«Если не будет послушания, не будет и спасения»

Игумения Георгия (Щукина)

В марте этого года исполняется 29 лет игуменского служения настоятельницы Горненского Свято-Казанского монастыря в Иерусалиме матушки Георгии (Щукиной). Дата не круглая, однако вспомнить о ней хочется, потому что интерес к тем, кто стоял у истоков возрождения церковной жизни в нашей стране и многое сделал для развития монашества в постсоветский период, постоянен. Примером своей верности Христу такие люди, наши современники, открывают нам высокие духовные горизонты.

11 марта стало известно, что Священный Синод освободил игумению Георгию, приняв во внимание состояние ее здоровья, от обязанностей по управлению монастырем. Архиереи во главе со Святейшим Патриархом выразили матушке благодарность за многолетние труды и постановили быть почетной настоятельницей Горненской обители. Мы публикуем сегодня беседу с матушкой, состоявшуюся несколько лет назад, когда она приезжала в Москву. Верится, что ее ответы порталу «Монастырский вестник» – с трогательными подробностями – помогут монашествующим (особенно новоначальным, недавно избравшим этот путь) и мирянам лучше и ярче представить личность игумении, которая прожила долгую жизнь в Церкви и без малого три десятилетия на Святой Земле.

Матушка, Вы можете поделиться воспоминаниями о своем приходе в монастырь и о том, как Вам открывались основополагающие вещи в духовной жизни?

Когда я поступила в Свято-Успенский Пюхтицкий женский монастырь, мне восемнадцать лет исполнилось. Это был 1949 год. Поначалу даже не верилось, что я попала в дом Царицы Небесной. Меня подселили в келью к монахине Аркадии, духовной дочери Всероссийского батюшки отца Иоанна Кронштадского. Сама она была родом из Кронштадта и рассказывала, что батюшка часто повторял: «Сестры, послушание – выше поста и молитвы». Еще, по ее словам, он говорил: «Сестры! Только безропотно! Только безропотно! За послушание, за послушание – и три шага до Царства Небесного». Если не будет послушания, не будет и спасения. Почему так? Потому что прародители человеческого рода Адам и Ева нарушили послушание. И видите, в каком зле лежит наш мир: на протяжении веков представители разных государств не хотят слышать друг друга. Дома детки родителей не слушают. Сколько от этого бед! А в монастыре первое и самое главное – послушание. В Пюхтице я прошла хорошую школу послушания. Умеешь ты что-то делать или не умеешь – дали тебе послушание, ты должна в ответ произнести одно только слово – «Благословите». У нас тогда не было ни рабочих, ни трудников. Рабочих рук не хватало. Сестры ходили в лес, вручную валили громадные деревья, потом их распиливали. Надо было все сучки обрубить. Затем на лошадках увозили дрова в монастырь. А в монастыре надо было топить в храме, трапезной, богадельне, игуменском доме, священническом доме, в кельях. Старались запастись дровами на все холодное время года. Это сколько же дров надо было! В каждой келье жили по две сестры. И печечка стояла. По очереди топили. Договаривались: сегодня я этим занимаюсь, завтра – ты. И никаких проблем не возникало. Нам даже в голову не приходило сказать, что вот это я смогу сделать, а это не смогу. Нет, не было такого! Хотя, помню, пришла я в монастырь слабенькой в физическом плане. Совсем худенькой была, блокаду пережила. Даже – страшно об этом думать – в морг по ошибке попала, когда меня с сестричкой приняли за покойниц. Но Господь меня спас, а сестричка моя не выжила… В монастырь попала – тоже не сыто жили, по три кусочка хлеба нам давали.

На день?

Да. Сестра, которая ходила на общее послушание (в лес или еще на какую-то тяжелую работу), получала еще один кусочек. Четвертый…

А какие еще тяжелые работы были?

Мы бороновали, пахали, вручную косили. Все тогда делалось вручную. Электричества не было. Хлеб сами выпекали. Стояла огромная, как ее назвать – квашня? – так вот назначали трех сестер, чтобы они месили тесто. Воду приходилось носить из колодца в ведрах на коромысле. Конечно, нелегко было. Однажды благочинная назначила меня в просфорню месить тесто, и во время той непростой во всех отношениях работы я одну монахиню, мать Ираиду, попросила рассказать, что ее привело в монастырь, как я слышала, в 14 лет. Услышала от нее запомнившийся мне на всю жизнь рассказ: ей во сне явилась Матерь Божия! Но девочка-подросток не знала, что это Матерь Божия. «Вдруг, – рассказывала она, – передо мной появилась необыкновенной красоты женщина. Вся сияющая. И говорит мне: «Дочь Ирина (она до монашества была Ирина)! Ты хочешь быть Моей служанкой и жить в Моем Доме?» Та отвечает: «Хочу». Гостья опять повторяет вопрос и услышав снова ответ: «Хочу», говорит: «Приходи!» Затем стала невидима. А это была Матерь Божия. По благословению батюшки Иоанна Кронштадтского она в 14 лет и пришла в монастырь. После ее рассказа я подумала: «Боже мой! Значит мы здесь все – служанки!» И мысленно воззвала: «Матерь Божия! Возьми меня в служанки. Я тоже буду все делать! Только прости меня, если что-то я не умею делать. Я всему научусь!» И научилась. Например, сено надо было в стога складывать, затем вывозить его на лошадях. Старшая монахиня нам показала, как запрягать лошадей. Может, не сразу всё начало получаться, но потом я освоила эту «науку» и за святое послушание самую тяжелую работу делала с радостью. С радостью думала, что в нашем монастыре живут служанки Царицы Небесной. Позже матушка-игумения Рафаила взяла меня в келейницы.

Матушка, кто Вас постригал в монашество?

Будущий Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Тогда он Таллинским и Эстонским архиереем был. Часто вспоминаю, как он Пюхтицу спасал.


Ее ведь в начале 60-х годов прошлого века собирались отдать шахтерам под Дом отдыха, но епископ Таллинский и Эстонский Алексий привозил сюда иностранные делегации с просьбой по возвращении домой публиковать у себя в прессе статьи о Пюхтицкой обители? Так было?

Именно так. Власти посягали на монастырь не единожды, но владыка привозил гостей из Финляндии, Германии, Греции и других стран, чтобы те видели, какой здесь монастырь, как трудятся его насельницы. Итогом многочисленных положительных откликов в иностранной печати стала невозможность закрытия Пюхтицкого монастыря… Когда у меня голосок появился, я по благословению старицы Рафаилы начала управлять сестринским хором. Приезжая к нам с зарубежными гостями, владыка Алексий говорил мне перед экскурсией: «Мать Георгия, в темпе, пожалуйста, в темпе». Надо было успеть показать всё. И скотный двор, куда гостей водили посмотреть лошадок, коровушек, молочка попить. И святой источник. Дальше члены делегации отправлялись за грибами в лес. Мы знали, что владыка сам очень любит собирать грибы, у нас даже место было, которое мы прозвали «Владыкин бор». Матушка-игумения, случалось, скажет мне: «Георгия, возьми нескольких сестер, с владыкой пойдете». Мы немножко хитрили: наберем грибов, Владыка только отвернется, а мы ему в корзиночку – раз-раз – и подбросим. Так что корзиночка быстро наполнялась.

Вас направили в Санкт-Петербург восстанавливать Иоанновский монастырь на Карповке. Хотя и трудное послушание, но все-таки родной для вас город, где все знакомо. А как Вы восприняли послушание, связанное с настоятельством в Горненском Казанском женском монастыре в Иерусалиме? Ведь до этого Вы не верили отцу Николаю Гурьянову с острова Залит, который Вам и игуменство предрекал, и Иерусалим?

В 1991 году на праздник Рождества Христова звонит мне Святейший Патриарх Алексий и спрашивает, как идут ремонтно-восстановительные работы на подворье на Карповке. Тогда это было подворье Пюхтицкого монастыря, а я там была старшей сестрой. Я стала подробно рассказывать, как мы крышу отремонтировали, как купола и кресты установили, как верхний храм начали восстанавливать. Мы в тот момент спешили отреставрировать покои святого праведного Иоанна Кронштадтского. Также сказала по телефону, что с радостью встретим Его Святейшество во время предстоящего Великого поста. И вдруг слышу: «Спаси Господи, мать Георгия! Хорошо. Но теперь придется потрудиться на Святой Земле, в Иерусалиме. Там вам надо будет поднимать Горненский женский монастырь. Ваша миссия будет заключаться в том, чтобы принимать паломников. Поэтому всё следует отремонтировать и восстановить обитель». Я сразу в ответ: «Святейшенький, я ведь не смогу. У меня ведь характер не тот. К тому же я ни арабского, ни английского, ни еврейского – никакого иностранного языка не знаю. Как я там буду?» И тут же стала предлагать другие кандидатуры. «Мать Георгия, на сегодняшний день у меня только одна кандидатура – ваша. Справитесь. Пробудете в Горнем столько, сколько сможете», – услышала в ответ.

А отец Николай Гурьянов, действительно, духом видел, что меня ждет. Иногда он при мне неожиданно начинал петь: «Иерусалим, Иерусалим…» Много других знаков его прозорливости было, значение которых я смогла осознать лишь спустя время.

Как на Святой Земле началась Ваша жизнь?

На место нового послушания мне пришлось уехать 27 марта 1991 года. В Горненском Казанском женском монастыре пять с половиной лет не было игумении. Привез меня на Святую Землю сам Патриарх Алексий. До этого Его Святейшество посвятил меня в сан игумении в Елоховском соборе в Москве. В Иерусалим мы прибыли к Вербному воскресенью. Принимал нас Блаженнейший Патриарх святого града Иерусалим и всея Палестины Диодор. Оба уже ушли в вечность – и наш Патриарх Алексий II, и Блаженнейший Диодор… (Когда в декабре 2000 года Блаженнейший Диодор скончался и его отпевание проходило в патриаршем храме святых равноапостольных Константина и Елены, Предстоятель Русской Православной Церкви Алексий II в этот день в московском Зачатьевском монастыре совершил краткую заупокойную литию по Патриарху Диодору. Патриарх Алексий подчеркнул, что «этой молитвой мы как бы приносим благодарность почившему Первосвятителю от всей Русской Церкви, к которой он всегда относился с большой любовью»). Так вот на Страстной неделе мы Святейшего проводили, он улетел в Россию. А я тогда в первый раз попала ко Гробу Господню, в Великую Субботу. Что мне особенно запомнилось? Тишина. Ни туристов, ни паломников – никого не было. Только местные христиане, да еще наши горненские сестры и сестры из Гефсиманского монастыря. Мы стояли у самой Кувуклии. И знаете, так благодать Божия сверкала, такое было ее изобилие, что это невозможно передать словами. Когда сошел Святой Свет, Патриарх Иерусалимский Диодор спокойно вышел из Кувуклии, и мы прямо от его свечи зажгли свои свечи. Так было в первый год моего приезда на Святую Землю. И на второй год – то же самое. Тишина и спокойствие. А сейчас столько людей приезжает из разных уголков мира, что даже в храм не войти! Вся площадь перед храмом Гроба Господня заполнена. Людей понять можно: они хотят быть сопричастными к чуду схождения Благодатного Огня на Гробе Господнем. Мне же посчастливилось стоять у величайшей святыни христианского мира в сосредоточенной тишине, что усиливает молитвенное состояние.


С теплотой и улыбкой я вспоминаю один эпизод. Схимонах Пантелеимон уже много лет подвизался у Гроба Господня, неся послушание главного его хранителя. И вот кто-то ему сказал, что в Горненский монастырь приехала новая игумения. Он по-русски говорил плохо, но в то же время очень эмоционально постарался донести до меня смысл своих слов. «Матска! Матска! Матска!», – схватил меня за руку. – Гроб! Гроб! Гроб!» И повел меня прямо ко Гробу Господню. Я увидела, что вся мраморная плита там влажная и почувствовала благоухание. На плите лежала ватка, и отец Пантелеимон снова трижды эмоционально произнес: «Вытиляй! Вытиляй! Вытиляй!» Потом дал мне кусочек кустодии – печати из чистого воска самого лучшего качества, которой опечатываются двери Кувуклии до входа туда Патриарха. Патриарх снимает эту кустодию, и потом отец Пантелеимон дает ее всем по кусочку. Ватку и частичку печати. Порою даже не верится, что я сподобилась такой благодати Божией, но всё это в моей жизни было, за что я бесконечно благодарна Господу.

Матушка, какие у Вас отношения с сестрами женских монастырей в Иерусалиме, находящихся в юрисдикции Русской Православной Церкви Заграницей?


Милостью Божией мы живем с ними в мире и согласии. Прежде и я, когда позволяло здоровье, бывала у них. И мои сестры с радостью посещают эти обители. Допустим, приезжает группа паломников из России или стран ближнего зарубежья – человек 20 или 30, и мне из Русской Духовной Миссии нашей Церкви сразу же присылают программу, куда их повезти, что им показать. Программа очень насыщенная. И Гефсимания в нее обязательно входит с посещением монастыря святой равноапостольной Марии Магдалины, и гора Елеон – с посещением женского монастыря Вознесения Господня. Кто-то из наших сестер по послушанию везет туда группу, и наших паломников всегда там принимают с сердечным вниманием. Проблем никаких нет. Еще нужно добавить, что мы подчиняемся Русской Духовной Миссии в Иерусалиме. Без благословения начальника Миссии никто никуда поехать не может. Или что-то сделать по своему усмотрению. Всё делается только по его благословению.

А как наш русский православный монастырь существует в священном городе трех религий? Возникают ли какие-то проблемы с их представителями или людьми разных национальностей?


К счастью, нет. Если брать по порядку: с арабами у нас прекрасные отношения. Большинство арабов исповедует ислам, но есть также арабы крещеные, православные. Некоторые из них трудятся в Горненском монастыре, помогают нам, потому что территория монастыря большая, на ней находятся домики, в которых живут сестры. (Один, второй, третий, четвертый – все выше и выше по склону). Также на самом верху у нас идут службы в главном монастырском соборе. Его строительство началось еще в прошлом веке, в 1911 году, однако в 1914 году прервалось в связи с началом Первой мировой войны. Работы возобновились лишь в 2003 году, и вот 12 ноября 2012 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл во время своего официального визита в Иерусалимский Патриархат прибыл в Горненский монастырь и совершил освящение престола собора в честь Всех святых, в земле Российской просиявших. Сколько лет этот собор без служб простоял?! А теперь такая радость для всех, такое счастье! Раньше мы служили в нижнем храме в честь Казанской иконы Божией Матери. Там тесновато стало, поскольку паломников приезжает много, как и обещал нам Святейший Патриарх Алексий II. И вот теперь наверх поднимаемся…

Но вернусь к заданному мне вопросу. Религия евреев – иудаизм, евреи ходят в синагогу, и почвы для конфликтов у нас с ними нет. Хорошие отношения сложились и с братьями во Христе – православными греками из Святогробского братства, хранителями святого Гроба Господня. Так что всё слава Богу!

Матушка, допустим, кто-то из России захочет приехать на послушание в Горненский монастырь в Иерусалиме, куда и к кому он должен обратиться?


Зависит от того, на какое время человек собирается приехать. Если, допустим, на три месяца, то надо оформлять документы через ОВЦС Московского Патриархата. Если на месяц или чуть больше, или меньше, тогда – через начальника Русской Духовной Миссии в Иерусалиме. Кого-то могут оставить в самой Миссии потрудиться, кого-то направляют к нам. Еще у нас есть участки Русской Духовной Миссии в Хевроне с дубом Мамврийским, в Иерихоне, в Хайфе, в Тиверии – на берегу Галилейского моря, где можно отведать «рыбы апостола Петра».

У Вас огромный монашеский опыт, поэтому разрешите обратиться к Вам с таким вопросом: например, человек не может понять, нужно ему принимать монашество или нет? Как разобраться в себе?

Надо иметь призвание к монашеской жизни, чтобы безраздельно служить Господу. Не чувствуешь призвания, не иди в монастырь. Создавай семью, воспитывай деток. Это тоже хорошо. А если есть призвание, то иди со смирением в душе. И за святое послушание Господь поможет – и вразумит, и научит, и силы душевные и телесные даст. Всё за святое послушание! Сейчас, конечно, дух другой стал. Многие хотят, чтобы было полегче. Чувствуется изнеженность, стремление к комфорту. Но ради Господа, ради будущей жизни, ради Царства Небесного и спасения своей души надо всё терпеть и куда бы тебя в монастыре не направили трудиться, в ответ произносить одно-единственное слово: «Благословите». И делать всё с душой. Тогда в душе будет мир.


***

В октябре 2019 года в Историко-культурном центре «Соборная палата» Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета проходила конференция, посвященная 60-летию со дня кончины игумена Серафима (Кузнецова), который выполнил обещание, данное Великой княгине Елисавете Феодоровне: рискуя жизнью на каждом участке невероятно долгого пути, Белогорский скитоначальник все-таки смог перевезти останки Алапаевских мучениц (Великой княгини Елисаветы Феодоровны и инокини Варвары) в Иерусалим, где захоронил их по-христиански. Среди докладчиков форума была монахиня Мариам (Юрчук), насельница Горненской женской обители в Иерусалиме. В перерыве ее обступили люди, которым хотелось услышать из первых уст о физическом и духовном состоянии матушки-настоятельницы Георгии, отметившей в 2016 году свое 85-летие. Мать Мариам ответила, что физически матушка слаба – болезни и возраст решительно заявляют о себе. Но духовное ее состояние, по словам гостьи, просто удивительное. Матушка, невзирая на немощи, постоянно излучает свет и радость. От нее сестры получают такое утешение и ободрение!

Судя по воспоминаниям игумений наших православных обителей, начинавших свой монашеский путь в Пюхтице вместе с будущей настоятельницей Горненского монастыря игуменией Георгией, дар утешения и ободрения у нее был всегда. Одно из таких воспоминаний приводится в статье на сайте СОММ «Главное в отношениях между игуменией и сестрами – матушкина молитва и взаимное доверие»Материал был подготовлен к 80-летию настоятельницы Иоанно-Предтеченского ставропигиального женского монастыря в Москве, игумении Афанасии (Грошевой). Сейчас матушка Афанасия на покое, а в начале 2000-х годов, придя в столичный монастырь как живая часть Пюхтицкой обители, настоятельница старалась передать сестрам обители на Ивановской горке традицию родного монастыря. О многом она им рассказывала, и в цепочке ее воспоминаний особое место занимала игумения Георгия (Щукина). Напомним один трогательный эпизод из названной публикации: пюхтицкие сестры трудятся в поле на покосе. Жара, все устали. Вдруг видят: матушка Георгия везет им арбузы. Не забыла о них! Порадовала! И на душе стало веселее, и силы физические прибавились.

Наверное, этот целительный дар утешения и ободрения, окрепший с годами, является одной из главных составляющих духовного подвига Горненской матушки.


Материал подготовили Екатерина Орлова и Нина Ставицкая

Фото: Владимир Ходаков.
Также представлены снимки из архива Пюхтицкого Успенского ставропигиального женского монастыря и официального сайта Русской Духовной Миссии в Иерусалиме.

Материалы по теме

Новости

Публикации

Участники круглого стола «Добродетель послушания в современных монастырях: практические аспекты»
Пюхтицкий Успенский ставропигиальный женский монастырь
Участники круглого стола «Добродетель послушания в современных монастырях: практические аспекты»
Пюхтицкий Успенский ставропигиальный женский монастырь

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ