии (1885–1894 гг.) князь успел сделать очень многое. Первым и решительным шагом молодого губернатора стала языковая реформа в делопроизводстве. Эстонский язык обрел, наконец, государственное признание (до этого указа было обязательным официальное использование только немецкого языка). Заслуги князя были отмечены даже его недоброжелателями. В некрологе немецкой газеты «Ревельский наблюдатель» на другой день после его кончины, в частности, говорилось: «Мы не можем умолчать о том, что он оказал большие услуги Греко- Православной Церкви здешнего края. Пюхтицкий монастырь и новые церкви для сельских приходов служат памятниками его деятельности».

Вдова князя, княгиня Елизавета Дмитриевна Шаховская, избрала местом жительства Богородицкую гору и принимала самое деятельное участие в работе благотворительных учреждений при монастыре. Каждый год в праздник Успения княгиня участвовала в организации приема богомольцев и участников крестного хода, во множестве стекавшихся в Пюхтицу.

Она лично обращалась ко многим людям с просьбами и письмами по вопросам устроения православия в Эстонии. Вот что писала княгиня Шаховская известному юристу Ф.Н. Плевако: «Мы – русские, православные, должны пойти навстречу нашим эстонским братьям и дать им то, без чего человеку на земле жить нельзя: церковь, школу, уход за больными...»

Торжество открытия общины на Святой горе было приурочено к празднику Успения Божией Матери 1891 года, а вскоре Пюхтицкая община получила статус монастыря.

Первая игумения

Первой Пюхтицкой игуменией (1891–1897 гг.) стала монахиня Варвара (Блохина), прибывшая из Костромы в 1888 году и возглавившая Иеввенскую женскую общину. В Костромской монастырь монахиня Варвара (в миру Елизавета Дмитриевна Блохина) поступила в десятилетнем возрасте и до Пюхтицы почти 40 лет проходила там самые разные послушания: была лучшей чтицей, прекрасной золотошвеей, уставщицей, помощницей ризничей.

Только за один год ее игуменства на Святой горе появились временная трапезная, жилые дома-келии, здание приюта для детей, необходимые хозяйственные постройки. Были заложены Святые врата, посажены деревья. Успешно налаживалась и молитвенная жизнь.

В 1892 году выдающимся русским зодчим, адъюнкт-профессором Санкт-Петербургской академии художеств Михаилом Тимофеевичем Преображенским был разработан генеральный план застройки монастыря. Архитектурно-строительными работами руководил его ученик, талантливый молодой архитектор Александр Полещук. К празднику Успения Пресвятой Богородицы 1892 года было завершено строительство православного храма на месте недостроенной кирхи, приобретенной вместе с землей. Новая – Успенская – церковь органично вписалась в общий монастырский архитектурный ансамбль. С устройством этого соборного храма на Богородицкой Горе появилась возможность поместить здесь чудотворную икону Успения, которая долгие годы хранилась в ближайшей Сыренецкой церкви. Пюхтицкая святыня вернулась на место своего обретения. В село Сыренец был передан точный список этого образа.

При игумении Варваре, в 1895 году, рядом с соборным храмом была устроена Трапезная церковь во имя Святых Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы. Она предназначалась для богослужений в зимнее время. Сразу по освящении трапезного храма здесь началось беспрерывное чтение Псалтири с поминовением поименно живых и умерших благотворителей монастыря, которое совершается и по сей день в домовой церкви при богадельне.

На вершине Богородицкой горы, рядом с княжеским домом, над усыпальницей губернатора Эстляндии князя С.В. Шаховского, его вдовой в 1895 году был сооружен деревянный храм во имя Преподобного Сергия Радонежского. Спустя много лет и княгиня Елизавета Дмитриевна Шаховская нашла здесь последний приют.

Усердием первой игумении монастырские храмы украсились иконами, писанными на Святой Горе Афон (большая икона Владимирской Божией Матери, икона святого великомученика и целителя Пантелеймона). Стараниями игумении Варвары была приобретена и старинная икона на кипарисовой доске, в середине которой помещен вызолоченный серебряный крест с 32 частицами святых мощей угодников Божиих, изображенных на иконе. Были приобретены также ценные предметы церковной утвари, пополнившие монастырскую ризницу.

Успешно действовала иконописная мастерская. Уже в 1894 году здесь сестрами была написана икона Божией Матери «Пюхтицкая», именуемая «У Источника», в дар дорогому батюшке отцу Иоанну Кронштадтскому.

Игумения Варвара с первых дней основания обители сумела установить строгий монастырский порядок, присущий только старинным монастырям. Каждодневный труд первых насельниц по сути был подвигом. По сохранившимся в обители рассказам, первые пюхтицкие сестры сами носили камни и бревна для постройки жилых домов-келий, возделывали и обрабатывали до 200 десятин земли, ухаживали за больными в лечебнице, обучали детей-сирот в монастырском приюте грамоте и рукоделиям.

При этом неукоснительно совершались все положенные по уставу монастырские богослужения. Из числа насельниц были созданы два монастырских хора: на церковно-славянском и эстонском языках. Основанная в 25 верстах от монастыря, в Сыренецкой волости, богадельня под названием «Гефсиманский скит» полностью содержалась на средства обители.

Игумения Варвара проявила себя как деятельная и просвещенная настоятельница. В 1897 году Богу было угодно призвать ее на труды в другие обители. Троицкий Черемисский женский монастырь Казанской епархии стал последним из устроенных ею монастырей. Там игумения Варвара в 1915 году окончила свою подвижническую земную жизнь.

Медаль Красного Креста

Второй настоятельницей Пюхтицкой обители (1897–1921 гг.) стала игумения Алексия (в миру Анна Михайловна Пляшкевич). В десятилетнем возрасте она поступила в Спасо-Бородинскую пустынь под Москвой. Послушница Анна тринадцать лет проходила там самые разные послушания, затем была переведена в Московский Страстной монастырь, где ревностно подвизалась в течение двадцати семи лет и приобрела необходимые для будущей игумении знания и навыки.

В Пюхтице ею были значительно расширены монастырские благотворительные учреждения: детский приют, училище для детей, богадельня для престарелых, лечебница, мастерские для обучения рукоделиям. С большой любовью заботилась игумения Алексия о всех монастырских подворьях и бедных приходах вблизи монастыря. При ней на монастырском подворье в Ревеле в 1902 году был построен (на средства благодетельницы Пелагии Ермиловны Басаргиной) изумительный по красоте двухэтажный каменный храм с большим куполом, 8 главками и колокольней, освященный в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы. В Петербурге в 1906 году (при помощи щедрой благодетельницы Ксении Тарасовны Ивановой) было завершено строительство храма Пюхтицкого подворья в честь Тихвинской иконы Божией Матери. В открытой игуменией Алексией школе живописи сестры монастыря с большим успехом писали иконы для этих храмов.

В трудные времена русско-японской войны 1904–1905 гг. в Пюхтицкой лечебнице принимали раненых воинов. За организацию помощи пострадавшим на поле брани игумения Алексия была награждена медалью Российского Общества Красного Креста. При ней Пюхтицкая обитель приобрела заслуженную известность. Число богомольцев с каждым годом росло.

Делом жизни игумении Алексии стало строительство большого трехпрестольного Успенского собора, который стал украшением монастыря и где обрела достойное место Пюхтицкая святыня – чудотворная икона Успения.

Строительство этого собора было предсказано святым Иоанном Кронштадтским еще при первой Пюхтицкой настоятельнице игумении Варваре.

«Дорогой Батюшка» и генерал Терещенко

Отец Иоанн Сергиев, ныне известный как праведный Иоанн Кронштадтский, занимает совершенно особое место в становлении Пюхтицкого монастыря. Он часто посещал Пюхтицу, духовно окормлял сестер и помогал строящейся обители материально. Однажды, возвращаясь с игуменией Варварой со святого источника, батюшка указал на вершину горы и сказал: «Матушка Варвара, смотрите, какой великолепный собор у вас на горе стоит!» На что матушка игумения ответила: «Батюшка, хорошо бы собор, да не на что – даже и речи не может быть!» А батюшка, словно и не услышав ее слов, вновь говорит: «Матушка! Посмотрите, какой великолепный собор у вас на горе стоит!..»

Отец Иоанн благословил строить новый собор в ту пору, когда не было собрано еще ни копейки. Он предвидел, что пожертвования не заставят себя ждать. На строительство требовались огромные средства, и игумения Алексия, управлявшая монастырем в те годы, направляла монахинь за сбором благотворительных подаяний в Ригу, Санкт-Петербург, Москву.

«И вот сверх всякого ожидания, – свидетельствует летопись, – Господь посылает монастырю помощь в лице нового благодетеля – московского генерал-майора Ивана Филипповича Терещенко, к которому пришла в 1905 году ездившая за сбором подаяний в столицу послушница Анна Абрамова. Заинтересовавшись смиренным, ласковым видом старицы-послушницы, генерал стал расспрашивать ее о монастыре. Старушка добродушно рассказала про Пюхтицу, что знала и как умела. Показала генералу небольшой фотографический снимок обители. Он внимательно посмотрел на снимок и после некоторого раздумья решительно сказал: «Я построю у вас настоящий соборный православный храм», – уточнив, что немедленно готов пожертвовать капитал с условием, что в храме ежедневно на проскомидии будет совершаться поминовение его и его родных». На пожертвованные генералом Терещенко 90 тысяч рублей и был возведен Успенский собор монастыря.

В Строительный Комитет по постройке нового храма были присланы несколько проектов. После того как все они были отклонены из-за тех или иных недостатков, составление проекта было поручено вышеупомянутому петербургскому архитектору Александру Поле- щуку, состоявшему техником контроля при Святейшем Синоде. Уроженец Эстонии и эстонец по матери, архитектор Полещук был помощником академика Преображенского при сооружении не только первой монастырской соборной церкви в 1892 году, но и Трапезного и Сергиевского храмов. Он имел огромный опыт работы, знал на практике все тонкости строительного дела.

Первая Успенская церковь была разобрана весной 1908 года. Весь камень, из которого она была сооружена, пошел на строительство фундамента нового храма. 15 июня состоялась торжественная закладка трехпрестольного Пюхтицкого собора.

Изготовление иконостаса было поручено известному резчику по дереву, потомственному почетному гражданину Петербурга Петру Семеновичу Абросимову, мастерская которого действовала с середины XIX века. По условиям контракта для изготовления иконостаса должны были использоваться самые лучшие материалы, а для позолоты – только червонное золото.

Расписывал иконостас признанный мастер церковной живописи, потомственный почетный гражданин Петербурга Феодор Егорьевич Егоров. За десять с половиной месяцев он написал 60 икон для трех иконостасов. Каждый эскиз предварительно проверялся архитектором А. Полегцуком. Он поставил художнику следующее условие: «Стиль письма не должен быть ни малярным, ни древне-византийским, а ближе к стилю итальянского ренессанса, но вполне в духе православия». Приглушенные мягкие тона, правильный рисунок фигур, тщательная проработка ликов и одеяний без всякой сухости – все соответствовало технике академической живописи. Тому времени вообще было свойственно итальянское влияние и работа масляными красками. Иногда игумения Алексия просила живописца внести поправки и радовалась, когда иконописные образы отвечали церковному умозрению.

Постройка нового собора продвигалась быстро, в чем нельзя не увидеть особенное попечение Царицы Небесной о Своей обители. 15 августа 1910 года, на престольный праздник, Высокопреосвященный Владыка Агафангел, архиепископ Рижский и Митавский, совершил великое освящение храма и главного престола в честь Успения Богоматери. А 26 сентября состоялось освящение правого придела в честь преподобного Иоанна Лествичника (имя которого носил почивший храмоздатель) и Серафима Саровского. По окончании литургии и молебна были провозглашены уставные многолетия, а также «вечная память» создателю святого храма «болярину» Иоанну и протоиерею Иоанну Сергиеву (Кронштадтскому), щедрому благотворителю и бессменному духовнику многих пюхтицких сестер, много сил и забот приложившему для процветания Пюхтицкой обители.

Еще через месяц, 25 октября, был освящен левый придел собора – в честь Святителя Николая Чудотворца и Великомученика Димитрия Солунского. Все необходимое для освящения – церковные сосуды, напрестольное Евангелие, Крест, Сион – было приобретено известным благоукрасителем храмов, потомственным гражданином Петербурга Димитрием Тимофеевичем Лукиным.

Первая мировая

Обитель быстро росла. В те годы насельниц было около 200 человек. Каждая насельница получала от матушки Алексии послушание на тот или иной труд: летом – на полевые работы, в зимнее время – на заготовку дров. Часть сестер занималась в живописной мастерской под руководством опытной монахини. В рукодельной вышивались золотом, серебром и шелком покровы и другие богослужебные принадлежности.

В годы Первой мировой войны (1914–1918 гг.) обитель претерпела много испытаний, но не переставала жертвенно служить ближним: раненым, инвалидам и сиротам оказывалась всевозможная помощь, продовольственная и денежная. При лечебнице монастыря был устроен лазарет для раненых воинов.

Приближение фронта в 1917 году и ощущение надвигающейся разрухи и голода заставили часть монахинь эвакуироваться. По предложению архиепископа Ярославского Агафангела «для укрытия на время войны» настоятельница игумения Алексия и 32 насельницы обители вместе с чудотворной иконой 13 октября 1917 года были эвакуированы в Петровский мужской монастырь города Ростова Великого Ярославской епархии. Летопись повествует об этом так: «13 октября в 2 часа дня все собрались в соборе. Отец Христофор Винк (монастырский священник) отслужил напутственный молебен перед чудотворной иконой Успения. Пение было заглушаемо рыданиями уезжавших сестер, скорбящих о разлуке с родной обителью. А те, кто оставался, скорбели о разлучении с дорогой святыней – чудотворной иконой Божией Матери. Затем все прикладывались к образу Божией Матери и прощались. Матушка игумения Алексия благословила всех сестер, простилась с ними и, взяв святую икону и мощи, села в карету и уехала, сопровождаемая звоном колоколов и плачем сестер. На монастырских лошадях отвезли в Иевве и тех, кому предстоял отъезд».

Управление монастырем временно было поручено казначее монахине Иоанне (Коровниковой), а ее помощницей назначена благочинная монахиня Афанасия. Первое время оставшиеся сестры чувствовали себя осиротевшими и покинутыми. Несмотря ни на какие трудности, мать Иоанна не унывала и твердо взялась за управление обителью. День ото дня успокаивались и сестры. Вскоре было получено утешительное письмо от Оптинского старца-затворника отца Анатолия, в котором он просил сестер ничего не бояться, пребывать в обители и во всем положиться на волю Божию. Его письмо было прочитано сестрам в трапезной.

Первая мировая война, а затем октябрьский переворот в России внесли кардинальные изменения в положение Православной Церкви и монастыря. Вся страна была охвачена гражданской войной. В феврале 1918 года было образовано Эстонское независимое государство. В 1919–1920 гг. в монастыре были размещены больные тифом солдаты Северо-западной армии генерала Н.Н. Юденича. В соборном храме, церкви преподобного Сергия Радонежского и других помещениях были оборудованы лазареты для тифозных больных. Многие из насельниц монастыря, ухаживая за больными, сами стали жертвами тифа.

Трудовая община

Земельное имущество монастыря было национализировано, за исключением небольшого земельного надела. Согласно новому законодательству, все сословные различия упразднялись, в том числе и монашество. Чтобы сохранить монастырь, в 1920 году обитель преобразуется в «Благотворительную христианскую Пюхтицкую женскую трудовую общину», почетной председательницей которой избирается княгиня Е.Д. Шаховская, а председательницей Совета общины – монахиня Иоанна (Коровникова), сохранившая за собой должность казначеи. 21 апреля 1921 года она была возведена в сан игумении и назначена третьей настоятельницей Пюхтицкой обители (1921–1943 гг).

Игумения Иоанна (в миру Анна Алексеевна Коровникова) была крестницей и духовной дочерью протоиерея отца Иоанна Кронштадтского, который в 1893 году и направил ее в Пюхтицу. Для первых насельниц монастыря отец Иоанн был поистине родным отцом – многих своих духовных чад батюшка посылал в обитель со словами: «Идите в Пюхтицу, там три ступени до Царства Небесного». Игумения Иоанна управляла обителью более двадцати лет — в тяжкие годы войн, эпидемий, разрухи и нестроений. Ее стараниями в Пюхтице сохранился уклад общежительного монастыря в свете древних православных традиций. Продолжалась и благотворительная деятельность: в приюте оставались воспитанницы, а сестры милосердия, как и прежде, принимали больных в лечебнице.

Община в те годы была лишена денежных капиталов и земельного имущества. Было много и других трудностей. Игумения Иоанна неопустительно присутствовала на службах, подавая сестрам пример усердной молитвы. Важным и радостным событием в жизни общины явилось возвращение в 1923 году в свою родную обитель игумении Алексии и 22 сестер, в 1917 году эвакуированных в г. Ростов. Более пяти лет прожили они там в тревоге и волнениях, усиленно ходатайствуя о возвращении в Пюхтицкую обитель, и получили, наконец, разрешение. В дороге матушка игумения Алексия заболела воспалением легких и на пятый день по приезде в монастырь, 12 января, скончалась и была погребена на монастырском кладбище.

Вскоре пришла весть о прибытии с пограничной таможни чудотворной иконы Успения, которую брала с собой почившая игумения Алексия. 11 февраля 1923 года святыня в сопровождении новой настоятельницы, игумении Иоанны, возвратилась в обитель.

Только в 1935 году Трудовая община вновь обрела статус монастыря, подчиненного Синоду Эстонской Апостольской Православной Церкви. Правительство выделило ему в аренду 102 гектара земель.

«Не разоряй Мой Дом!»

Страшным испытанием стала и Вторая мировая война. Три года фронт держался всего в 30 километрах от Пюхтицы, за рекой Нарвой, где шли ожесточенные бои. Окружающую монастырь местность жестоко бомбили. В послевоенные годы можно было видеть в округе множество воронок от бомб. Старожилы рассказывали, что во время войны не раз видели бомбы над монастырем, но неведомая сила отбрасывала их в сторону – и они падали за монастырской оградой.

Сестры старшего поколения вспоминали такой эпизод: после войны в обитель приехал военный летчик и попросил свидания с игуменией. В беседе с матушкой Рафаилой он рассказал, что ему был дан приказ бомбить собор. Несколько раз подлетал к месту, указанному на карте, но не мог ничего видеть – все было как в тумане. Стал бомбить по расчетам... И вдруг увидел высоко в облаках Женщину в голубом одеянии, простиравшую руки над собором и обратившуюся к нему со словами: «Не разоряй Мой Дом!»

После беседы с игуменией Рафаилой летчик зашел в собор, увидел икону Пюхтицкой Божией Матери, именуемую «У Источника», и сразу узнал в ней Ту, Которую видел когда-то над монастырем.

В июле 1944 года была объявлена эвакуация. Большинство монахинь выехало в поселок Альбу в 20 километрах от Таллина. При переезде шесть сестер погибли, попав под обстрел с воздуха в городе Йыхви. До окончания войны не дожила и настоятельница монастыря игумения Иоанна – она скончалась 16 января 1943 года и погребена на монастырском кладбище.

Четвертой настоятельницей монастыря (1943–1946 гг.) была игумения Алексия (в миру Пелагия Андреевна Голубева). Она поступила в Пюхтицкую обитель в 1896 году и проходила послушание в живописной и рукодельной мастерских. С 1928 года и до возведения в сан игумении была казначеей монастыря.

В военные и послевоенные годы игумения Алексия, как и ее предшественницы, полагала все силы на благо обители. Приходилось изыскивать средства на неотложный ремонт зданий, содержание престарелых и больных сестер. Матушке настоятельнице удалось и в годы нестроений поддерживать в обители строгое монастырское благочиние.

В начале 1946 года игумения Алексия, по ее личной просьбе, в связи с болезнью, была освобождена от обязанностей настоятельницы монастыря и находилась с того дня на покое. В 1952 году пострижена в схиму с именем Сергии и скончалась 3 мая 1953 года, в возрасте 72-х лет.

6 июля 1946 года была назначена исполняющая обязанности настоятельницы монастыря монахиня Рафаила (в миру Параскева Филипповна Мигачева), вскоре возведенная в сан игумении (1946–1955 гг.).

Будущий Патриарх

Послевоенные годы были крайне тяжелыми. Не хватало хлеба, кормов для скота. Пахали сохой, вручную пилили лес, на своих плечах носили пудовые мешки с зерном и за много верст ночью возили их на мельницу, потом привозили и засыпали в закрома. Содержали лошадей, коров, обрабатывали огороды. Молодых сестер было мало, рук рабочих не хватало, к тому же каждая сестра должна была ежегодно сдавать государству несколько кубометров дров. Нормы были очень высокими, для старых сестер непосильными. Сами валили сосны, потом все сучки обрубали, распиливали, складывали на телегу и привозили в монастырь. Вывозили дрова только по снегу, поэтому торопились сдать норму, пока была зима.

Матушка игумения Рафаила была местной, из села Сыренец (ныне Васкнарва). С большим терпением и знанием дела она вела монастырское хозяйство и для сестер обители всегда была образцом в несении послушания.

В 1955 году вместо ушедшей на покой по болезни игумении Рафаилы монастырь возглавила монахиня Ангелина, и вскоре она стала шестой настоятельницей Пюхтицкой обители (1955–1968).

Игумения Ангелина (в миру Людмила Дмитриевна Афанасьева) родилась в Тифлисе (Тбилиси) в 1894 году. Девятнадцати лет поступив в Пюхтицкий монастырь, она несла послушание в рукодельной, а также в монастырской лечебнице – медсестрой. В 1917 году вместе с настоятельницей игуменией Алексией и другими сестрами была эвакуирована в Ростов. По возвращении в монастырь несла послушание ризничей.

С середины 50-х годов, во время так называемых «хрущевских» гонений на Церковь, над Пюхтицей повисла угроза закрытия. В 1960 году был взорван и сметен с лица земли храм Пюхтицкого монастырского подворья в Таллине, который был одним из самых красивых храмов города. Верующие пытались обращаться к властям с просьбой сохранить храм, однако прошение не было принято во внимание. Рассматривался вопрос о закрытии Пюхтицкого монастыря и устройстве в нем дома отдыха для шахтеров, а в Таллинском Александро-Невском кафедральном соборе – планетария.

Осенью 1961 года на Таллинскую кафедру был назначен молодой, только что посвященный архиерей – епископ Алексий (Ридигер), будущий Патриарх Московский и всея Руси. Молодой епископ оказался в крайне трудном положении: таллинский уполномоченный по делам религии сообщил владыке, что властями было принято решение о закрытии Пюхтицкого монастыря и 36 «нерентабельных» храмов. Новопоставленный епископ смог убедить представителя власти, что ему невозможно начинать свое служение на кафедре с закрытия обители.

Получив небольшую передышку, владыка Алексий стал действовать. В тяжелые для Церкви годы было немного способов убеждения и наиболее действенным часто оказывалось положительное упоминание той или иной обители или храма в иностранной печати. По приглашению епископа Алексия Пюхтицкую обитель вскоре посетили делегации Константинопольской Церкви, Евангелической Церкви Франции, Всемирного Совета Церквей. После многочисленных положительных откликов в иностранной печати закрытие Пюхтицкого монастыря стало невозможным. Владыка Алексий смог отстоять и кафедральный Александро-Невский собор в Таллине.

Игумения Варвара

3 января 1968 года указом Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия I (Симанского) седьмой настоятельницей Пюхтицкой обители (1968–2011 гг.) была назначена монахиня Варвара (в миру Валентина Алексеевна Трофимова). Она начинала свой иноческий путь в Пюхтице, затем проходила монастырские послушания в Виленском Марие-Магдалининском женском монастыре. 19 января 1968 года, по приезде монахини Варвары из Вильнюса в Таллин, митрополит Таллинский и Эстонский Алексий возвел ее в сан игумении с вручением настоятельского жезла.

Первое, с чем пришлось столкнуться молодой пюхтицкой игумении Варваре (Трофимовой), было проведение ремонтно-восстановительных работ: монастырь не ремонтировался еще с довоенных времен и все храмы и прочие монастырские сооружения обветшали и нуждались в неотложном ремонте. Новой настоятельнице приходилось этим заниматься ежедневно: чинить купола, кресты, крыши храмов и других зданий, проводить отопление, воду, электричество, украшать собор настенной живописью. В те нелегкие для Церкви годы не могло быть и речи о строительстве новых храмов и других построек. Лишь в конце 70-х годов удалось надстроить жилые помещения над кирпичным зданием бани-прачечной и там разместить инокинь, которых готовили для отправки в Иерусалим, в Горненскую обитель.

Тогда же стала ощущаться насущная необходимость создать более благоприятные условия для приема гостей и паломников обители. С помощью сотрудников Хозяйственного управления Московской Патриархии началось строительство сначала архиерейского дома, а затем помещения для представительских целей с большим конференц-залом (где можно было проводить епархиальные собрания, международные семинары). Митрополит Алексий (управлявший тогда Таллинской епархией и одновременно делами Московской Патриархии) сумел обосновать необходимость постройки подобных зданий в Пюхтицком монастыре как месте проведения международных христианских встреч.

А в 1986 году в корпусе для престарелых монахинь была оборудована и освящена небольшая домовая Алексие-Варваринская церковь.

В 1988 году, когда вся историческая Русь праздновала 1000-летие своего Крещения, в Пюхтицкой обители развернулось масштабное церковное строительство: были выстроены Георгиевская часовня, колокольня Сергиевской церкви, первая в Эстонии церковь- крестильня для крещения с полным погружением. Тогда же вокруг обители была выстроена массивная ограда из гранитного камня с двумя новыми башнями.

Радостным событием в жизни обители был отмечен и 1989 год. Осенью в Санкт-Петербурге началось восстановление Иоанновского монастыря, который был передан Пюхтицкой обители в качестве подворья. В середине октября туда были направлены из Пюхтицы рабочие и сестры во главе с монахиней Георгией (Щукиной).

25 декабря 1991 года определением Священного Синода Свято-Иоанновский монастырь стал самостоятельным и приобрел статус ставропигиального.

7 июня 1990 года на Поместном Соборе протоиерей Иоанн Сергиев Кронштадтский был причислен к лику святых Русской Православной Церкви. На том же Соборе митрополит Алексий (Ридигер) был избран Патриархом Московским и всея Руси.

В 1990–91 годах на долю Пюхтицкой обители выпало дело восстанавления Никольского храма (с. Яама), разрушенного в военные годы. Его освящение состоялось 29 мая 1991 года, и с тех пор там совершаются регулярные богослужения. Прежде они проходили в убогой деревянной кладбищенской часовенке поблизости.

Новейшее время

После распада СССР были закрыты границы и установлен визовый режим, богомольцам стало труднее посещать Пюхтицу. Для сохранения тесной связи верующих России с монастырем указом Патриарха Алексия II от 8 июля 1993 года в Москве было создано Пюхтицкое подворье, образованное при храме святителя Николая в Звонарях, с назначением монахини Филареты (Смирновой) исполняющей обязанности настоятельницы подворья. В декабре следующего года состоялась первая служба. 29 августа 1996 года весь храм был восстановлен и освящен, а монахиня Филарета возведена в сан игумении.

Сейчас в сестричестве подворья 70 сестер; имеются два скита: Преображенский в подмосковном поселке Юдино и небольшой скит преподобного Никона Радонежского в поселке Марино Сергиево-Посадского района. В Преображенском скиту Юдино живут и трудятся 35 сестер, они несут послушания в церкви, на скотном дворе, в огородах, на кухне.

Сестры подворья в Москве заняты самыми разными послушаниями: на клиросе, за свечным ящиком, в канцелярии, на кухне, в ризнице, в просфорне, в швейной и в прачечной, на цветниках и уборке.

Летом 1990 года Пюхтицкий монастырь приобрел статус ставропигиального.

5 сентября 1991 года обитель отметила столетний юбилей. Торжества возглавил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, а среди почетных гостей был новоизбранный президент Эстонской Республики Арнольд Рюйтель.

В 2002 году Пюхтицкому монастырю в качестве подворья был передан Ильинский храм в Васкнарве.

В августе 2010 года обитель отметила последний юбилей настоятельницы игумении Варвары – ее 80-летие. Вскоре, 28 ноября, она была пострижена в великую схиму с оставлением прежнего имени. 8 февраля 2011 года схиигумения Варвара скончалась. Погребена она у алтарной стены монастырской кладбищенской церкви.

Матушка схиигумения Варвара управляла монастырем полных 43 года.

С 2011 года обитель возглавляет игумения Филарета (в миру Ксения Викторовна Калачева). 

Журнал «Монастырский вестник», № 8/32

Материалы по теме

Новости

Публикации

Доклады

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ