Сербские подвижники – носители традиции исихазма

Архимандрит Кирилл (Бойович), Сербская Православная Церковь, Черногорско-Приморская митрополия, Цетинский мужской монастырь

Доклад на XXII Международных Рождественских образовательных чтениях, направление «Монашеская традиция: от древности до наших дней» (Сретенский ставропигиальный мужской монастырь, 28−29 января 2014 года)

Введение

Ваши Высокопреосвященства, Ваши Преосвященства, честные отцы и матери, возлюбленные о Господе братья и сестры! Мне выпала большая честь приветствовать вас от имени Сербской Православной Церкви на этих научных чтениях и передать вам приветствие и благословение Его Высокопреосвященства митрополита Амфилохия, который, будучи занят делами епархии, не смог быть здесь вместе с вами. Как вы знаете, в нашей Церкви праздник святого Саввы, просветителя сербского, отмечается 14/27 января, причём и до и после этой даты проводится много торжественных духовных мероприятий в честь святителя в разных городах Черногорско-Приморской и других епархий СПЦ.

Для меня является честью поздравить вас с великим юбилеем – 700-летием со дня рождения преподобного Сергия Радонежского, который по житию и по духу, несомненно, принадлежит к числу подвижников исихазма в широком смысле этого понятия. Мне самому посчастливилось закончить Московскую духовную академию в Троице-Сергиевой Лавре и именно там напитаться духом Преподобного и его молитвы. Конечно же, я не совсем тот человек, который должен был бы выступать сегодня перед вами на столь сложную тему, если учесть мои весьма скромные познания в святоотеческой литературе об исихазме и мой весьма скромный опыт внутреннего духовного делания. Но я попытаюсь донести до вас некоторые мысли, прочитанные или услышанные мною от более искусных подвижников и богословов, трудившихся на этом духовном поприще.

В узком смысле термин «исихазм» относится лишь к духовно-религиозному и богословско-философскому движению на православном Востоке в XIV веке, преимущественно на Афоне, Балканах, а потом и у сербов. Возможно, в таком узком смысле исихазм можно было бы назвать, вслед за митрополитом Амфилохием, «паламизмом» − по имени святого Григория Паламы, с личностью которого данное движение органично и неразрывно связано.

Само понятие «исихазм» гораздо шире и так или иначе охватывает целый период жизни христианской Церкви, а его корни следует искать еще глубже – в житии ветхозаветных подвижников: достаточно вспомнить святых пророков Моисея и Илию. Святой Григорий Нисский в толкованиях псалмов говорит о Моисее, что тот провел сорок лет, удалившись от людей и пребывая в «молитвенной тишине» и созерцании мира невидимого.

«Следовательно, как духовное искание и религиозно-философское направление исихазм имеет своеобразные истоки в иудейско-библейской апокалиптике и в греческой религиозной философии среднего и нового платонизма. В то же время исихазм, как особый образ жизни и мировоззрение, возник и развился лишь в христианстве и преимущественно на Востоке. Конкретные начатки исихастского образа жизни и мышления можно найти уже в раннехристианском монашестве – египетском, сирийско-палестинском и синайском. Затем исихазм распространяется повсеместно на православном Востоке, через Малую Азию и Царьград доходит до Святой Горы и Балкан, где достигает своей вершины в середине XIV века. Вскоре это духовное движение, оказавшее влияние на все сферы жизни и культуры православных народов, проникает через Лазаревича в Сербию и продвигается на северо-восток – в Валахию, Молдавию и Южную Россию, чтобы в XVIII столетии, через преподобного Паисия (Величковского), опять вернуться на Святую Гору (известное святогорское движение так называемых «колливадов»), а в XIX – начале XX века пережить свой новый расцвет в русском старчестве (преподобный Серафим Саровский, оптинские старцы, праведный Иоанн Кронштадтский)».

В наши дни это исключительно православное философско-аскетическое движение вновь переживает свой расцвет на Афоне, а также можно сказать, что и во всем православном мире, и его всё активнее разрабатывают современные православные богословы.

Для полноты картины надо сказать, что не только монахи-отшельники практиковали исихазм как подвиг внутренней самоконцентрации и умно-сердечной молитвы, но аналогичной по своему содержанию духовной жизнью жили и великие отцы Церкви на Востоке, в том числе занимавшие епископские кафедры в городах, как, например, великие каппадокийцы IV века – достаточно вспомнить, в чем состоит, по учению святого Григория Богослова, закон жизни: «Бога следует поминать чаще, чем дышать». Святой Григорий Палама и исихасты XIV века являлись последователями великих восточных отцов IV–VIII веков: во-первых, каппадокийцев, затем – Дионисия Ареопагита и Иоанна Лествичника, Максима Исповедника и Иоанна Дамаскина, и, наконец, преподобного Симеона Нового Богослова (X–XI век, когда начался новый подъем исихастского образа жизни). Преподобный Симеон, как и Палама, говорит, что Бог есть Свет и пребывает в неизреченном свете. И поэтому тот, кто достигает соединения с Богом, делается причастным Его вечному свету и сам становится светом. Это достигается посредством веры и добродетелей, из которых, по его учению, самая совершенная – «исихия».

Этот полет внутреннего делания, отразившийся в личности преподобного Симеона Нового Богослова, будет подхвачен Никифором Исихастом (XIII век), Григорием Синаитом (XIII–XIV век) и продлится до святого Григория Паламы и прочих святогорских и балканских исихастов. Все эти упомянутые подвижники и мыслители (богословы) на Православном Востоке и в Византии, а затем на Балканах и во всем православном мире являли уже завершенный синтез молитвенной «практики» и «теории» раннехристианского жития и мышления.

Сербские исихасты

Конечно, невозможно упомянуть в коротком обзоре всех подвижников исихазма, в течение столетий подвизавшихся на канонической территории Сербской Православной Церкви, ибо их – известных и неизвестных – великое множество. Отметим также, что, хотя о многих из них доподлинно известно, что они подвизались на канонической территории СПЦ, в остальном, к сожалению, исторические сведения о них чрезвычайно скудны, а их жития – весьма кратки. Как правило, память о них осталась в церковно-народном предании какой-либо конкретной местности или связана с теми монастырями или храмами, где они подвизались, либо которые были ими основаны. Итак, нашей целью является не перечислить всех подвижников исихазма в СПЦ, а показать в своем докладе, что они присутствуют в нашей Церкви и среди нашего народа с самых первых веков христианства в Сербии и до сегодняшнего дня. То есть мы хотим сказать, что сербский народ, как и другие христианские народы, в каждом поколении старается исполнить святую заповедь апостола о непрестанной молитве (1 Фес. 5, 17).

XI век

Преподобный Прохор Пчиньский (день памяти – 19 октября/1 ноября).

Современник преподобных Иоанна Рыльского и Гавриила Лесновского. Родился в начале XI века в овчепольском крае – на нынешней территории Македонии, одной из бывших югославских республик. Его вымолили у Бога престарелые бездетные супруги – Иоанн и Анна. Получив хорошее образование, он удалился в пустыню. До самой своей смерти преподобный подвизался в пещере близ реки Пчинь. Он предсказал Диогену, что тот станет византийским императором. В знак признательности император Роман IV Диоген построил церковь, из которой впоследствии вырос монастырь Прохора Пчиньского. Мощи святого мироточивы.

Преподобный Гавриил Лесновский (день памяти – 15/28 января).

Избегая славы людской, он менял места подвига. Сначала подвизался в Лесновском монастыре, где и покоятся его мощи. Был чудотворцем при жизни и после смерти.

Преподобный Иоаким Осоговский.

Родился, вероятно, близ современного города Вранье в Сербии. Подвизался в Осоговских горах, недалеко от города Крива-Паланка (ныне – территория Македонии). Жил в пещере, в местности под названием Сарандопор. Сейчас там находится монастырь. От мощей преподобного происходит множество чудес.

XII – XIII века

Святой Савва, первый архиепископ Сербский

Родился около 1169 года. Принял монашество в русском монастыре Русик на Святой Горе Афон. Всю свою жизнь святой Савва был распят на кресте двуединой любви: любви к молитвенному уединению и любви к духовному просвещению своего народа. О его жизни в молитве и уединенном молитвенном безмолвии свидетельствуют Карейская, Студеническая, Милешевская кельи. О его подвигах на Святой Горе житие повествует так: «Хлеба и воды вкушал скудно; понемногу вина и елея, изнуряя молодые силы. Во все часы дня и ночи непрестанно молился Богу, а в воскресные дни никогда не смыкал глаз для сна вплоть до рассвета. Носил лишь худую власяницу, только чтобы прикрыть наготу тела, и терпел холод. Всегда ходил босой, так что кожа на его ногах настолько отвердела, что он не чувствовал острых камней». Святой Савва постоянно возвращался на Святую Гору и к колыбели восточного монашества: в Палестину, Египет и Синай. Упокоился в Тырнове в 1236 году.

Архиепископ Даниил II (день памяти – 20 декабря/2 января).

Родился около 1270 года. Игумен Хиландарского монастыря на Святой Горе, впоследствии – архиепископ Сербский. Несомненно, он был того же духа, что и святой Савва. Под его руководством строились монастыри Баня и Дечаны. Обладал особым даром слёз. Упокоился в 1338 году. Его мощи находятся в Богородичной церкви, которую он и построил, в монастыре Печской патриархии.

XIV – XV векa – расцвет исихазма в Сербии и на Балканах

Связи Сербии и Синая восходят еще к эпохе святого Саввы. Во время своего второго путешествия на Восток святой Савва сделал большое пожертвование на возрождение Каломонийского монастыря в Заиорданской пустыне, служившего синайским паломникам местом отдыха. Святую Четыредесятницу он проводил в посте и молитве на Синайской горе. Синайские рукописи XIII века свидетельствуют о присутствии на Синае сербских монахов. Связи Сербии с Синаем и духовное влияние Синая на нее продолжались в течение всего периода правления династии Неманичей.

Григорий Палама и царь Душан.

Насколько нам известно, сербы как минимум дважды помогли Паламе в самые опасные моменты его жизни. Первый раз это было во время ожесточенных споров вокруг исихазма. Тогда сербские монахи из Хиландарского монастыря встали на сторону безмолвствующих, которых возглавлял Палама, и хиландарский игумен подписал известный Святогорский томос. Во второй раз купцы из окрестностей Дубровника выкупили Григория Паламу у агарян и тем самым спасли его от рабства. При всей несомненной важности этих событий, наиболее интересная встреча Паламы с одним из сербов произошла зимой 1347/1348 г. Величайший богослов и величайший властитель той эпохи одновременно были «изгнаны»: один – своими врагами, противниками исихазма, а другой – чумой, и оба нашли спасение в одном и том же месте – на Святой Горе. Душан, недавно ставший правителем «сербов и греков», воспользовался присутствием видного иерарха Византийской Церкви, находившегося в незавидном положении (он был вынужден покинуть свою кафедру в Солуни), чтобы встретиться с ним. Душан предложил Паламе перебраться в свое царство, однако Палама отклонил это предложение. Позднее он согласился вести от имени Душана переговоры (нам точно неизвестно, о чем) с Царьградским двором. Результат этого посредничества нам также неизвестен. Дошла до нас и одна интересная легенда о встрече Паламы и Душана. Во время разговора царь Душан напомнил Солунскому епископу, что греки его не принимают, и поскольку он не может возвратиться на свою кафедру, пусть лучше переезжает в Сербию, где ему будут предоставлены все мыслимые житейские блага (храмы, города...). Святой Григорий, как последовательный приверженец исихазма, внимательно выслушал все предложения, но ответил так: «Я не нуждаюсь ни в политической власти, ни в приходах, ни в областях, ни в прибыли, ни в большом богатстве», и проиллюстрировал свои слова, сравнив человека с губкой, которая может впитать в себя лишь одну чашу воды. Указав рукой на Эгейское море, омывавшее заснеженный Афон, Палама спросил Душана, могла бы губка, брошенная в море, поглотить всю его воду? «Нет, не могла бы», − ответил сам Палама. И добавил: «Она бы впитала только одну чашу, а море осталось бы нетронутым». И Душану всё стало ясно.

 

Присутствие сербских монахов в Палестине и на Синае подтверждается многочисленными сербскими старинными церковными рукописями. Большинство этих рукописей, хранящихся на Востоке, относится к XIV веку. Рукописи встречаются также в XV веке и позднее, вплоть до XVIII века. Связи эти стали еще теснее в период правления царя Лазаря, благодаря исключительно личности самого Лазаря, его особому расположению к святогорскому и палестинско-синайскому монашеству. Связи Сербии с Палестиной и Синаем продолжались и во времена правления княгини Милицы, Стефана Высокого (Лазаревича) и Георгия Бранковича, не прерываясь вплоть до XVIII века.

Осуществление этого стремления к близости с Палестиной и Синаем достигает своей вершины с момента прибытия преподобного Григория Синаита и его учеников на Святую Гору и основания монастыря на границе Болгарии с Византией, который со временем стал очагом распространения учения синаитов как в Болгарии, так и в сербских землях, особенно в Моравской Сербии, а затем и дальше, в Румынии и России.

Исключительная чуткость царя Лазаря и его последователей к духовным и культурным событиям того времени, относительно благоприятные для духовной и культурной жизни политические условия в Сербии по сравнению с Византией и Болгарией, особенно в конце XIV и первой половине XV века, способствовали тому, что Моравская Сербия в эпоху Лазаревича и Бранковича стала местом объединения самых ярких носителей духовного возрождения того времени на православном Востоке и очагом великих культурных достижений. В основании духовных процессов и событий, отразившихся на всей культуре православных народов XIV−XV веков и позднее, лежит синаитско-святогорское исихасткое движение. Им, его духом и его духовной и идейной устремленностью было вдохновлено не только монашество и духовная жизнь того времени, но и церковная и государственная политика, архитектура и искусство, литература, общественное устройство − одним словом, вся общественная жизнь.

В XIV веке начались массовые переселения монашествующих в Сербию, и не только с Афона, но и из других монашеских центров. Это переселение и мудрая политика царя Лазаря и его последователей способствовали тому, что за короткий период появилось множество духовных центров. Первым из них стал монастырь Раваница. За ним последовали другие церкви и монастыри: Лазарица, Введения в Ждреле (Горняк), Йошаница, Нова Павлица, Дренча, Наупара, Любостыня в Алексинце, Сисоевац, Копорин, Велуче, Петковица, Жупаневац и другие. Многие из них уже не были общежительными, как прежде, но возникали пустынножительные поселения, подобно синайским и святогорским скитам. Такое поселение появилось около монастыря Раваница, в районе Любостыни и Мойсиня, а ущелье Ждрела превратилось в малую Фиваиду с центром в монастыре Горняк, где подвизался Григорий Синаит Младший.

Заселяются снова скиты в ущельях метохийской Быстрици в окрестностях Печа, Дечан, и Призрена. В одном из них подвизался патриарх-пустынник исихаст Ефрем. По национальности он был болгарин. Будучи сыном священника, он с малолетства стремился к духовной и подвижнической жизни. В 23 года он бежал на Святую Гору, так как родители хотели его женить. Сначала он жил в Хиландаре, потом – в Зографе, а то и просто на Афонской Горе. Из-за турецких набегов ему пришлось перейти в один монастырь в окрестностях Пловдива, где он стал игуменом.

Патриарх Иоанникий благословил его остаться в «Дечанской пустыни», в одном из скитов. После смерти Душана Патриарх Савва предоставил Ефрему келью в Ждреле, недалеко от Печской патриархии. Когда началась борьба за власть в государстве и в Церкви, Собор избрал Ефрема Патриархом в 1375 году вместо почившего Саввы. Когда преподобному сообщили о его избрании, он заплакал, ибо не хотел быть Патриархом. В 1379 Ефрем оставил престол, передав его Спиридону, а сам опять удалился в пустыню. Всё же после смерти Спиридона в 1389 году князь Лазарь уговорил его снова принять должность. Ефрем управлял Сербской Церковью в тяжелое время после поражения в Косовской битве. Скончался в 1399 году. Его мощи находятся в монастыре в Печи.

В Зете Балшича (сегодня Черногория) в конце XIV века сформировалось подобное монашеское поселение, своеобразная «Зетская Святая Гора». В этот же период строится группа небольших церквей и монастырей на берегах Скадарского озера – Старчева Горица, Бешка, или Брезовица, Морачник, Краина, Ком, Космач, − в том же духе святогорской скитской архитектуры, преобладавшей в то время благодаря синаитско-святогорскому движению в области Скадарского озера.

Монахи, переселившиеся в Сербию (большая часть Моравской Сербии) и Зету, в народной памяти и предании остались под именем синаитов. Многочисленные монастыри и пустыни Моравской Сербии хранят их мощи и святые предания о них. Сохранилось полное житие только преподобного Ромила Раваницкого и некоторые исторические сведения, не всегда точные, о преподобном Григории Синаите Младшем, авторе жития преподобного Ромила. Одной из главных причин того, что имена всех этих святых людей не сохранились в народном и церковном предании, было их желание остаться неизвестными, скрыть свой подвиг. Народные предания говорят о священном числе − «семи синаитах», но на самом деле их намного больше. По народном преданию, название «синаит» преимущественно принадлежит ученикам преподобного Ромила Раваницкого и преподобного Григория Синаита Младшего (Горняцкого), чьим духовным источником служили монастыри Раваница и Горняк.

Ромил родился в Видине от отца грека и матери болгарки. Там же он вырос и получил начальное образование, затем, тайно покинув родной край, отправился в Загору близ Тырнова, где принял монашеский постриг с именем Роман. Жаждущий более строгой духовной жизни, он уходит вместе с другом Иларионом в Парорию, к уже тогда известному Григорию Синаиту, от которого узнает синаитские духовные предания и принимает образ жизни, полный послушания, верности духовному отцу и смирения.

После кончины Григория (1346) Роман со своим старцем и другом Иларионом несколько раз переходит из Загоры в Парорию, в Парории к нему присоединяется Григорий из Царьграда, впоследствии автор его жития. Роман принимает великую схиму с именем Ромила. Его келья стала местом, где собирались многие искавшие духовных наставлений и желавшие уврачевать свои страсти. Старец Ромил, как и все исихасты, особенное значение в духовной жизни придавал духовному отцовству и послушанию. С группой учеников он отправился в Авлон (Валон, Албания), а оттуда в новопостроенный монастырь Раваница в Сербии, в котором впоследствии скончался и был похоронен и где по сей день почивают его мощи.

Примеру преподобного Ромила следовал и его ученик и сподвижник Григорий Синаит Младший Горняцкий, с группой своих учеников. Святогорское предание утверждает, что пришел он «из Сербии» и приписывает ему основание афонского монастыря Григориат, названного так впоследствии по его имени. Из-за нападений агарян и он покидает Святую Гору и вместе с группой своих учеников идет в Сербию, где их принимает князь Лазарь. В Ждреле Браничевском, у подножья Хомольских гор, на левом берегу реки Млавы создается новый монастырь Горняк. Во времена деспота Стефана Лазаревича там подвизалось около 300–400 монахов. Ныне мощи Григория находятся в монастыре Горняк.

Следует также назвать и преподобного Сисоя Синаита. Преподобный Сисой – игумен Хиландарского монастыря, был близок князю Лазарю. В монастыре Сисоевац находится его могила, а в церкви – фреска, на которой он изображен держащим в правой руке церковь как ктитор. Храм посвящен празднику Преображения, который был особенно любим синаито-святогорскими исихастами. Народ почитает Сисоя как преподобного и чудотворца и особенно ему молится о даровании детей.

Поминается и преподобный Андрей Синаит в окрестностях Раваницы. В монастыре Рукумия под Сопотом на Млаве, возле Пожаревца находился гроб еще одного пустынника – преподобного Мартирия Синаита. В монастыре Туман в Голубце, посвященном Архангелу Гавриилу, почивают мощи преподобного Зосимы Синаита Туманского. Строительство монастыря связано с именем Милоша Обилича, который был зятем царя Лазаря и который убил султана Мурата в Косовской битве. Во время восстановления монастыря, в 30-е годы прошлого столетия, были обретены мощи преподобного. Раскопки мощей, которые оказались «чисто золото желтого цвета», производил русский игумен Лука с братией.

Также назовем и Даниила Синаита; судя по всему, он мог быть учеником Григория Горняцкого. Наряду с преподобными Ромилом, Андреем и Сисоем Синаитами, монастырь Раваница связан с именем еще одного пустынника – преподобного Вавилы Синаита.

На Мойсинской горе находится множество церквей и монастырей, связанных с периодом правления Лазаря и с монахами – носителями духа синаитско-святогорского движения. Предание говорит, что на горе, которая и называлась «Мойсинской Святой Горой», было около 25 монастырей, а есть сведения, говорящие о 50 монастырях. Среди сохранившихся монастырей самый известный – монастырь Св. Романа, на пути от Ражня к Джунису, недалеко от Южной Моравы. Монастырь связан с именем преподобного Романа Синаита. Монастырь построил (или восстановил) князь Лазарь или один из его приближенных. К его южной стене пристроена часовня, в которой находятся мощи преподобного Романа Синаита. Маловероятно, что речь идет о Романе, ученике свв. Климента и Наума, т. е. о Романе, жившем на 200 лет раньше Неманичей (cр.: Иустин Попович. Жития за август (16). C. 287). Видимо, речь идет об одном из синаитов, о чем свидетельствует предание, архитектурный стиль церкви и время строительства (восстановления) монастыря, тем более, что вся область Мойсиня связана с синаитами. Преподобный Роман пользуется большим почитанием народа, день прославления – 16 августа.

Наряду с преподобным Романом, сохранилось и имя преподобного Нестора Синаита, который, по преданию, был его братом. Преподобный Нестор воздвиг церковь выше села Витковац, на левом берегу Моравы, посвятив ее св. Нестору. Похоже, что это тот самый Нестор, причисленный к самым выдающимся духовным личностям эпохи князя Лазаря.

Помимо церквей Св. Романа и Св. Нестора, упомянем и следующие церкви и храмы, рассыпанные по Мойсинской горе и впадинах Послонской горы – Св. Петка Трнянская, Св. Петар, Джунис, Св. Архангел в селе Црквине, Каоник – церковные развалины, Бралина в Расинском районе (сохранился фундамент), Яковац, Стеванац, Варламовац, Св. Петка Сталачка. Мойсинские церкви, как правило, расположены в скрытых, иногда труднодоступных местах. Все они построены в стиле святогорско-моравской архитектуры, преобладавшей в то время. Особенно нужно выделить церковь Пресвятой Богородицы в Джунисе, названную народом Джунисия. Это место в наши дни снова стало одним из самых значительных святынь Сербии. Само ее название говорит о некоем Дионисии, но о каком именно Дионисии идет речь, у нас нет никаких исторических данных. Не исключено, что это опять же некий Дионисий Синаит. В XIV веке был известен Дионисий, ученик прп. Феодосия Тырновского (ученика прп. Григория Синаита Старшего). Согласно сведениям из жития Феодосия, он был священником, великим подвижником и пустынником, трудом зарабатывал свой хлеб; был премудр в Священном Писании, знал греческое и славянское Писание, «был в разуме глубок». Известно, что большое количество учеников преподобного Феодосия и патриарха Тырновского Евфимия, перешло в Сербию после падения Болгарии (1393), поэтому и предположение о приходе Дионисия в Мойсин имеет основания.

Хранит предание и имя преподобного Йоша Синаита, жившего и подвизавшегося в пещерах холма Шареника близ Йошаницы (Ягодина). Так же, как о преподобном Зосиме, которого ранил Обилич, и о нем предание говорит, что его случайно ранил во время охоты князь Лазарь. На месте гибели Йоши князь Лазарь позже построил монастырь Йошаницу. С южной стороны от западного входа в церковь и сейчас находится его захоронение, к которому народ прибегает за помощью и исцелением.

Существует предположение, что к cинаитам принадлежал и инок Герман – «последний среди иноков», основатель монастыря Преображения Господня в Липовце.

Жива в народе память и о некоем отшельнике Стефане, подвизавшемся в тех же пещерах. О нем говорят, как о великом молитвеннике и народном благодетеле. Существует даже предание о том, что в той пещере какое-то время жил Стефан Высокий, молясь о спасении народа от «безбожных агарян».

Предание о том, что в монастыре Нимник, который находится недалеко от монастырей Туман и Горняк, подвизался и упокоился преподобный Николай Синаит, записал в прошлом веке Иоаким Вуич (см.: Иоаким Вуич. Путешествие по Сербии. I. СКЗ, Белград, 1902. С. 65).

И Овчарско-Кабларское монашеское поселение, которое и сейчас зовется «Сербской Святой Горой», не без основания связывается с синаитско-святогорским движением XIV−XV вв. К монахам cинаитам принадлежал, по всей вероятности, и св. мученик Иоанн Стеницкий. Преподобный Иоанн подвизался в «Лештянской пустыни» (Лешье на Црнице близ Парачина). Мученически погиб. По подлинной записи священника Илии, в 1474 году, в церкви в Ежевице, «погубила безбожная рука исмаильская кира [господина – греч.] Йоана Лештянского и Стеницкого... Увы нам!» По некоторым сведениям, это случилось в Духов день 1462 года, на «Святыне» близ монастырского источника; по другим, его заперли в церкви вместе с монахами и верующим народом и подожгли, все сгорели заживо. Есть версия, что турки посадили его на кол рядом с монастырем, а монастырь сожгли.

В те времена в долинах Западной и Голийской Моравы были действительно крупные и сильные монашеские колонии, особенно в Овчарско-Кабларском ущелье, в котором только монастырь Николье насчитывал 300 монахов. И в Стеницком монастыре было много монахов, некоторые из которых занимались переписыванием книг, об этом сидетельствует «писарница», специальное помещение, находящееся в западной части монастыря (см.: В. Ст. Караджич. Даница, 1826, 3. Протич. То же).

В монастыре Витовница близ Петровца, на Млаве, строительство которого связано со временем правления князя Лазаря, находится могила еще одного неизвестного синаита. Безымянный преподобный синаит похоронен с северной стороны средней части церкви. Сейчас гроб его пуст. Местные жители притекают к нему как чудотворному.

Наряду с преподобным Григорием Войловицким, в тех же задунайских краях помнят еще одного неизвестного синаита. Его могила находится в монастыре Базъяш в Банате. Монастырь посвящен празднику Преображения, любимому монахами синаитами и исихастами XIV−XV вв. По преданию, он был построен в конце XV века, как и монастырь Боджани, первыми монахами которого были постриженики и беженцы из монастыря Ресавы (иеромонахи Никанор, Никодим, Филофей, Герасим, Феофилакт, диаконы Герман, Елевферий и Авксентий). Они бежали от угрозы турецких набегов, которым Ресава подвергалась дважды (1439, 1456) (см.: П. Момирович. Монастырь Боджани. С. 11, 15−16). С этим распространением монахов Моравской Сербии расширялось и распространялось благотворное влияние синаитско-святогорского духовного предания.

Недалеко от задушбины княгини Милицы, монастыря Любостыня, оформилось мужское монашеское поселение «Любостыньская пустынь», поддерживавшее близкие связи со Святой Горой и синаитами. Само название говорит о синаитском исихастском духе. Здесь монахи пустынники занимались переписыванием книг. Один из самых известных – Радослав Живописец, который пришел со Святой Горы по просьбе деспота Стефана –переписывать Евангелие, «Судей, Левит, Второзаконие, Моисея пять книг и Зонару».

По записям этого «Радослава Живописца» мы узнаем и о крупном монашеском поселении под горой Висока, на реке Дайше (Дальше). Этот монастырь – Рождества Богородицы, основал «инок», святогорский переписчик, пришедший по просьбе деспота Стефана сначала (1421) в «пустынь Любостыньскую»; задержавшись в Сербии, он основал монастырь, в котором собралось 35 монахов. Монастырь был основан во время правления деспота Стефана и патриарха Никона. Монастырь поддерживал близкие связи со Святой Горой и быстро стал духовным центром всего края.

По образу жизни к синаитам можно причислить и св. Ефрема пустынника, Патриарха Сербского.

Св. Ефрем – болгарского происхождения, родился около 1311 года. Жил на Святой Горе, откуда, из-за турецких вторжений, перешел со своими учениками сначала в Ибарское ущелье, затем в Дечанскую пустынь, а после этого в пещеры над Быстрицей, близ Печа. Находясь там, был избран Патриархом, в период примирения Сербской и Царьградской патриархий (1375). Дважды покидал патриарший престол, сначала удалившись в монастырь Св. Архангелов близ Призрена, а затем в пустынное место в окрестностях Печа, где и упокоился 15 июня 1399 года. Мощи его почивают в Печской патриархии. Св. Ефрем был другом тогдашних исихастов – Царьградского Патриарха и Евфимия Патриарха Тырновского, который был исихастом и синаитом, благодаря своему учителю Феодосию, самому известному ученику преподобного Григория Синаита в Болгарии. Именно в его время, благодаря примирению с Царьградской патриархией, сербским государственным Соборам (1374, 1375), массовым переселениям сербских, греческих, болгарских монахов с Афона и из других мест, чувствуется сильнейшее влияние святогорского монашества на Сербию. В ту эпоху переселения монахов захватили и более широкие области: так, после падения Армянского государства (в 1375 году) и армянские монахи бежали в Молдавию, Влахию и Сербию. Поэтому не удивительно, что во второй половине XIV века замечено влияние Армении, Сирии, Палестины, Кавказа и даже арабов на культуру балканских православных народов. В конце XIV века, после поражения Болгарии (1393), вторая крупная волна ученых болгарских монахов, которые так же, через Патриарха Евфимия, вышли из школы Григория Синаита и его учеников, захлестнула Моравскую Сербию и нашла прибежище в деспотовине Стефана Высокого. Среди них особенно выделялся Константин Философ, значительной личностью был Григорий Цамблак и др. Монастырь Манасия, задушбина Стефана Высокого, стал духовным и культурным центром, местом, где зародилась Ресавская школа, влияние которой позднее достигало не только Болгарии, но и России.

К движению синаитов и святогорских исихастов, по времени и по духу, принадлежит и преподобный Никодим Тисманский, основатель множества монастырей в Румынии, справедливо названный «просветителем Румынии». Родился в Македонии, от отца грека и матери (по преданию) сербки (румынские жития говорят, что он был македоно-влахского происхождения), чувствовал себя «Евангельски равно и греком и сербом и румыном, ибо не взирал на телесное происхождение свое, но на благодатную святость и богоугодность» (см.: Арх. Иустин Попович. Жития за декабрь, (26). С. 758–761). Постриг принял на Святой Горе, в сербском монастыре, был близким другом старца Исайи, болгарского Патриарха Евфимия, князя Лазаря и членом делегации Сербской Церкви для примирения с Царьградской патриархией.

Современником синаитов был и преподобный Иоанникий Девичанский (вторая половина XIV и первая половина XV века). Носитель такого же синаитского пустыннического духа и исихасткого жития. Родился в Дукле, подвизался на Черной Реке, а когда прославился там своей добродетельной жизнью, бежал в уединенную Дреницу, где и упокоился в 1430 году; мощи его и сейчас почивают там (день памяти − 2 декабря) (см.: Арх. Иустин Попович. Жития за декабрь. С. 31−36)

Появление Иоанникия, пустынника Девичанского, именно в Зете – неслучайно. И Зета была охвачена этим духовным движением и стала одним из центров, собравшим исихастов того времени. Об этом свидетельствуют триконховые церкви монашеских поселений на Скадарском озере «Зетской Святой Горы». Особенно известна Старчева Горица, которая упоминается в дни «Господина Балшы» и Джурджа Балшича (1368−1379). Горица получила свое название по старцу Макарию (ее основателю). Так по сей день называется и остров, на котором она находится.

С синаитско-святогорским исихастским движением органически связан и расцвет знаменитого монашеского оазиса в Метеорах в Фессалии. Основатель Преображенского монастыря на Великом Метеоре преподобный Афанасий Метеорский был в личном общении, во время его пребывания на Святой Горе и в Царьграде, с Григорием Синаитом, Даниилом Исихастом, Исидором и Каллистом (впоследствии с Царьградскими Патриархами), и с другими выдающимися личностями из круга синаитов и святогорских исихастов того времени. (Об Афанасии подробно – Арх. Иустин Попович, Жития за апрель. C. 297−305.) Метеоры пережили свой расцвет именно во время сербского правления этими областями. Сербский деспот эпирский и фессалийский Иоанн Урош Палеолог, большой почитатель Святой Горы и исихастов, отрекшись от власти, стал одним из самых верных учеников преподобного Афанасия. В монашестве получил имя Иоасаф, став вместе с Афанасием ктитором Преображенского монастыря на Широкой Скале. Жизнь окончил пустынником и сейчас известен как преподобный Иоасаф Метеорский (см.: Жизнь преподобного Иоасафа Великометеорского. Арх. Иустин Попович. Жития за апрель. С. 306−309). Они оба справедливо могут называться синаитами.

Всё изложенное нами далеко не исчерпывает всю проблему синаитов и их роли в жизни сербских земель XIV и XV веков и еще менее исчерпывает проблему исихазма и его влияния на всю нашу культуру того времени. Мы только коснулись этого вопроса. Совершенно очевидно, что движение синаитов было много шире и глубже, чем говорит об этом народное предание, которое, так или иначе, сводит его к «семи синаитам». Наряду с их огромным значением в возрождении монашества и духовной жизни Сербии XIV−XV веков, возрождении и реформации литургической жизни, литературы и правописания, их огромной роли в пробуждении глубокого экклезиологического самосознания и оживления в Сербии подлинных иконописных и богословских преданий, наряду с установлением связей между православными народами и воскрешением в народном самосознании подлинного христианского понимания нации, – наряду со всем этим важно подчеркнуть то, что оказалось особенно спасительным во время турецкого ига: синаиты и исихасты пробудили ощущение более глубокого понимания истории и всех исторических событий. В то время, когда началось разрушение всех земных ценностей, когда пошатнулись и структуры самой христианской Вселенной, появились эти носители в пустыне расцветшего оптимизма и своим пустынническим эсхатоном, непреходящим Царством Небесным, открыли христианскую ось истории и вечный смысл всего происходящего в ней. Их присутствие и трагические события способствовали тому, что сербский народ духовно созрел и, через мученичество, заключил свой «Косовский Завет» с Богом; завет, который спас его в прошлом, но который и стал и остался указателем его будущего пути.

XVI − XVII века

Чтобы показать, что на канонической территории Сербской Православной Церкви и среди сербского народа были и есть люди, вскормленные духом «старых» подвижников, что дух исихазма жив в нашем народе, мы приведем несколько имен из древней и новой истории нашей Церкви – имена людей, которые, несомненно, были носителями этого духа и предания. Мы ограничимся преимущественно территорией, находящейся под юрисдикцией митрополита Амфилохия, поскольку из-за недостатка времени и ограниченности объема доклада у нас нет возможности упомянуть всех подвижников нашего народа, которые своей жизнью в Церкви показали себя подлинными носителями духа исихазма.

Первый из них – святой Василий Острожский, чудотворец, митрополит Захолмско-Герцеговинский (день памяти − 29 апреля/12 мая).

Он родился 28 декабря 1610 года в Герцеговине и при крещении получил имя Стоян. Пятнадцатилетним юношей постригся в монахи под именем Василий. В 25 лет стал иеромонахом. С 1638 становится епископом Захолмским (Восточногерцеговинским), а затем и митрополитом. Всю свою жизнь – от молодости до упокоения в пещерной церкви, посвященной Честному Кресту, которую он сам и построил, − святой проводил в уединении, молитве и посте – в той степени, в какой это ему позволяли обязанности архиерея и различные обстоятельства (например, военные действия). Об этом говорится в тропаре: «От юности твоея всего себе Господеви отдал еси, пребывая в молитвах, трудех и постех, отче Богоносне, образ был еси добродетели твоему стаду...». Известен скит (испосница) при Хиландарском монастыре на Святой Горе, в котором святой одно время подвизался. Своими руками он построил на Острожской горе две пещерные церкви: Введения Богородицы, где сейчас почивают его святые мощи, и Честного Креста Господня (нынешний монастырь Острог в Черногории). В этих храмах он часто молился, особенно в последние годы своей земной жизни; там и упокоился в коленопреклоненной молитве в субботу Светлой седмицы, 29 апреля/12 мая 1671 года. Записанными сохранились немногие слова этого великого святителя Сербской Церкви, чудотворца при жизни и после смерти. Вот одно из его высказываний: «... Жил я некоторое время в Остроге в пустыне. Немало труда и усердия приложил я здесь и имения своего не жалел для Бога и ради милости Пресвятой Богородицы... В Остроге, на студеной скале, ради теплоты Божией... Всё предал я в руки Вышнего и Пресвятой Богородицы».

Преподобный Стефан Пиперский (день памяти – 20 мая/ 2 июня).

Современник святого Василия Острожского. Родился в селе Кути в Никшичской жупе (в нынешней Черногории). Был сначала послушником, а затем и игуменом монастыря Морача. Здесь он подвергался гонениям со стороны турок и был вынужден скрываться неподалеку от монастыря в труднодоступном месте в горах под названием Трманье (Ровци). Там преподобный целых семь лет прожил в пещере, предаваясь посту и молитве. Потом он перешел в «скендерийские пределы», во владения племени Пиперов, и там построил церковь во имя Рождества Богородицы, которая явилась основой для возникновения нынешнего монастыря Челия Пиперская. Тут он провел тридцать семь лет, тут упокоился 20 мая/2 июня 1697 года, тут пребывают и его святые мощи. Существуют исторические исследования, в которых доказывается, что, вероятнее всего, преподобный Стефан послужил святому Петру II Петровичу Негошу прототипом образа игумена Стефана в его знаменитой поэме «Горный венец», переведенной и на русский язык.

В «Горном венце» об игумене Стефане говорится, что он непрестанно перебирал четки и всю ночь читал молитвы, пока остальные спали. А в народе и в XIX веке, при жизни Негоша, бытовало предание, что преподобный Стефан был делателем Иисусовой молитвы, то есть подвижником исихазма.

Преподобный Рафаил Банатский (день памяти – 16 /29 августа).

Серб по происхождению. Жил в XVI–XVII вв. Был монахом Хиландарского монастыря. Пришел в хиландарские владения (метох) в Банате под Зренянином. Там и провел остаток жизни в трудах и подвигах. Его мощи чудотворны.

XVIII − XIX века

Святой Петр Цетиньский, чудотворец (день памяти 18/31 октября).

Родился в Негушах близ Цетинье в Черногории в 1748 году. В двенадцать лет пришел в монастырь Рождества Пресвятой Богородицы в Цетинье, где ныне пребывают его святые мощи. В 1784 году рукоположен в митрополита Черногорского. Являлся духовным и светским вождем черногорцев (в широком смысле – тех же сербов). Он правил не методами принуждения (в его стране не было даже полиции), но словом, письмом и клятвой. Мечтал о сербско-славянском царстве с русским царем во главе, и даже в своем посмертном завещании заклинал черногорцев всегда держаться русского покровительства.

Он вел постническую жизнь в крайней материальной нужде, разделяя со своим народом тяготы следующих один за другим неурожайных лет и эпидемий; в окружении внешних врагов – турок, австрийцев, Наполеоновских войск... Немало претерпел он и от собственного непокорного и своевольного народа, миря враждующие племена. Его монашеская жизнь была безупречна; он жил в скромной келье, почти пещере, которую никогда не отапливал, в молитве и ревностном служении Богу. Известен случай, когда во время битвы при Крусах он пребывал в молитве и таким образом ободрял свой народ в битве с турецким визирем Махмуд-пашой. Тогда черногорские воины видели всадника на белом коне, парящего над войском и поражающего турок; народное предание говорит, что это был святой великомученик Георгий, а помощь с неба приписывает молитве святого Петра.

Митрополит Амфилохий выдвигает и такой тезис, что упомянутый игумен Стефан из «Горного венца» − это именно святой Петр Цетиньский, потому что и о нем сохранилось предание, что он был великий молитвенник, а кроме того, он являлся духовником святого Петра II Негоша.

XX век

Преподобный Симеон Дайбабский (день памяти − 19 марта/ 1 апреля).

Родился в Цетинье в 1854 году на праздник святого Николая 6/19 декабря. При крещении получил имя Савва (Попович). Окончил в Киеве духовную семинарию и академию. В Киеве же принял и монашеский постриг с именем Симеон, а затем – сан иеромонаха. Возвратился в Черногорию в 1888 году. Некоторое время он прожил в монастыре Враньина, после чего был переведен в монастырь Острог. В конце XIX века, руководствуясь неким видением, он начал строительство церкви Успения Пресвятой Богородицы на том месте, где сейчас находится монастырь Дайбабе. Церковь, в сущности − это крестообразная пещера в толще скалы. Очевидно, преподобный вдохновлялся памятью о Киево-Печерской Лавре. Он провидел страдания, которые принесет великая война (Вторая мировая) и молился Господу, чтобы Он взял его к Себе прежде этого народного бедствия. Святой упокоился 1 апреля 1941 года, а 6 апреля фашистская Германия бомбила Белград. Мощи преподобного были обретены в 1996 году. Святой владыка Николай Сербский еще при его жизни говорил людям, что если кто-то хочет увидеть живого святого, то пусть идет в монастырь Дайбабе к преподобному Симеону. О молитвенных подвигах Симеона говорит и его скромная келья, и уединенные кельи в виде малых пещер, в которых преподобный особенно любил молиться. Его поучения о молитве проникнуты духом синаитских подвижников. Особо он говорил об Иисусовой молитве, в которой он явно и часто упражнялся. «Поначалу эта молитва (Иисусова), хотя и краткая, идет нелегко; ее нужно усвоить в том числе и с помощью внешних действий: читать наизусть, пока она не войдет внутрь человека, произносить ее про себя, какой бы работой ни занимался... и так она начнет совершаться без принуждения, сама собою», – говорит преподобный об Иисусовой молитве.

Преподобный Иустин Челийский (день памяти − 1/14 июня и на Благовещение, когда он упокоился).

Родился на Благовещение, во Вранье, в 1894 году. Принял монашество в Скадаре в 1916 году, получив имя Иустин в честь святого Иустина Философа. Докторскую диссертацию защитил в Афинах в 1926 году. Участвовал в миссии Сербской Церкви в Закарпатье, где ему была предложена епископская кафедра. По своему монашескому смирению он отказался от епископского сана. Был профессором Богословского Факультета в Белграде. В 1948 году, гонимый коммунистическими властями, он пришел в монастырь Челие близ Валева и оставался там (фактически под домашним арестом) до конца своей земной жизни. Упокоился в день Благовещения в 1979 году. Его письменное наследие огромно и по объему, и по значению; оно возвело автора на самую вершину православного богословия. Велики и его молитвенные труды и подвиги о Господе. Помимо молитвенного правила, ночных бдений, стояний и земных поклонов, он ежедневно служил в монастыре Челие святую Литургию и проповедовал. Его духовные чада, среди которых и митрополит Амфилохий, свидетельствуют, что его молитва была пропитана духом исихазма. «По моему чувству, чувству всеобъемлющему, для Вас сейчас основное и самое главное – омолитвить ум так, чтобы каждая мысль сама собой выливалась в молитву, заканчивалась молитвой. Из ума, соединенного и слитого с молитвой, как из чистого и светлого источника всегда будут исходить и изливаться чистые и святые мысли: он будет мыслить Богом, Христом. Для христолюбивого труженика уже на земле достижим идеал: каждую мысль закончить и завершить Богом, Господом Иисусом Христом – Богочеловеком. С этой целью нужно вначале молиться по четкам короткими молитвами... Такие молитвы нужно воссылать к Пресвятой Богородице, к великим святителям, особенно к святому Иоанну Златоусту. Особенно часто нужно молиться той молитвой, которая прилепится к сердцу или согреет его...», − писал преподобный Иустин в канун Рождества 1964 года будущему монаху Амфилохию (ныне митрополиту).

Некоторые, ещё не канонизированные, подвижники XX века – носители традиции исихазма

Отец Фаддей. Pодился 19 октября 1914 года – упокоился 13 апреля 2003 г. В миру – Томислав Штрбулович, известный сербский духовник. На основе его проповедей и наставлений написано много книг: «Каковы твои мысли, такова и твоя жизнь», «Мир и радость в Духе Святом», «Поучения сербскому народу» и т. д. Он был игуменом и духовником монастыря Витовница. У него периодически исповедовался и Патриарх Сербский Павел. Еще при жизни отец Фаддей совершал множество чудесных исцелений.

Он родился в 1914 году в селе Витовница, в семье земледельцев. В детстве страдал болезнью легких, из-за которой, как считали врачи, жить ему оставалось не более пяти лет, однако он уже тогда стремился к Богу и еще подростком ушел в монастырь Мильково к русским монахам. Принял постриг в 1935 году в монастыре Горняк. 14 июля того же года был рукоположен во иеродиакона. В сан иеромонаха рукоположен в 1938 году. В 1949 году принял сан игумена, а в 1989 – архимандрита (в монастыре Горняк перед мощами святого князя Лазаря).

Все его наставления можно было бы свести к названиям вышеупомянутых книг. Всю свою жизнь он творил умно-сердечную молитву, которой научился, вероятно, еще у русских монахов, бежавших после революции и нашедших пристанище в монастыре Мильково в Сербии. Его духовником был схиархимандрит Амвросий (Курганов), он же – игумен монастыря. Отец Фаддей всегда стремился к миру и радости в Духе Святом. «А цель человеческой жизни – не что иное, как очистить свое сердце, чтобы оно запело радостью. А радостному человеку ничто не тяжело, потому что он полон любви. Беззлобные, простодушные люди, не обремененные заботами этого света, быстро получают Божественный огонь ради непрестанной молитвы. А мы, желающие узнать, что есть то, а что есть это, мы нагрузили себя заботами и интересами этого мира. Нужно освободиться от них... Малейшая соринка (в глазу) мешает смотреть, так же и малейшая забота мешает молиться. Молитва требует абсолютно беззаботной жизни. Когда человек приучится всё, что делает, делать от сердца, делать с охотой, тогда он станет молитвенным, а его работа будет идти... Наряду с молитвой, достигаемой трудом, существует и благодатная молитва. Ее получают как дар от Господа», − вот всего лишь некоторые из поучений старца Фаддея Витовничского.

Архимандрит Лазарь (Аджич). Pодился 29 июля 1948 г. в Кокорине, Гацко. Изучал богословие. Постригся в монахи 30 мая 1979 г. в монастыре Хиландар, где провел несколько лет. Рукоположен во иеродиакона и иеромонаха в декабре 1980 г. Несколько лет жил в монастыре Пустине близ Валева. Обновил монастырь Челия Пиперская, был в нем священнослужителем. С 1991 г. – игумен монастыря Острог. Построил скит при монастыре, посвященный святому Иоанну Крестителю, в святогорском стиле. Однако не успел насладиться молитвой в новом скиту вследствие тяжелой болезни. Упокоился 6 декабря 2000 г.

Отец Лазарь остался в памяти как великий духовник и игумен, засвидетельствовавший своей жизнью Божью заповедь: «Возлюби ближнего своего». Всю свою жизнь, которая прошла в монастыре, он помогал многим людям: больным, молодым, студентам, богословам, целым семьям – помогал не только духовными советами и поучениями, но и материально. За его искреннюю любовь к ближним, особенно к детям и молодежи, отца Лазаря всегда будут молитвенно вспоминать многие его ученики, стипендиаты, его духовные чада. По словам высокопреосвященного митрополита Черногорско-Приморского Амфилохия, «имя и дело отца Лазаря Острожского, несомненно, останется в памяти и будет записано в числе первых и наиболее значительных имен острожских настоятелей, духовных отцов и наследников святого Василия Острожского Чудотворца».

Отца Лазаря сильно беспокоило широкое распространение различных сект. Так, когда к нему пришел один молодой человек, интересовавшийся буддизмом, старец рассказал ему один эпизод из своей молодости, когда он был сараевским студентом: «Пришел в Сараево один учитель, пользовавшийся большим успехом, чтобы обучать упражнениям по медитации и йоге. О нем говорили, что он побывал у главного учителя в Тибете. Я сам в то время читал буддистские книги и даже серьезно занимался карате. И вот пошел я к тому учителю. Учитель сказал, чтобы мы расселись правильными рядами, скрестили ноги, положили руки на колени, наклонили голову и повторяли одну и ту же простую фразу много раз. Смысл этих нескольких слов не имел значения, это могло быть просто "тандара мандара". Я был изумлен. Зачем я буду столько раз повторять какую-то глупость? Я вспомнил, как бабушка учила меня молитве "Отче наш", и решил попробовать – кто знает, сколько лет я ее не повторял! Но я начал, и молитва каким-то образом всплыла в памяти, и я прочитал ее наизусть. Меня охватила радость, я всё повторял и повторял "Отче наш" и ни о чем не думал, как говорил учитель. Что же я увидел, когда открыл глаза: пустой зал и учителя, воззрившегося на меня в недоумении, спрашивая, как я добился такой концентрации».

Отец Лазарь отличался особенной простотой и молитвенным духом, который ощущал каждый, кто лично общался с ним. «Мы собрались сегодня, чтобы поклониться такому человеку Божьему, христоносцу, духоносцу, богоносцу, отцу и духовнику нашему, к которому мы столько раз приходили, как грешные иудеи к тому первому монаху – Иоанну Крестителю, чтобы исповедать грехи свои. И он даже несколько походил на него: и своим обликом, и своей сутью, и своей строгостью, и своей праведностью, своей верой, своей надеждой и своим смирением. Он всегда направлял нас к Тому, о Ком Иоанн говорил: "Се Агнец Божий, вземший грехи мира!"», − говорил епископ Герцеговинский Григорий на заупокойной Литургии по отцу Лазарю в монастыре Острог.

Иеромонах Давид (Мишелич). Pодился 14 сентября 1967 г. в Требинье. Закончил среднюю школу в Белграде в 1986 г. Постригся в монастыре Црна Река в 1992 г. Рукоположен в иеродиакона в 1995, а в иеромонаха – в 1996 году. Митрополитом Амфилохием поставлен настоятелем монастыря Ком на Скадарском озере. Упокоился 22 января 2004 г. после тяжелой болезни. Погребен в упомянутом скиту монастыря Острог рядом с отцом Лазарем, который очень его любил и покровительствовал ему. У него было множество практических талантов: способности к искусству, к технике, к строительству, − даже трудно было себе представить, что втайне он ведет очень строгую подвижническую жизнь. Его выдавала лишь некая неизреченная радость, редко сходившая с его лица. Свою болезнь он как будто игнорировал, никогда не упоминая о ней. А когда нужно было пить лекарства, он шутил: «Быть может, вы ошиблись, я здоров».

«Лучше вам разговаривать с Богом, чем с людьми. После Псалтири займитесь Иисусовой молитвой, пусть ваш ум пребывает в том Царстве и пусть привыкает к его атмосфере...», − это слова отца Давида о молитве.

Список литературы

1. Архимандрит Иустин Попович. Жития святых. Белград, 1972.

2. Исихазм. Монастырь Подмайне, 2010.

3. Святой Василий Острожский, чудотворец и целитель. Светигора, 2009.

4. Человек Богочеловека Христа. Составил епископ Афанасий. Белград, 2009.

5. Святые сербы. Подготовил священник Иоанн Пламенац. Белград, 2011.

6. П.П. Негош. Горный венец. Белград, 1986.

7. Митрополит Амфилохий (Радович). Человек – носитель вечной жизни. Москва, 2005.

8. Епископ Николай (Велимирович). Охридский Пролог. Валево, 2013.

9. Преподобный Петр Коришский. Монастырь Црна Река, 2005.

10. Преподобный Рафаил Банатский, целитель. Вршац, 1989.

11. Иеромонах Афанасий (Евтич). Духовность Православия. Белград, 1990.

12. Димитрий З. Плечевич. Сербский Отечник. Белград, 2008.

13. Возложи упование на Господа. Духовная поэтика отца Лазаря. Подгорица, 2009.

14. Иеромонах Исаак (Симич). Житие и труды преподобного отца нашего Симеона Дайбабского. Монастырь Дайбабе, 2003.

15. Старец Фаддей. Духовные наставления сербскому народу. Белград, 2009.

16. Ранен христовой любовью. Заветы и поучения отца Давида Йовандольского. Подгорица, 2012.

17. М. Мурко. Geschichte Sudslavischen Litteraturen. Leipzig,1908.

18. Вл. Розов. Синаиты в Сербии в 14 веке. Byzantinoslavica I. Praha, 1929.

19. Л. Павлович. Культ святых у сербов и македонцев. Смедерево, 1965.

20. Д.Богданович. История древней сербской литературы. СКЗ, 1980.

21. В. Маркович. Православное монашество и монастыри в средневековой Сербии. С. Карловцы, 1920.

22. Вл. Розов. Сербы в Палестине и на Синае/Труды 4 съезда русск. акад. орг. I, 1928/29.

23. Архимандрит Леонид (Кавелин). Из истории юго-славянского монашества XIV столетия. «Душеполезное Чтение». 1871, № № 4, 5.

24. Второй международный симпозиум «Ученики и последователи Евфимия Тырновского». Вел. Трново, 1976.

25. Х. Воинович. Синаиты. «Браничевский Вестник».

26. М. Дж. Миличевич. Литературная Сербия. Кн. 2. С. 787. Миличевич, согласно народному преданию, упоминает следующих «семь синаитов» – Романа из монастыря Святого Романа, одного безымянного из монастыря Святой Петки, Ромила из Раваницы, Григория из Горняка, одного из Витовницы, одного из Тумане и одного за Дунаем из Базъяша. Он приводит и другое предание, которое говорит о том, что святой Роман имел брата Нестора, воздвигнувшего церковь на левом берегу Моравы, посвященную святому Нестору. В. Маркович перечисляет тех же семерых. См.: Православное монашество и монастыри... С. 126–128.

27. Л. Павлович. Культ святых у сербов и македонцев. Смедерево, 1965.

28. Маркович Василий. Православное монашество и монастыри в Средневековой Сербии. Сремские Карловцы, 1920.


Материалы по теме

Доклады

Архимандрит Варфоломей, настоятель братства Священной Обители Эсфигмен (канонического) на Святой Горе Афон
Игумения Магдалина (Полын), настоятельница Рижского Свято-Троице-Сергиева женского монастыря
Игумения Сергия (Конкова), настоятельница Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского женского монастыря
Иеромонах Николай (Сахаров), насельник Свято-Иоанно-Предтеченского монастыря в графстве Эссекс, Великобритания
Архимандрит Кирилл (Бойович), Сербская Православная Церковь, Черногорско-Приморская митрополия, Цетинский мужской монастырь
Архимандрит Варфоломей, настоятель братства Священной Обители Эсфигмен (канонического) на Святой Горе Афон
Игумения Магдалина (Полын), настоятельница Рижского Свято-Троице-Сергиева женского монастыря
Игумения Сергия (Конкова), настоятельница Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского женского монастыря
Иеромонах Николай (Сахаров), насельник Свято-Иоанно-Предтеченского монастыря в графстве Эссекс, Великобритания
Архимандрит Кирилл (Бойович), Сербская Православная Церковь, Черногорско-Приморская митрополия, Цетинский мужской монастырь